Кафе «Пряная тыква» - Гилмор Лори - Страница 37

Желание не спешить улетучилось к черту вместе с опасениями, что им не стоит этого делать.

Джинни уже встала на колени на кровати и принялась расстегивать рубашку Логана, запустила под нее руки и сбросила с плеч.

— И это тоже, — сказала она, задирая майку и с упоением проводя ладонями по его прессу.

Логан снял майку через голову, и она поцеловала его живот, срывая с губ резкий вздох.

Джинни улыбнулась.

— Классный пресс, — сказала она. — Не знала, что у настоящих людей такой бывает.

Логан удивленно рассмеялся, чувствуя, как лицо горит под ее оценивающим взглядом. Сможет ли он когда-нибудь предугадать, что она скажет в следующий момент?

Джинни осыпала поцелуями его живот, грудь и шею, скользя пальцами по коже. Логан сжал руки в кулаки, желая схватить ее, но не прекращать нежные, легкие, похожие на пытку прикосновения.

Когда она наконец запустила руки в его волосы, притянув ближе, и припала к губам, касаясь их языком, Логан окончательно потерял чувство времени и пространства.

Всеми его мыслями завладела Джинни.

Губы на его губах.

Вкус корицы и сахара.

Мягкое тело, прижатое к нему.

Нужно было поскорее раздеться. Он устал от преград между ними. Не хотел, чтобы все закончилось лишь поцелуями. Не хотел больше бояться.

Только почувствовать ее теплую обнаженную кожу.

Логан прихватил пальцами край ее свитера, задев пояс джинсов. Ее живот был горячим и мягким. Он провел рукой по ее спине, очерчивая поясницу.

Джинни задрожала, когда он коснулся ее груди, скользя большими пальцами. Она разорвала поцелуй, чтобы снять свитер, а потом вновь прильнула горячими, влажными и требовательными губами к его губам.

Прижалась к нему своим телом, опаляя жаром.

Проклятье, почему Джинни такая идеальная? И воплощает все, что он хотел?

Логан впился пальцами в ее кожу. Нащупав застежку лифчика, расстегнул его и отбросил в сторону. Обхватил ее грудь одной рукой и провел большим пальцем по соску. Джинни вздохнула напополам со стоном — и Логан чуть не сорвался. Наклонился, пытаясь отвлечься, и взял ее сосок в рот. Джинни выгнула спину, когда он обвел его языком. Поймала ртом воздух и прерывисто прошептала его имя.

Еще.

Он хотел большего.

Он целовал и облизывал ее грудь, пока Джинни не задрожала, а потом отстранился, чтобы уложить ее на кровать и стянуть с нее джинсы. Еще больше обнаженной кожи. Больше Джинни.

С каждым снятым слоем он чувствовал, как влюбляется в нее все сильнее. Быстрее. Безвозвратно.

Любовь.

Проклятье.

Он опять это сделал, но не смог сдержаться, не хотел. Не сейчас. Не с Джинни, раскинувшейся перед ним. Не при виде ее кожи, золотящейся в мягком свете лампы, ее волос, рассыпавшихся по подушке.

Она смотрела на него потемневшими голодными глазами, но он замер.

Нужно что-то сказать? Признаться? Поговорить о том, чего они хотят друг от друга?

Все ли они делают правильно?

Но что он ожидал от нее услышать? Что она тоже его любит? Уже? Прошло совсем мало времени. Она еще даже не разложила вещи. Когда бы она успела понять, что полюбила его?

— Логан?

Он моргнул.

Джинни нахмурила брови и потянулась за одеялом, чтобы прикрыться. Логан остановил ее, накрыв ее руку своей:

— Не надо. Я хочу тебя видеть.

Его голос звучал тихо и властно. Логан сам себя не узнал.

Джинни опустила руку, неотрывно глядя ему в глаза. Он хотел видеть ее всю. Такую, какая есть. Принять ее на тот срок, что им отпущен.

Он был дураком, если думал, что еще сможет отступить.

— Логан, — голос Джинни превратился в тихий стон, который окончательно развеял все сомнения.

Он накрыл ее своим телом и взял то, что хотел.

