Неугомонная покойница - Донован Кемпер - Страница 10

К четырем часам я поняла, что готова выбросить белый флаг – я уже двенадцать часов находилась на ногах, а Дороти не проявляла ни малейших признаков усталости, но я не сдавалась из принципа, ожидая, что Дороти сдастся первой. Так что когда в библиотеку вальяжной походкой с руками в карманах вошел Питер, я испытала нешуточное облегчение.

– Ку-ку.

Дороти даже головы не подняла от своего ноутбука – у нас был открыт общий документ, и я следила, как красный курсор, помеченный «ДЧГ», танцует по экрану, стремительно стирая одни слова и замещая их другими.

– Четыре часа, – объявил Питер.

– Я всегда знала, что однажды ты научишься определять время, – по-прежнему не глядя на него, констатировала Дороти.

Питер вздохнул:

– С чего американская общественность вообразила, что у тебя нет чувства юмора, – ума не приложу.

В ответ на эти слова Дороти наконец резко подняла голову, и я последовала ее примеру, чтобы увидеть ее реакцию: в ее глазах плясали огоньки, но мне показалось, что Питер – единственный человек, которому сходили с рук подобные заявления.

– Чего же ты желаешь, дитя мое?

– Ну, начинать выпивать считается социально приемлемым как раз с четырех часов – по крайней мере, так меня учила матушка.

– Мудрая женщина. Почему же тогда ты не смешаешь себе напиток?

– Потому что я не хочу смешанный напиток, – надул он губы. – Я хочу хороший бокал доброго красного вина. Разве не хорошая идея, раз за окном навалило снега? Впервые за год наконец-то наступила погода для красного вина.

Я никогда не слышала выражения «погода для красного вина», но прекрасно поняла, что Питер имеет в виду. Очевидно, Дороти тоже.

– Хм-м, – выпятила она нижнюю губу, – звучит и правда замечательно. Ну, вроде у нас лежало в запасе несколько бутылок.

– Не-а. Их выдули аусси[17], помнишь?

– О господи, как я могла забыть?

Я сделала пометку в другом документе «Спросить о выпивохах-австралийцах».

– Что ж, тогда почему бы тебе не прокатиться и не привезти новый запас? – терпеливо посоветовала Дороти.

– Потому что ты будешь жаловаться, что я привез полную туфту, и заставишь возвращаться, так что лучше давай поедем вместе, – ответил Питер не менее терпеливо. – И в любом случае, не пора ли заканчивать на сегодня? Я знаю, предложение безумное, но может хоть разок – хоть один разочек – ты не будешь работать до потери сил?

Дороти наградила его долгим взглядом, а потом решительно захлопнула ноутбук.

– Ты прав, поехали за вином. – Она взглянула на меня. – Хотите с нами?

Вообще-то я хотела удалиться в свою комнату, плюхнуться животом на кровать и погрузиться в разгадывание кроссвордов, но моя работа предполагала, что я буду соглашаться на подобные любезные приглашения – особенно в начале сотрудничества, пока мы с клиентом только узнаем друг друга. Поэтому я изобразила сияющую улыбку, кивнула и побежала наверх за своей тоненькой ветровкой, которая никоим образом не могла защитить меня от холода с Атлантики.

Глава 13

«Магазин алкогольных напитков Бетти» располагался в обветшалом строении, которое я приняла бы за старый амбар или заброшенный склад, если бы не знак, установленный в конце проселка в нескольких минутах езды от дома Дороти. Поскольку она регулярно туда заезжала, служба безопасности давно там все осмотрела, и теперь нам оставалось подождать всего несколько минут, пока офицер Чои (женщина с конским хвостом) быстро все обойдет. Она ехала на отдельной машине, а нас на черном «Линкольне» вез другой охранник – пожилой, с ежиком седых волос, куда больше соответствовавший моим представлениям о том, как должен выглядеть телохранитель. Его звали офицер Доннелли, и я сидела рядом с ним на пассажирском месте, потому что не хотела тесниться сзади с Дороти и Питером. За всю поездку никто не проронили ни слова.

– Все чисто, – внезапно объявил офицер Доннелли (полагаю, продублировав сообщение офицера Чои в наушнике).

