Флоридский ветер перемен (СИ) - Гарм Лиза - Страница 31

Одни мужики вокруг тебя, Александра.

Со стреляющей болью во всем теле бодро растираю лицо, заросшее трехдневной щетиной. Писец, на бомжа похож.

Возвращаюсь к лику самой прекрасной девочки, что встречал за свою тридцатку.

Романтик херов. Самой прекрасной девочки, бля. Самому смешно. Хорошо меня Сидман приложил. Скоро в любви начну ей признаваться.

Сам не знаю, что в ней нашел. Есть в ней какая-то херня привлекательная. Моему поврежденному мозгу сложно разобраться во всех прелестях химической связи между М и Ж.

Который раз даю себе установку забыть про неё и который раз уже за эти три дня как маньяк терроризирую "Инсту". Я однозначно становлюсь дебилом. Пора завязывать с боями.

— Ох ты ж, кого принесло, — Рисую удивление на своём лице при виде помятого друга. Брюнет явно пережил встречу с обитателями преисподней. Серые глаза больше похожи на сгустки мрачности посреди кровавого побоища. — Охренеть, у тебя видок.

Рей устало опускается напротив и пододвигает к себе мою чашку кофе, опустошая её за два глотка.

— Чувствую себя так же, как и выгляжу, — А голосок то у него какой славный.

— Что случилось?

— Венди случилась, — Друг сплевывает имя своей подружки, чем вызывает у меня усмешку.

— Что на этот раз?

— Окантовка, блядь, по приглашению не того размера, понимаешь? А дизайнерская типография находится в Сан-Франциско! Ближе же не было!

— И что? Ты хочешь сказать, что мобильная связь и электронная почта порицается твоей женщиной?

— Ей на письмо не ответили! Она подождала целых два часа и после этого закатила истерику, что они не успеют вовремя сделать эти чертовы карточки! Бляяяяять!

Дружище сейчас взорвется, поэтому не спешу иронизировать.

— Я вторые сутки не сплю. Позавчера у неё случился припадок, я думал, что инсульт схватил. Пипец, чуть с ума не сошел.

— А что было?

— Тахикардия на фоне нервных переживаний. Колес насыпали и отпустили домой отсыпаться. Она то отоспалась, а мне утром на тренировку. А после обеда новый стресс и дорога в шесть часов до Сан-Франца. Вылетов то нет. А потом в эту же ночь обратно, потому что, видите ли, в 12–00 надо быть в ЛА. Встреча со свадебным менеджером. Блядь, — Рей рьяно трёт лицо руками. Вряд ли ему это поможет.

— Тебе выспаться надо, — В слух произношу. — Написал — перенеслись бы на другой день.

— Да не хочу я спать, заведен до предела. Посрались в хламину по дороге, потому что я намекнул ей на излишнюю суетливость. На хрена так серьезно относиться к этому мероприятию? Ну будут приглашения с другим рисунком, какая в жопу разница? Блядь, да даже если торт придет на этаж меньше — мне будет похрен! Что с женщинами не так?

Тихо посмеиваюсь, сдерживая порыв ржать откровенно. Мне не веданы его проблемы, Бог уберег от таких страданий. Спасибо ему.

— Ну ты сам влез в эту кабалу. Полностью осознал, что вступаешь в брак? Как клятву в верности будешь давать перед алтарем?

— Ртом. Нагулялся, дружище. Тридцать через месяц, тебе не кажется, что уже пора?

— Не кажется, — Невозмутимо отвечаю, с сочувствие посматривая на своего товарища, с которым мы уже почти двадцать лет идем вместе по крутому маршруту жизни. — Я пойду на такой шаг в случае неожиданной встречи необыкновенной женщины, способной потревожить мое сердце, а никак не потому, что обществом установлены условия для твоей успешность в нем со всеми вытекающими атрибутами. Плодиться как кролик в угоду обществу у меня тоже нет желания.

— Для чего миллионы тогда собираешь, раз о наследнике даже не думаешь?‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А с чего ты взял, что я их собираю? Я лишь делаю любимые дело, а к нему прилагаются бонусы. Построю детский приют, загоню туда адекватных воспитателей, обеспечивая высокую оплату труда и буду растить психически-здоровое поколение. На крайняк возьму пару ребятишек из приюта себе под крыло. Лучше сделать жизнь обездоленного радостнее, чем испортить существование семье, которая построилась на принципах вынужденности. Боги, Рей, ты хоть любишь её?