Что бы Логан ни собирался сказать, когда навис над ней, он так этого и не произнес. Джинни едва успела об этом задуматься, когда его губы вдруг оказались везде. Теплые, уверенные, настойчивые. Жесткая щетина щекотала ее грудь, живот и бедра.

Она старалась не думать о выражении его лица, которое то и дело замечала этим вечером. Выражении, точно говорившем о его чувствах к ней. Будто он хотел ее удержать. Будто все это было больше, чем просто влечение. Будто он хотел быть не просто добрым соседом.

Он опустил голову меж ее бедер, и мысли Джинни разлетелись, словно осенние листья. Невозможно было думать, когда Логан целовал ее там.

Внутри зарождалось удовольствие, пока она не сжала простыни в кулаках, не в силах сдержать низкий стон. Он работал языком с упорством человека, привыкшего все делать как следует. Быстро. Четко. Идеально. Настолько идеально, что Джинни казалось — она сейчас заплачет.

И она почти заплакала, когда он ввел в нее палец, и хриплый стон отозвался вибрацией внутри нее. Он добавил второй. Согнув их, коснулся места, которое она прежде считала вымышленным. Удовольствие стало мучительным, но он не ослаблял напор.

Спокойный и надежный Логан продолжал, пока натиск не стал невыносим и Джинни не выгнула спину над кроватью, уперевшись ногами в матрас. Пока она не кончила под его языком и руками. Пока не забыла напрочь, почему ей не стоило быть с этим мужчиной.

Не было ни единой причины.

Он добрый. Заботливый.

И пресс. Господи, этот пресс.

Зачем она вставляла себе палки в колеса?

Он улыбнулся слегка смущенно:

— Хорошо?

Джинни изумленно рассмеялась:

— Очень, очень хорошо.

Логан отстранился и сбросил штаны, затем поднялся вдоль ее тела, прижимаясь к ней — возбужденный и нетерпеливый. Он проложил дорожку из поцелуев от ключицы к плечу и уткнулся лицом в ее волосы.

— Ты прекрасна, — прошептал он, и ей показалось, что это может быть правдой, учитывая, как он сжимал ее бедро, как двигался, будто не мог ни сдержаться, ни остановиться.

Она хотела большего. Всего. Его.

Слова застряли в горле, пытаясь вырваться. Слова, описывавшие ее чувства. Слова, казавшиеся слишком сильными, слишком поспешными и слишком пылкими для их недолгой истории.

Джинни боялась отпугнуть его.

Быть чересчур напористой. Навязчивой. Настойчивой. Перегнуть палку. Надумать лишнего.

Она просто хотела быть с Логаном здесь и сейчас, в этом идеальном моменте. Поэтому слова, которые она все-таки произнесла, не были ни громкими, ни эмоциональными, ни важными.

Они были практичными.

— Презервативы в ванной.

Логан замер:

— Точно.

Он соскользнул с нее и направился в ванную. Джинни знала, что и там творился беспорядок, — но, может быть, это не имело значения. Вдруг он и правда сумеет закрыть глаза на ее чрезмерность, ее неряшливость.

Может, он не врал, когда говорил, что ему нравится ее неаккуратность.

По крайней мере, пока.

— В аптечке, — крикнула она, и мгновение спустя он вернулся с блистером в руке, не теряя времени, надел презерватив и присоединился к ней в кровати.

— Ты уверена? — спросил он, даже когда она обхватила его ногами, даже когда все ее тело искало его.

— Да.

Едва слово сорвалось с ее губ, он вошел, наполняя ее, обнял. В этом было нечто большее, чем просто страсть. Все. Джинни не знала, как они так быстро до этого дошли и что с ними будет дальше.

Но сегодня она позволила Логану держать ее в объятиях.

Он замер, прижавшись лбом к ее лбу, давая ей привыкнуть. Или, судя по выражению его лица и расширенным зрачкам, давая привыкнуть себе.

— Джинни. — В голосе Логана слышался тот же трепет, который испытывала и она. — Я…

Она поцеловала его. Боясь того, что он может сказать. Того, что она может ответить.

Произошедшее между ними стало для нее неожиданностью. Но, черт возьми, было так хорошо, и она была пока не готова портить все словами. Поэтому крепко его обняла, обвив ногами, и углубила поцелуй.

Он потерял контроль.