Бог Волков (ЛП) - Дуглас Вероника - Страница 71

50

Саманта

После того, как мы вернулись, Кейден не снял ошейник, и я два дня не выходила из своей комнаты. Они приносили еду, но я отказалась от нее. И когда Кейден послал за мной гонцов, я отказалась исцелять его.

Мел даже появилась, но я ее прогнала. В конце концов, они оставили меня одну сидеть в темноте.

Я все еще чувствовала запах горячих лепешек и сосисок, которые слуги поставили на маленький столик. Они остыли несколько часов назад.

Я бы предпочла насквозь промокший мешок с вяленым мясом и хлебом. По крайней мере, тогда не было бы иллюзий относительно того, что это такое: тюремный паек.

Откинувшись назад, я позволила своему черепу стукнуться о стену.

Я была в ловушке. Не только из-за ошейника, который Кейден настоял, чтобы я надела, или из-за стен, или из-за самого Темного Бога, но из-за войны и моей неспособности остановить происходящее.

Время от времени я вскакивала, раздвигала шторы и проверяла, нет ли на горизонте столбиков дыма. Хотя никто так и не появился, я знала, что однажды он заберет лунный камень и снова нанесет удар через границу. Разрушит еще один город, то ли для устранения угрозы, то ли в отместку.

Я ничего не могла поделать. Если бы я попыталась сбежать, он бы просто выследил меня или притянул обратно с помощью ошейника.

Так что я сидела в темноте, пытаясь призвать свою силу. Ничего не приходило. Она никогда не приходила, когда его не было рядом — за исключением одного раза, когда я защищала лисят. Но это было из-за ужаса, и я никогда не смогла бы сделать это снова. Я была бессильна с ним и бессильна без него. Это было хуже, чем носить магические наручники на запястьях.

Какой у меня был выход?

После нескольких часов размышлений и составления заговора мою кожу начало покалывать. Низкая вибрация прокатилась по мне, и мои мышцы напряглись, когда я уловила запах огня и вкус шоколада. Я попыталась заглушить звук ветра, шелестящего в соснах, но его сила только усилилась.

Затем я услышала его тяжелые шаги в коридоре. Они остановились, замок щелкнул, открываясь, и он вошел, мягко закрыв за собой дверь.

Мои чувствительные глаза позволили мне разглядеть его черты в темноте. Мощные плечи. Сильная челюсть. Ледяные глаза, которые всегда заставляли мое сердце биться немного быстрее. Почему я была обречена страдать от рук прекрасного чудовища?

Кейден опустился на колено рядом со мной, и я закрыла глаза, желая раствориться в каменном полу.

Его пальцы убрали волосы с моего лица.

— Тебе нехорошо?

Дрожь восторга пробежала по моему позвоночнику, и мне захотелось закричать от ярости из-за того, как мое тело все еще реагировало на него, даже после всего.

Я отвернула голову от его прикосновения.

— Маленький волчонок, — его голос был мягким. — Посмотри на меня.

Я откинула голову назад и уставилась на него со всей ненавистью, яростью и гневом, накопившимися в моей душе.

— Я презираю тебя.

Хотя выражение озабоченности на его лице не изменилось, я увидела искру боли в его глазах.

Какое ему было дело?

Темный Бог опустил руку.

— Я сожалею о том, что произошло по ту сторону границы. Это…

— Это из-за того, что ты держишь меня в плену, — сказала я. — Это из-за всей этой лжи. Это из-за того, что произошло по ту сторону границы, что происходит снова, и снова, и снова.

Он нахмурил брови и пристально посмотрел на меня.

— Я пытаюсь защитить своих людей.

— Тогда ты терпишь неудачу. Ты топишь их в круговороте насилия и мести.

Он поморщился, как будто я царапнула его когтями по лицу. Я не чувствовала ни малейшей вины.

— Мы не предпринимали никаких новых атак через границу, — сказал он.

Я наклонила голову и бросила на него уничтожающий взгляд.

— Но они будут, не так ли? Я слышала шепот, эхом отдающийся в зале. Ты собираешь своих воинов.

Его секундное колебание сказало мне все, что мне нужно было знать.

— Убирайся, — прорычала я.

