Антология советского детектива-48. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 687

«Вольво» Юсова была припаркована в каких-нибудь тридцати метрах от зеркальных дверей гостиницы. Он вышел на улицу, полюбовался на свою лакированную красавицу и начал ловить такси, которые подъезжали, уезжали, не обращали ни на кого внимания, словно вообще не имели к желающим прокатиться никакого отношения, а оказались у гостиницы по недоразумению и теперь спешат по важным делам.

Юсов на равнодушных таксистов реагировал спокойно и пошел вдоль ряда машин, остановился около черной «Волги», перемолвился с водителем и открыл заднюю дверцу.

— Довольно занимательно, — сказал Крячко, поворачивая ключ зажигания, и вывел свои «Жигули» следом за «Волгой». — Человек приехал на «Вольво», бросил паршивую тачку, укатил на служебной «Волге».

Именно за этой «Волгой», за рулем которой сидел Карим Танаев, с утра каталась опергруппа МУРа.

Дремавший на заднем сиденье подполковник на замечание начальника не реагировал, а капитана Вакурова слова приятеля задели.

— Ты хочешь сказать, что запомнил всех приехавших к гостинице за последний час? — спросил опер запальчиво. — И кто на какой машине…

«Волга» обогнула гостиницу и припарковалась у северного входа. Юсов из машины не выходил. Крячко поставил «Жигули» в сторонке и только тогда ответил:

— Я с Петром Юсовым учился, потому и обратил внимание. Он работал у нас, позже в прокуратуре, затем, я слышал, ушел на вольные хлеба. Увидел, как он из «Вольво» выходит, подумал, что, судя по всему, Петька неплохо устроился. — Крячко постукивал пальцами по рулю. — Садись на мое место, я рядом с дедом устроюсь.

Оперативники быстро пересели, Светлов, не открывая глаз, сказал:

— Петька сызмальства огромную тягу к деньгам имел, — он тяжело вздохнул. — Неужто увяз и мы его брать будем?

— Значит, у вашего приятеля к Танаеву серьезное дело, — сказал Вакуров, — а попытка остановить такси лишь прикрытие.

— Капитан, тебя пора представлять к майору, — сказал насмешливо Крячко.

— Если начальник друг, от него дождешься, — парировал Вакуров. — Интересная встреча, а Лев Иванович говорил, что наблюдение ничего не даст.

— Лев Иванович сыщик, а не господь бог. — Светлов выпрямился, потер ладонями лицо. — Наша задача получить пальцы водителя. Конечно, Петька Юсов полковника очень даже заинтересует.

— Борис, как только Юсов переговоры закончит и на своем «вольвешнике» уберется, мотай в контору и собери на него все возможное. В кадры не обращайся, сейчас не знаешь, где течет. А мы с дедом будем ждать, пока водитель не проголодается. Кафе, столовая — нам едино, нужен стакан из его рук.

— Понял, — ответил Вакуров и усмехнулся. — Хороши вы будете, если у него жратва с собой.

— Ты за «Спартак» болеешь? За него и переживай, — огрызнулся Крячко. — Конец связи. — Он взглянул на часы. Разговор продолжался восемь минут.

Юсов вышел из «Волги», зашагал к своей машине. Вакуров чуть двинул «Жигули», Крячко коротко бросил:

— Стоять! Смотри за «Волгой».

Юсов отошел лишь метров на двадцать, остановился, начал прикуривать и, повернувшись, осматривал стоявшие машины.

— Хоть и перекрасился, а оперативником остался, — чуть ли не с гордостью произнес Светлов.

— Я сейчас «Волгу» потеряю, — Вакуров газовал, — сейчас на набережную вырулит и с концами.

— Стоять. — Крячко наблюдал за Юсовым, который, как и Вакуров, провожал взглядом «Волгу». — Лучше его сто раз потерять, чем раз засветиться. Теперь двигай, но по-тихому, не обращай на себя внимания.

— Уйдет, практически ушел, — переживал Вакуров.

— Не страшно, у Белого дома поищем, а нет, так завтра поутру снова от гаража возьмем, — спокойно ответил Крячко, задумался и после небольшой паузы продолжал: — Двигай домой, ты займешься Юсовым, я разыщу генерала Орлова, пусть передаст новость полковнику.

