Антология советского детектива-48. Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 715

Полковник Гранин знал, где обычно ужинает Бесковитый. После убийства полковника Авдеева Гранин вызвал Веру, приказал съездить домой и переодеться, дал адрес ресторана. Сам приехал загодя, один из официантов помогал службе безопасности и сразу указал столик, который всегда занимал популярный депутат и кандидат в президенты. Остальное было делом техники.

Гранин встретил подчиненную, похвалил костюм и даже поцеловал в щечку, проводил к столу, сам сел к обустроенному столику спиной.

— Они прибыли, — Вера очаровательно улыбнулась. — Их трое… Сам лично, Сабурин, что бородка клинышком, третьего не знаю, по ящику никогда не видела, с виду бизнесмен, возможно, охранник. Нет, охранники вошли следом, сели отдельно.

— Ты у меня умница. — Гранин включил запись. — Если меня за таким делом застукают, уволят.

— Буду рада, Иван Сергеевич, вы наконец-то увидите во мне женщину, а не майора Волошину.

Гранин приподнялся, обнял Веру, взглянул на прибывших депутатов и не выругался, сказал сдержанно:

— Да, девочка, человек только предполагает. Третий — Юсов Петр Саввич, некогда работал в угро и прокуратуре, самое приятное, что он прекрасно меня знает.

— Ну и пошли отсюда, Иван Сергеевич, — решительно и в то же время с обаятельной улыбкой сказала Вера. — Вовремя отступить не трусость, а свидетельство ума…

— Невозможно, дорогая. Один человек, чьим мнением я дорожу, не поймет. — Гранин вздохнул: — Они сейчас горячие, в Белом доме произошел взрыв, надо выяснить, куда летят осколки.

Они сидели и болтали около трех часов. Чтобы не привлекать к себе внимания, Гранину пришлось выпить. И как он ни менял водку на воду, а слегка опьянел, потому расслабился и встал, когда Вера вернулась к столу. Взгляд Юсова обжег щеку; усаживаясь, Гранин сказал:

— Я сгорел, как мальчишка. Если он подойдет, ничему не удивляйся, держись соответственно моей версии.

— Он идет, — сказала через несколько минут Вера.

— Добрый вечер, думаю, господин уже полковник, — тихо произнес подошедший Юсов.

— Садись, — Гранин отодвинул стул и пьяно качнулся, — черт бы тебя побрал, надеялся, не заметишь.

— Спасибо, — Юсов сел к столу, взглянул с любопытством, — а чего тебе, узнал — не узнал? Мы живем в свободной стране.

— А пошел бы ты… Извини, знакомься — Вера, моя неразделенная. Майор, из наших.

— Ты при исполнении?

— Я всегда при исполнении, — Гранин наполнил рюмки, — если начальство узнает, что я со своей сотрудницей водку пью, то мое исполнение вмиг и кончится.

— Ваня, тебе хватит, — Верочка забрала рюмку Гранина, — а мы с господином…

— Я не господин, просто Петр, — Юсов видел, что гэбист выпивши, сам факт, что он признался, что девица из фирмы, свидетельствовал об этом.

— Майор, поставь рюмку взад, — прошептал Гранин. — Мужики должны выпить.

— За знакомство, здоровье, успех! — Юсов поднял рюмку. — Все в один тост, мне следует вернуться к именитым сотрапезникам. Ты, Иван Сергеевич, их узнал?

— А то! — Гранин опрокинул рюмку. — От их физиономий даже японская аппаратура перегорает.

— Извините, — Юсов поднялся и раскланялся, — рад видеть в здравии. — Он нагнулся к Гранину и прошептал: — А майор у тебя — высший класс!

— Как я смотрелся? — спросил Гранин, когда Юсов отошел к своему столику.

— Смоктуновский.

— Запомни, девочка, если хочешь человека обмануть, скажи ему правду. Думаешь, его водка на столе успокоила? Ни черта! Твое звание, красавица. При нашей закрытости болтануть, что пьянствует с сотрудницей, может только пьяный.