– Вы не против, если я останусь? – произнес Питер. Я обернулась – он с извиняющимся видом держал в руке телефон. – Надо сделать деловой звонок.

Дороти наградила его долгим взглядом искоса, прежде чем выбраться из машины. Питер подмигнул мне.

– Развлекайтесь.

И я тоже вылезла на воздух.

– А чем конкретно занимается Питер? – спросила я, когда мы подошли к строению.

– Прекрасный вопрос, поинтересуйтесь у него. – Дороти открыла дверь, и на нас хлынул поток теплого влажного воздуха, который я нашла весьма приятным. – Если получите прямой ответ, расскажите и мне, я сама теряюсь в догадках.

Интерьер «Магазина алкогольных напитков Бетти» напомнил библиотеку моего колледжа или закоулки моих любимых книжных магазинов. Он представлял собой темный лабиринт узких проходов, вдоль которых от пола до потолка громоздились полки, прогибающиеся под весом алкоголя. Конечно, по сравнению с книгами выпивка – это шаг вниз. Но очень небольшой.

Раскланявшись со старой каргой с квадратной челюстью, заполнявшей какой-то гроссбух (самой Бетти?), Дороти с уверенностью направилась вперед. Вина были расставлены по сортам, и мне то и дело приходилось сглатывать слюну, пока мы прокладывали себе путь по внутренностям магазина.

– Как вы относитесь к каберне? – спросила Дороти, указывая на большую вывеску «КАБЕРНЕ СОВИНЬОН». Не имея возможности догадаться, какого ответа от меня ждут, я решила ответить честно:

– Я не фанат. Мне они кажутся скучноватыми.

Дороти замерла как вкопанная.

– Слава богу! Если бы мне пришлось выслушивать очередные восторги по поводу «Напа каберне»… Неужели нашелся человек, который меня понимает?

– Однозначно! – воскликнула я.

Мы стояли в отделе с мальбеком, синхронно склонив головы к плечу, как бывает, когда на небольшой площади перед тобой теснится слишком много соблазнов, но тут у нас за спиной раздались шаги, и мы обернулись.

У возникшей перед нами женщины на сгибе локтя висела пластиковая корзинка с металлической ручкой, словно некий аналог плетеной корзинки Дороти (другой, из «Волшебника Оз»). Сама женщина выглядела так, словно шла с тренировки, но с другой стороны, нынче все так одеваются – в штаны для йоги и облегающее худи («Лулулемон», судя по всему, или что-то в том же ценовом диапазоне). Незнакомка принадлежала к размытой категории «среднего возраста», которая может включить в себя и шестой, и седьмой десяток лет при условии соблюдения диеты, регулярного выполнения упражнений и обильного использования СПФ-кремов, особенно если деньги позволяют присовокупить сюда услуги святой троицы из диетолога, личного тренера и пластического хирурга. Изысканный тон ее волос, скорее медовых, чем светлых, не позволял угадать их истинный цвет. Идеально уложенная стрижка пикси заставила меня заподозрить, что незнакомка пришла сюда прямо из салона. Другими словами: она отлично выглядела, что, учитывая неверное мерцающее освещение магазина, говорило о многом. С другой стороны, выглядела она так же, как и тысячи богатых белых женщин, живущих в Южном Мэне, поэтому я не стала ее разглядывать – мне хватило общего впечатления от тренированного тела и хорошо увлаженной кожи.

Ох как скоро я пожалела о своем недостатке любопытства.

– Дороти!

По ее манере и интонации я предположила, что они знакомы.

Дороти слегка откинула голову назад, взмахнув рукой и улыбаясь: этот жест приятного удивления в ее исполнении я видела бессчетное количество раз – на собраниях или когда она общалась с публикой после дебатов. Но проведя с ней некоторое время, я поняла, насколько этот жест преувеличен: она играла жизнерадостность на публику точно так же, как все скалят зубы, услышав от фотографа: «Скажите “сы-ы-ыр”». Потому что если ты от природы интроверт, которому не так-то просто устанавливать какой-либо контакт, трудно удержаться и не переборщить.