"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Зубов Константин - Страница 654

Любой из этих аристократов мог быть тем самым козлом, которого я ищу, и информации на всех них я нарыл более чем достаточно…

— Он нарыл! — покачала головой Акаи. — Не перетрудился там?

— Хранители нарыли, — поправился я. — За что им огромное спасибо.

Я изобразил лёгкий поклон.

— То-то же. — Акаи кивнула. — Можешь продолжать размышления, мне нравится, как ты структурируешь мысли.

Продолжим… Тимирязев владел Набережными Челнами. После его смерти они вместе с Казанью отошли к Астахову, последнему выжившему из тех князей, которых подчинил отец нынешнего императора. Уже старичок, он явно был обижен тем, что на первые роли вышли Нарышкин и Лазарев. Возможно, он и организовал эту самую коалицию.

Вторым в неё вошёл Толстой, чья главная усадьба находилась в Чебоксарах, от которых было рукой подать до Нижнего Новгорода. Эталонный зажравшийся князёк. Не проходило и дня, чтобы он не выступал по радио, восхваляя императора. Это самовлюблённый жополиз участвовал во всех мероприятиях, постоянно давал интервью, и не сомневаюсь, что трескал икорку каждый день.

Дальше Шуйский, хозяин Вологодской области, загипнотизированный пермяками, еще один сын принявший титут от реально крутого отца.

Только когда серьёзно озаботился этим вопросом, я понял, насколько иронично в ту памятную всем жителям ночь отделения Вологды звучали его обвинения в адрес зажравшихся князей нижегородской империи.

Да, он транслировал пропаганду пермяков, но то, что он описывал, в первую очередь относилось именно к нему. «Припавшие к корыту зажравшиеся аристократы». Примерно так он говорил и наравне с остальными друганами таковым и являлся, пока его не похитили и не подменили.

Потом Шуйского спасли. Две недели после этого он ездил по городам страны и выступал перед жителями, говоря, что все его недавние заявления ложь и провокация. А дальше он пропал из инфополя и вроде как восстанавливает силы где-то, но точно не в своей усадьбе. Жители Вологды хоть головой и понимали, что их гипнотизировал не он, но душой не готовы были его принять.

Чрезвычайно скользкий тип, в своё время он был очень дружен с Соколовым, и вообще непонятно, как умудрился не просто выжить во время больших мятежей, но и, удержавшись у власти, оказаться ближе к императору, чем тот же Лазарев.

К Шуйскому однозначно стоило присмотреться повнимательнее.

— Ты не забывай, — привлекая внимание, Гензо даже подпрыгнул, — что в последние перед захватом Вологды недели они активно ссорились с Тимирязевым.

Точно! Эти две очень подозрительные личности ежедневно поливали друг друга помоями и чуть ли не начали войну… А потом Тимирязев вдруг примкнул к «жирному ублюдку».

В какой момент случился полный гипноз, что за договорённости существовали до него и остальное пока оставалось тайной. Но этот клубочек тоже стоил того, чтобы его размотать — ребятки сыграли в какую-то игру, и очень интересно знать какую.

Ну и Пушкин. Он хоть и неофициально, но контролировал область под Нижним Новгородом, и по всему выходило, что вот-вот получит и новый титул. И, возможно, получил бы, если бы не вмешался я.

Конечно, нельзя списывать со счетов и пяток других крупных графов, включая Кострова, но даже если моим главным врагом окажется один из них, то он всё равно работает в связке с кем-то из вышеперечисленных.

— Вот сейчас ты всё разложил по полочкам, Дим, — заговорила Акаи, — и я всё больше убеждаюсь, что пермяки-то были не так уж и неправы. Если всю эту четвёрку подозреваемых, Астахова, Шуйского, Толстого и Пушкина, заменить на условного Свята, Влада, Феникса и Катю, да ещё под красными кристаллами и под твоим руководством, то через пару лет мы полетим в космос.

— Что там в космосе делать? — рассмеялся я. — Но в целом ты права — это балласт, но, к сожалению, балласт, влияющий на Орлова. У Астахова слишком много связей, а у них в руках в совокупности сосредоточены огромные финансы и армия. И они очень грамотно сумели провернуть эту операцию с Уфой, отодвинув и поссорив Лазарева с императором.

— А может, нам противостоит не один какой-то князь, а они все вместе это делают? — спросила Эби, продолжая наглаживать Куро.

