Профессор магии на полставки. Том 2 (СИ) - Сомхиев Георгий - Страница 29

— Смотря чего ты хочешь. Я могу дать тебе доступ к артефакторной мастерской, у нас и такая есть. Возможно ты там сможешь научиться чему-то новому, с твоей-то тягой к знаниям, — весело усмехнулся Ланцов, после чего откашлялся и добавил: — Как вариант, ещё я могу дать тебе личную мастерскую. А то я смотрю доступ в алхимический корпус ты получил, а всё продолжаешь с Анастасией Владимировной работать и через неё материалы получать.

— Артефакторика это не моё, — я сразу показал руками крест. С детства не люблю пользоваться артефактами. Это заимствованная сила, на которую нельзя полагаться, если хочешь выжить. Если уж и пользоваться ими, то только за редкими исключениями. — Насчёт мастерской — звучит вкусно, но нет нужды. Мне понравилось работать в паре с кем-то. Когда что-то объясняешь кому-то, то и сам углубляешься в процессы. Я воспринимаю это как ещё один вид тренировок.

— Может тренировочных големов, — предложил Ланцов. — Недавно поступили к нам. Эти крепкие, ваши студенты вряд ли их поломают.

— Моим живым теням они все равно не составят конкуренцию, — разочарованно ответил я. А ведь будь они умнее, я бы мог побольше ничего не делать на занятиях. — Может всё-таки дадите доступ к закрытой части библиотеки? Там, где знания по запретной магии лежат в таких, знаете, интересных гримуарах, которые и убить могут.

— Я-то дам, но сразу говорю — ничего интересного ты для себя там не найдешь. Это пустая трата времени.

— У меня иное предчувствие на этот счёт, — покачал я головой.

Не знаю почему, но меня в эту закрытую область библиотеки тянет уже не первый день. Так что если даже я там ничего не найду, то хотя бы успокоюсь.

— Запретный плод всегда сладок, не так ли? — прокомментировал мой выбор Ланцов, и прежде чем я успел что-то сказать, добавил: — Ладно, будет тебе доступ, только сразу говорю — ничего оттуда выносить нельзя. Я за то место отвечаю головой. И на всякий случай будь осторожен.

— Почему? — недоумённо спросил я. Вот уж кому-кому, а мне про осторожность говорить было, мягко говоря, странно.

— Ещё до того, как я стал ректором, один профессор нарушил правило и ночью прокрался туда. После этого его нашли обезумевшим. Как он обошёл печать, я не знаю, и что с ним случилось тоже. ИСБ очень долго изучала всё, что там находится, но ничего не нашла. Это был единственный прецедент, но сам понимаешь… Если ты вдруг обезумеешь, всей Академии плохо станет. Да и не только ей.

— Я думал, у вас больше уверенности во мне, — шутливым тоном ответил я, но Ланцов, похоже, этого не понял. А может и понял, но все равно решил ответить серьёзно.

— Я предостерегаю. Знал я тоже магов тьмы, которые прекрасно владели своей силой, а потом у них ехала крыша и довольно основательно. Так что всё равно, будь осторожен. Как начнётся семестр, ключ к отделу получишь у Марии Тарасовой.

— И снова ждать, — ответил я Аристарху Евгеньевичу, после чего встал с кресла и попрощался.

Помимо разговора с ректором, меня ещё ждали дела. Ту же тренировку с графом Оболенским я отменять не собирался, тем более во время неё можно было обсудить нынешнюю обстановку в Академии. Затем ещё меня ждала встреча с Елизаветой Петровной. Переманить княгиню на свою сторону точно не было бы лишним. Ещё встреча с Зориной, чтобы узнать, кто из алхимиков чью сторону занимает.

В общем, день обещал быть насыщенным.

— Тебе опять письмо принесли. И даже не одно, — вырвал меня из мыслей Ворон, как только я вышел из кабинета ректора.

— Ну пришли письма и пришли, подумаешь? — развел я руками. — Первый раз, что ли?

— А то, что они все розовые, с сердечками, тебя не напрягает? — многозначительно посмотрел на меня Ворон. — Причем та, кто тебе их адресовала, лично проследила, чтобы они до тебя дошли.