Он встал, и то, что я увидела в его глазах, застало меня врасплох. Печаль, вина и мучительный стыд.

— Ты думаешь, мне доставляет удовольствие убивать?

Встав, я направилась к двери.

— Это очевидно. Я видела жажду битвы в твоих глазах.

Я рывком распахнула дверь, к удивлению стражника, стоявшего снаружи.

Кейден сжал кулаки, и вина на его лице сменилась яростью.

— Я не буду извиняться за то, что сделал то, что должен был сделать, чтобы защитить свой народ.

Я указала на выход.

— Значит, у тебя вообще нет души.

Он поколебался, а затем, дрожа от разочарования, выбежал вон. Я захлопнула за ним дверь.

Как только он ушел, я начала расхаживать взад-вперед.

Я должна была выбраться. Он никогда не отпустит меня. Его обещания были ложью. Даже если я исцелю его, он, вероятно, никогда не отпустит меня. Я была бы заключенной до конца своей жизни, и мне пришлось бы безучастно наблюдать, как он убивает тысячи невинных.

К черту это.

Где-то между роскошным залом, танцами и пирами я забыла, что была пленницей злобного военачальника. Ублюдка, который убил членов моей стаи и опустошил мой город.

Как я могла так потеряться? Или я просто была сломлена с самого начала?

Я прислонилась лбом к холодной каменной стене и закрыла глаза. Правда заключалась в том, что выбраться отсюда было уже недостаточно. И никогда не было.

Навязчивые видения разрушенной деревни фейри промелькнули в моем сознании. Сбежать было недостаточно.

Я ударила ладонью по стене.

— Мне нужно помешать ему сделать это снова.

Но что я могла поделать?

Я могла бы попытаться намеренно распространить проклятие, ослабив его, насколько это было возможно. Это был несчастный случай на пилонах, но если бы я действительно постаралась…

Мысль о том, что я намеренно причиню боль Кейдену, заставила мои внутренности сжаться. Я ухватилась за кровать, чтобы сохранить равновесие, когда меня охватило головокружение. Мое сердце заныло, и в этот момент я поняла, что никогда не смогу причинить ему боль, как бы сильно я его ни ненавидела.

Я не такая.

Глубоко внутри Кейдена была крупица добра, человек, который защищал свой народ. Я видела ее. Селена и ее люди рассчитывали на то, что он защитит их. Если я распространю проклятие и ослаблю его, ее деревня и все остальные вдоль границы окажутся в опасности.

Тогда что я могла сделать?

Я закрыла глаза, не в силах представить себе ничего, кроме образа его, стоящего среди смерти и разрушений, со светящимся лунным осколком в руке.

Лунный осколок.

Это было решением всего.

Без него Кейден не смог бы совершать набеги на деревни фейри, и потеря этого не помешала бы ему защищать людей по его сторону барьера. Это не остановило бы войну, но, возможно, восстановило бы баланс. Возможно, это помогло бы остановить цикл насилия и репрессий.

Медленно, как тяжелый воздух надвигающейся бури, воцарялась уверенность.

Я должна была украсть лунный осколок. Проблема была в том, как получить его и сбежать?

Меня начала охватывать паника, но я вцепилась в кровать. Я должна решать это шаг за шагом.

Первое, что нужно было сделать, это выяснить, где находится эта чертова штука. Касс всегда носил его в седельной сумке, но Темный Бог назвал его своей самой ценной собственностью — он, вероятно, хранил бы его в сокровищнице.

Будет ли он держать его при себе? В своей комнате?

Я всегда чувствовала его прохладно-теплое присутствие, когда мы катались верхом, даже когда я была далеко от Кейдена. Почувствовала ли я его в комнате, когда приходила исцелять его?

Я закрыла глаза и напрягла свой разум, пытаясь вспомнить каждое ощущение. Комната всегда была наполнена его силой — глубокой вибрацией землетрясения и шелестом ветра в соснах.

Но было ли что-то еще? Еще одно присутствие, тянущее? Я почти чувствовала, как оно щекочет задворки моих воспоминаний, просто вне досягаемости. Когда я исцелила его, возможно ли, что я начала черпать энергию из лунного осколка, спрятанного поблизости?