Гуров уже привык к неуютной казенной квартирке, к тишине огромного парка, молчаливым охранникам. Порой ему казалось, что живет он здесь не трое суток, а давно и находится не под Москвой, а черт знает где в командировке. В усадьбу — так полковник называл центральное здание — он не заходил, иногда прогуливался по внутреннему двору, молча раскланивался с прислугой. В первый день люди сторонились, увидев, порой вздрагивали, но незнакомец с вопросами не приставал, хотя и выглядел иностранцем, держался по-свойски: то вовремя зажигалкой чиркнет, другой раз о погоде выскажется. А в основном сидит на скамеечке, закинув ногу за ногу, покачивает сверкающим ботинком и облаками любуется либо веточку возьмет и чертит на земле.

Люди понимали, появился человек из-за кошмарного убийства, значит, сыскной. Только ведет себя непонятно, ничего не ищет, в служебные помещения даже не заходит, ничего не выведывает, похож на дачника. Хотя чушь полная, — дачник должен быть в пижаме или тренировочном костюме, обязательно с пузом и в тапочках. А этот словно на прием официальный приехал, с парадного крыльца вошел, а через черный ход покурить вышел, только уж больно долго он покуривает и все молчит, молчит, смотрит доброжелательно, совсем иначе, чем начальник охраны или седой кагэбэшник. И простой мужик, и совсем не простой, по всему чувствуется — большой начальник, такой он уверенный и спокойный.

По мнению сыщика, убийца обойти двор стороной никак не мог, значит, преступник здесь прошел, а около восемнадцати часов во дворе обязательно кто-нибудь находился. А если несколько секунд никого не было, значит, кто-то стоял у окон кухни, либо в дверях подсобки, или в воротах. Как ни крути, а пройти через двор чужаку незамеченным практически невозможно.

Следователь прокуратуры, дотошный профессионал, допросил всех, установил, кто где находился во время убийства, кто что говорил, спрашивал, отвечал, все показания сверил, разночтений, даже в пустяках, не обнаружил. Единственным слабым местом были водители «Волг». Машины находились на главной стоянке, чуть в стороне от парадной лестницы, и водители приходили во двор, обедали в служебном помещении, уходили к машинам, один якобы за сигаретами, другой хотел подремать, где кто из них находился в момент убийства, установить не удавалось. Всех троих допросили, они держались уверенно, отвечали четко, и, что нравилось Гурову в их показаниях, ни один не мог точно указать время своего пребывания в том или ином месте.

Гуров сидел в своей квартирке за столом и занимался делом непривычным: рисовал схемы, составлял графики. Обычно сыщик всю информацию держал в голове, писать, чего он терпеть не мог, не требовалось. Сегодня он запутался — уж слишком много действующих лиц — и, посмеиваясь, взял в руки фломастер. Начеркав несколько страниц, сыщик просмотрел результаты своей работы с изрядной долей отвращения, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Петр Юсов знаком с водителем Танаевым и провел с ним конспиративную встречу. Танаев — единственная реальная зацепка в деле. Он находился здесь в момент убийства, он опередил Илью Егорова в гараже. Танаев баловался бензином — затирал несуществующие следы в салонах служебных машин? Не факт. А вот встреча Танаева с Юсовым и что последний после встречи проверялся — факт. И факт интересный. Только не следует его переоценивать. Возможно, случайное совпадение, людей связывает дело, не имеющее никакого отношения к убийству. Здесь Гуров начинал путаться и рассуждать противоречиво. С одной стороны, опыт доказывал, что случайные совпадения лишь следствие слабости розыскника, не сумевшего найти логическую связь между событиями. С другой стороны, тот же опыт убеждал, что жизнь порой состоит из самых несуразных совпадений, похожа на бесконечную цепь, кольца которой сцеплял между собой не мудрец, а пьяный шутник.

Когда не удавалось решить задачу, Гуров всегда начинал пересматривать ее условия, проверяя, не вкралась ли ошибка изначально.

Итак. Оксана Строева была убита выстрелом в голову с расстояния тридцать два метра. Оружие с глушителем, систему установить не удалось, калибр 7,65. Можно практически с уверенностью сказать, что стрелял профессионал. Таковы факты, далее начинаются предположения. Убийца проник на территорию вполне законным путем, вошел или въехал через КП, после убийства не скрылся, то есть находился в поле зрения.