Глава 15

Что ж, тут было два варианта, кто мог мне признаться в любви. Либо кто-то из студентов, либо из профессоров, благо среди них были вполне молодые и симпатичные девушки. Иначе как этот кто-то смог бы проникнуть в Академию и проследить за почтальоном ради такой мелочи? На это способен я или София, например, но точно не обычный маг.

Предчувствие подсказывало, что это настойчивая студентка, которой охота получить моё внимание. Настолько, что даже свои выходные готова тратить на слежку. Угождать её хотелкам я не собирался.

— Ты так говоришь, будто мне не должно быть плевать, — сказал я Ворону и заметил, что он сердито посмотрел на меня. Чувствует, как упускает веселье для себя. — У меня своих забот хватает. Ещё не хватало, чтобы я тратил время на незнакомку.

— Да ты прямо король грубиянов, — раздосадованно щёлкнул клювом Ворон. — Она влюблена в тебя, а ты с такой лёгкостью отвергаешь её чувства, даже не думая, как девушка это переживет.

Вот любит Ворон, когда что-то идёт не по его хотелкам, сразу зачитывать мне нотации. Причем отчасти он прав, я и впрямь поступил грубо, никак на него не отреагировав. Правда, один момент фамильяр не учитывал.

— Она в первую очередь думает о себе. Ей плевать на мои чувства, это я могу сказать, даже не встретившись с этой незнакомкой лично, — ответил я, бродя по пустому коридору. — Тем более кто в здравом уме будет преследовать почтальона, чтобы убедиться в доставке писем? Да ещё и в таких количествах?

— Так ты тоже эгоист, какая разница? — непонимающе качнул головой Ворон. — Даже те, кто жертвует чем-то для других, в первую очередь делают это для себя. Такой себе аргумент. Да и у всех есть свои причуды в голове. Что теперь, каждому отказывать? С таким подходом человечество давно бы вымерло, не находишь?

— Следить за человеком без весомого повода — ненормально, — я указательным пальцем провел из стороны в сторону перед глазами Ворона. — Даже если в этом замешана любовь. То, что я о ней думаю, ты и в первый раз услышал, так что закрыли тему разговора.

— Злой ты, — проворчал фамильяр.

— Был бы злым, пустил бы тебя на суп, — сказал я, и дальше направился на встречу с графом. — А ведь с учётом того, что ты всё равно восстановишься, это мог бы быть бесконечный суп…

— Я и до турнира знал, что вы настоящий монстр, Алексей Дмитриевич, — сказал Дмитрий Александрович, держа руки на коленях и тяжело дыша. — Но даже не подозревал, что вы в нашу первую встречу сдерживались.

— Вас я тоже недооценил, — усмехнулся я в ответ, залечивая порезы на теле. — Даже среди Искателей мало кто вам составит конкуренцию.

Наш тренировочный спарринг прошёл, можно сказать, насыщенно. Первые двадцать минут мы обменивались, можно сказать, примерочными и образцовыми ударами, тренируя рефлексы и реакцию — всё как по учебникам, после чего перешли к серьёзной магии.

И вот тут Оболенский показал, что в чистой скорости превосходит меня, если только я не собирался использовать максимум своих сил. Но для тренировочного боя это было бы перебором.

Теневые щупальца ещё поспевали за ним, отбивая стремительные выпады, но вот про контрудар речи не шло. Даже когда я использовал живые тени, чтобы его окружить, и в довесок атаковал магией по области, то не мог его задеть.

Как же я тогда победил? Хитростью. Дождался, когда он сблизится со мной, позволил себя слегка ранить рапирой, использовал вспышку света одновременно с магией звука, после чего врезал со всей силы коленом ему в живот, выбив из него весь дух. Тут даже барьер не помог.

— Если вы стали таким сильным из-за охоты на монстров, то я, похоже, знаю, куда мне стоит податься после Академии, — усмехнулся граф, полностью придя в себя.

— Всё несколько сложнее, — расплывчато ответил я, и закончив с лечением, обратился к графу. — Вы про петицию уже слышали?

— Само собой, — коротко кивнул мужчина. — Должен признать, что я ошибся в сделанных выводах. Яковлев решил действовать агрессивнее. Теперь даже те профессора, которые старались придерживаться нейтралитета, вынуждены занять чью-то сторону. Конфликт между ректором и заместителем становится всё ярче, и такой расклад дел мне нравится всё меньше.