"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Зубов Константин - Страница 426

— Молодой человек, кристаллы поломать не хотите? — окликнул я Рыбака.

— Очень смешно, ваше сиятельство, — буркнул он, подходя ко мне. — Если вы думаете, что оригинально пошутили, то ошибаетесь. Я сегодня вот слово в слово то же самое слышал раз двести. — Он с сожалением провёл пальцами по гладкому подбородку. — Чёрт, ведь есть же люди, у которых растёт в день по сантиметру, а у меня ни хрена.

— А чего у тебя кожа блестит так?

— Да я просто умывался только что.

Рыбак смущённо отвернулся.

— Да хватит заливать, я вижу что-то жирное.

— Да, блин. — «Молодой человек» снова провёл пальцами по подбородку. — Я попросил у Светы что-нибудь, что ускоряет рост волос. Правда, не помогает ни хрена.

— Ладно, не горюй. — Я хлопнул его по плечу. — Мужика красит не внешность, а поступки.

— То есть всё-таки хреново, да?

— У Василисы завтра спросишь, или когда вы там увидитесь.

— Ой, не напоминайте, у меня аж колени трясутся, когда об этом думаю. Мне кажется, именно борода ей во мне изначально и понравилась. Это потом я уже раскрыл себя как умного, весёлого и…

— Я понял, — усмехнулся я. — Но думаю, изначально ей понравилось, что тогда в Муроме возле казино ты перестрелял всех богомолов.

— Ну, это да, — немного расслабился Рыбак.

— Ладно, садись в телегу, погнали.

Мы быстро перебрались через реку и вскоре достигли леса. К этому моменту ребята расчистили уже под четыре километра диких земель и примерно столько же со своей стороны сделали сталкеры из Лос-Сантоса. То есть уже больше половины. Отличный результат!

— За мной! — скомандовал я и подбежал к первому оставленному нам четырёхметровому чёрному кристаллу.

Да, к хорошему действительно быстро привыкаешь. На первом же «острове», отбиваясь от полчищ юрких и когтистых стрекоз, мы по полной ощутили, каково это, когда нет приманивающего к себе врагов огромного и сильного союзника.

Мы, конечно, справились, но изрядно утомились бегать-прыгать, а также залечивать свежие раны. Но что поделаешь.

В конце концов пусть и с просевшей скоростью за полтора часа мы сломали шесть кристаллов примерно сорокового уровня и уже хотели было идти на сторону сталкеров, как ко мне прибежал запыхавшийся радист.

— Дмитрий Николаевич, в Савино прибыл гость!

— Что за гость? — спросил я, одновременно создавая над собой сферу воды.

— Из Нижнего Новгорода посланец от графа Ипполита Захаровича Волкова. Больше ничего не сказал, но попросил передать, что это очень срочно и важно.

О, от Волкова! Проявился наконец-то!

С тех пор как я связался с ним, возвращаясь из Вологды, от него ни слуху ни духу. Не отвечал он в том числе и по тем запасным частотам, что специально дал мне для связи на экстренный случай.

— Телега ждёт, — сказал радист.

— Бегу.

Я хлопнул в ладоши, сфера надо мной лопнула, окатив меня водой с ног до головы. Конечно, хреновенькая замена душа, но, по крайней мере, я теперь не похож на мясника, только что вернувшегося с забоя инопланетных животных.

Кустарник в этой части леса мы давно вырубили, поэтому я бегом добрался до расчищенного участка, сел в телегу и на полной скорости погнал в Савино.

Посланец ждал в моём кабинете в тюрьме. Краем глаза заметив, что в соседней комнате промелькнула знакомая фигура в зелёном халате и рыжие кудри Милы, я открыл дверь к себе.

Худощавый, темноволосый, невысокого роста гладковыбритый мужчина поднялся из кресла мне навстречу. На вид ему было от тридцати до шестидесяти, и лишь цепкий взгляд серых глаз выдавал, что, скорее всего, второе.

— Бурунов Михаил Степанович, — представился он.

— Акулов Дмитрий Николаевич.

Я протянул ладонь, и мы обменялись рукопожатиями.

— Перекусить чего-нибудь не желаете?

— Нет, меня сегодня ещё в Липецке ждёт большой ужин, — помотал головой представитель Волкова.

— Ну, хорошо. — Я сел в кресло и посмотрел на него. — Рассказывайте! Как дела у Ипполита Захаровича?