— Вряд ли, — задумчиво проговорил я, — Но исключать того, что урод действует не в одиночку, нельзя.

— Ну так что, мы завтра едем к Лазареву? — спросил Гензо.

Я достал из кармана сложенный листок, с сообщением от Свята, которого сегодня отправил к князю.

Да, хоть Олег Сергеевич и был вне подозрений, но именно с него я решил начать свои контакты. Причин для этого было несколько.

Первая — полное отсутствие у меня опыта ведения переговоров на таком уровне и недостаток данных. Вторая — его явная оппозиция остальным. Третья — мне просто было интересно, как обустроился другой расположенный на границе с дикими землями князь.

В любом случае стоит сначала пообщаться с кем-то, с кем я смогу говорить более-менее открыто, может, и разжиться какой-то информацией, а уже потом кидаться в это змеиное гнездо.

Конечно, был риск того, что Орлов напряжётся ещё больше и подумает, что я ищу союзников против него, но, откровенно говоря, сейчас мне это было уже безразлично. Конфронтации не избежать, и в этой ситуации первый ход очень важен.

— Слушай, Дим, — Гензо превратился в фею и подлетел ко мне, — там Мышкин нервничает. Может, пораньше стоит к нему приехать?

Я посмотрел на часы — 13:45.

Да, пожалуй, пора.

С тех пор как Гензо стал постоянно слушать разговоры в Усмани, я уже сделал город значительно чище.

Кого-то сдал в полицию, а с теми, у кого была большая крыша в столице, по-тихому разобрался сам.

Ситуация получалась весьма забавная. Усмань входила в Липецкую область и официально была моей, а по факту фиг. Меня это не устраивало, и сегодня я собирался сделать ещё один шаг к тому, чтобы получить полный контроль над городом.

— Да, выезжаем! — Я хлопнул в ладоши и пошёл к лестнице.

Глава 15

— Я только начал думать, что всё налаживается, — пробормотал Мышкин, уже в который раз разглядывая фотографии, в том числе и те, что я принёс сегодня.

Мы сидели в его кабинете, и глава полиции Усмани морально готовился к предстоящему делу.

— Да ну, Фёдор Филимонович, настоящее веселье ещё даже не началось, — рассмеялся я. — Это так, трудовые будни. Простой арест сотрудника полиции, даже не руководителя, а всего лишь вашего зама.

— А когда мне две недели назад его прислали, признаться, я очень обрадовался. — Мышкин вздохнул и сложил фотографии в конверт. — Думал, хоть часть территории он и его люди смогут контролировать.

— Они и контролируют, — хмыкнул я. — Вы же сами всё слышали.

Я показал на пять кассет с аудиозаписями.

— Да, и за ним, похоже, стоят, действительно большие люди, — погруженный в свои мысли пробормотал майор. — Его назначили личным приказом Ходорева, главы полиции Нижнего Новгорода.

— Ну а я князь Липецкой и Воронежской областей, и что? — Я поднял бровь.

— Да, простите ваше сиятельство. — Мышкин смутился. — Всё время вылетает из головы.

Я отлично понимал состояние собеседника. Разумеется, он даже не думал спорить и возражать, просто анализировал, безусловно, непростую ситуацию и наверняка взвешивал ценность улик. И пока они его явно не впечатляли.

К сожалению, самые интересные фотографии встреч продажного полицейского Максима Дорохова с бандитами мы приложить к делу не могли. Все они являлись переснятыми иллюзиями Гензо, и любой следователь задался бы вопросом, как мы их получили. Ведь в тех закрытых подвалах без окон, где проходили встречи, попросту негде установить камеры.

А аудиозаписи без показаний серьёзных свидетелей оспорить было ещё проще.

— Всё будет хорошо, Фёдор Филимонович, — подбодрил я главу полиции. — Для этого мы и собрались.

— Вы только поймите меня правильно, Дмитрий Николаевич. — Мышкин плеснул себе воды. — Хоть после каждой нашей встречи у меня появляется жуткий геморрой, я очень рад, что вы ко мне в последнее время регулярно заходите. Больше преступников я ненавижу помогающих им полицейских и аристократов. Просто чувствую, что такими темпами скоро у меня в ящике стола найдут свёрток с наркотиками и в эту же секунду в дверь случайно вломятся нижегородские полицейские.