Задаю вопрос в пустую. Мне не нужен ответ, я и так его знаю. Сейчас передо мной сидит не мой друг, а жалкая копия. Сбился парень под гнетом своей же непомерной гордости. Свернул с пути и сам потерялся в ориентирах.

Рей откидывается на спинку и закрывает глаза. На смазливой мордашке проявляются все муки выбора. Отпечаток оставляет и сложность жизни со сложной женщиной. Простушек Рей не любит.

— Дело не в этом, — Говорит он. — Любовь — это понятие растяжимое. Многие путают её со страстью. Я же уважительно отношусь к Венди, она потрясающая хозяйка, я вижу в ней прекрасную жену. Она очень терпелива и понимающе относится к моему постоянному отсутствию. Тай, кто еще будет без капризов принимать бесконечное нахождение своего мужика на поле игры. Я — профессиональный хоккеист, и это прямо говорит о моем отсутствии свободного времени. Венди безропотно будет воспитывать наших детей, моя задача — обеспечить эту семью. И она лучше всех это понимает. Кто еще так поймет? Дамочка, которая страстно влюблена и хочет видеть меня в своей постели от рассвета до заката?

— Ты знаешь, кто поймет, — Лаконично прерываю близкого друга, вспарывая его незатянутую рану. Да, это не по-братски, даже по-свински, но я пытаюсь открыть ему глаза и уберечь от ошибок. А это всегда больно.

— Хватит, Тай. Её нет больше в моей жизни, она сделала выбор за нас. Я двигаюсь дальше. Я хочу семью, мне нужны люди, которые будут ждать меня после очередной победы или поражения. Тебе бы тоже стоило задуматься над этим. Отношения — это не так плохо, как ты себе рисуешь. Я не прошу жениться на истеричной бабе, выбери тихую гавань по душе и ты поймешь, что такое быть счастливым.

— Что-то по твоим красным глазам и взбешенному виду незаметно, что ты попал в тихую гавань, — Ухмыляясь припечатываю друга.

— Венди ведет себя так на фоне стресса, в остальное время она является прототипом идеальной женщины. Да, у неё непростой характер, иногда может вогнать топор в треснувший лёд. Но я нашел к ней подход. Я ценю её заботу и свыкся с изъянами, которые проявляются нечасто. В любых отношениях есть свои минусы, но они для того и существуют, чтобы переворачивать их в плюсы. Тай, смысл в этой жизни — быть нужным кому-то. И я чувствую свою нужность ей, а это офигенное чувство.

— И давно тебе нравятся идеальные домохозяйки? — Скептически приподнимаю зажившую бровь. Во всей этой тираде не слышу ни слова о любви.

— После того как амбициозные бунтарки оставили рваные дыры в неподготовленных сердцах.

Нечего добавить. Всё равно не услышит. Два упрямых барана, стремящихся в бездну боли и страданий. Сложно наблюдать за чужой драмой, когда знаешь правду, скрываемую упрямцами. Глупая гордыня. Тупая недоговоренность.

Перемещаюсь корпусом ближе к столу и морщусь, проходя новые круги ада сломанных рёбер. Запах свежеприготовленного мяса на гриле является мои обезболивающим. Еда подоспела.

— Сильно Билл тебя? — Рей дожевывает последний кусок с моей тарелки и отбрасывает вилку. — Смотрел со всей командой твой бой в прямой трансляции в Чикаго.

— Жить можно.

— Мужик то растет в стратегии. У меня сложилось впечатление, будто ты его очередную бабу оприходовал. Его как с цепи сорвали. Не ожидал от него такого нахрапа.

— Я сам охренел. Не подал виду, но охренел.

— Можно подумать ты когда-то подавал этот вид. Восхищаюсь твоей тотальной выдержкой с детства, хотя твоя самовлюбленная рожа и так об этом знает. Сидман не слабо атаковал тебя. Что повреждено?

— Ребра сломал. Парочку. И сотряс несильный.

— Ты хоть врачам показался? Или терминатор с замашками самонадеянности до сих пор в тебе живет?

— Сюзан выела весь мозг, поэтому показался. Жить можно, только ты не скули над ухом.

Получаю хилый удар по голени под столом. Хорошо, что ноги целы. Шуточная подача, но стреляет в ребро. Сижу с каменным лицом, делая вид, что мне нифига не больно. А ведь жжёт адски.