— Да плохо у него дела, — развёл руками собеседник. — Граф Волков умер три дня назад.

Глава 11

— Как это умер? — ошарашенно спросил я, уже жалея о том, что на столе ничего, кроме сока, нет.

Я схватил графин и наполнил два стакана.

— Взрыв в загородной резиденции, — ровным голосом, не отрывая взгляда от моего лица, проговорил посланник. — От его спальни и соседних помещений вообще ничего не осталось.

— Тело опознали?

— От тела тоже мало что осталось, но по разнообразным косвенным признакам, а также благодаря показаниям свидетелей удалось точно установить, что граф в этот момент находился в комнате и погиб.

— Нашли тех, кто это сделал?

— Насколько я знаю, убийцы действовали очень чисто и следов не оставили.

— Ясно.

Я залпом осушил стакан и наполнил его снова. Новость, откровенно говоря, хреновая.

Даже если откинуть то, что Ипполит Захарович просто был хорошим мужиком, он ещё и стал для меня очень ценным партнёром. Знал всё и обо всех, общался со многими на самом верху. А ещё у нас с ним долевое участие в металлургическом предприятии в Огненной усадьбе.

— Вы как, Дмитрий Николаевич? — спросил Михаил Степанович. — Готовы воспринимать информацию?

— Да-да, вполне, — кивнул я и перевёл взгляд с потолка на собеседника.

— Так вот. — Он достал из сумки чёрную папку и положил её на стол. — Я приехал не только для того, чтобы сообщить вам эту новость. Я приехал по делам, так сказать, более практичным. А если конкретно, по поводу наследства Ипполита Захаровича.

— Наследства? — Мои брови непроизвольно взлетели. — А причем здесь я? У него же там родственников полно, да и клан свой.

— Не волнуйтесь, всем досталось, — одними губами улыбнулся Бурунов. — Но и вам Ипполит Захарович кое-что хотел предложить.

— Предложить? — Ещё больше удивился я. — Наследство разве предлагают? Если честно, я не очень хорошо разбираюсь в законах империи, касающихся этого вопроса.

— Тогда позвольте просветить вас. — Представитель графа так и не открыл папку и откинулся в кресле. — Есть основная часть наследства. Она составляет не меньше пятидесяти процентов активов и пассивов умершего и всегда идёт его родственникам по праву очерёдности…

— Извините, что перебиваю… Вы сказали «пассивов»?

— Конечно, долги тоже наследуются.

— А-а-а.

— Именно поэтому я и сказал слово «предложить». — В глазах Бурунова сверкнул странный огонёк. — Но об этом позже. Так вот, кроме основной доли, есть ещё и другая, она распределяется в соответствии с завещанием. В нашем, то есть в вашем случае, Ипполит Захарович специально приходил ко мне около недели назад и выразил свою волю очень и очень чётко. А также оставил вам послание, предлагаю с него и начать.

Бурунов открыл папку и достал из неё запечатанный конверт.

— Будьте уверены, это настоящая магическая печать и подпись Ипполита Захаровича. Никто не знает, что внутри.

Доверяй, но проверяй. С внутренним трепетом я принял конверт и просканировал его. Все чётко: и срок, и неприкосновенность. Что ж, посмотрим, может, там ключ от усадьбы, где деньги лежат.

Я вскрыл печать и достал несколько скреплённых и сложенных вчетверо листков бумаги. Аккуратный, убористый почерк, без сомнения, принадлежал Ипполиту Захаровичу.

'Дорогой Дмитрий Николаевич, если вы читаете это, то меня уже нет в живых и, скорее всего, это происходит в начале июня. Да-да, друг мой, не удивляйтесь, просто я достаточно регулярно обновляю своё завещание и, если бы это произошло позже, со следующим обновлением написал бы другую дату.

Ха! Приятно быть прозорливым, пусть и мёртвым.

Итак, наверное, вам уже сообщили о том, что я предлагаю. А если нет, в общих чертах скажу. Это мои самые рисковые активы и, соответственно, потенциально самые прибыльные. А рисковые, потому что не исключено, что именно из-за них меня и убили. Впрочем, тут вариантов много. Откровенно говоря, даже в мирное время масштабы моей активности создали мне много врагов, а последние месяцы трудно назвать мирными со всеми вытекающими отсюда последствиями.