Глава 11

«Он шел на Одессу…»

Невозможно представить, сколько событий способна запихнуть жизнь в один день. Две беседы с Савиковым и его признание, встреча с «авторитетами», убийство полковника Авдеева… Главным же для Гурова было то, что не покидавшее его в последние дни чувство опасности, ощущение допущенной ошибки сегодня наконец материализовалось, приобрело конкретные формы. Сыщик — человек осторожный, но не из пугливых, — осознав, куда он лезет и с кем воюет, несколько растерялся. Поразмыслив, придя к выводу, что обратной дороги нет, он собрал опергруппу, но не в кабинете Крячко, а по соседству, где работали Вакуров и Светлов, куда позвонить никто бы не догадался. Не следовало рядовым оперативникам знать лишнее, но без помощников не обойтись, а использовать ребят втемную Гуров не имел права.

Изложив суть дела и к каким печальным выводам пришел, он закончил шутливо:

— Как поется, «он шел на Одессу, а вышел к Херсону». Смотрел на карту, не мог понять, как можно эдак промахнуться. Но известно, из песни слова не выкинешь. Как будем жить, ребята?

Ребята угрюмо молчали. Первым, как ни странно, отозвался подполковник Светлов.

— А мне чего? — он пожал сутулыми плечами. — Убить на нашей работе всегда могут. А на пенсию вышвырнут, так я и так давно собираюсь.

— М-да! — Крячко хмыкнул. — Господин полковник, сколько лет тебя знаю, а что ты такой крутой, понял лишь недавно. О чем ты раньше думал?

— Виноват, Станислав, оплошал, — просто ответил Гуров. — Сегодня вижу, что волчьи уши с первого дня торчали.

— Задним умом всяк крепок, — сказал сердито Светлов. — Ты, Станислав, чем попрекаешь? Что Лев Иванович чухнулся поздно? Так ты бы на его месте и сегодня пер, как бульдозер. У него извилин больше, чем у нас троих! Ты ему низко в ножки поклонись, что упредил, а то бы нас первых слопали!

— Василий Иванович, слезь с коня, не махай шашкой, — миролюбиво ответил Крячко. — Говорю как есть и от такого расклада не в восторге, я человек нормальный и себя люблю.

— Вы, конечно, старшие, но не то говорите, — сказал Вакуров возмущенно. — Лев Иванович, излагайте свой план, давайте конкретные задания.

— Задание не меняется, — ответил Гуров, — требуется установить Профессора, может, его и иначе называют, время покажет. Я дал «авторитетам» ваш телефон. — Для наглядности он указал на аппарат. — Ставьте его на автоответчик, пусть пишет, людям легче с машиной разговаривать, думаю, информация пойдет с этой ночи. Я Шалве Гочишвили позвоню, он людям мои слова передаст, они возьмутся за поиски Профессора серьезно.

— А может, погодишь? — флегматично спросил Крячко.

— Не погожу! Когда с тобой играют краплеными картами, следует сдергивать из колоды тузы. Правила отменили не мы, значит, будем играть без правил.

— Я не об этике — об опасности, — Крячко неожиданно начал что-то насвистывать.

— Ты что? — возмутился Светлов. — Они еще вчера внаглую поперли, а край один.

— Хватит, не пленарное заседание, — перебил Гуров. — Машины пригнали?

Крячко бросил на стол две связки ключей.

— Борис, ты электронику получил?

Вакуров указал на стоявшие у сейфа коробки.

— Так оборудуйте квартиру умника, которого назвал Савиков. — Гуров плюнул на бесконечные зароки бросить курить, достал сигареты. — Второй комплект я забираю, установлю сам. — Он взглянул на часы: — Двадцать три, начнем сей минут, мы имеем небольшую фору во времени. Вы оборудуйте машины…

— Они с телефонами, — сказал Крячко.

— Тем лучше. Поутру я одну машину у вас заберу, мою знают… Я сбился… — Гуров потер лоб. — Да, кроме Профессора, мы разыскиваем убийцу-исполнителя, который обитает на фазенде. У него имеется особая примета: он высококлассный стрелок. Борис, ты поутру начнешь его устанавливать. — Гуров вырвал из блокнота несколько листков, протянул Вакурову: — Думаю, один из этих троих. Станислав, помоги Борису с легендой, надо войти в каждую квартиру. Ничего вскрывать, нарушать не придется, в квартирах живут родственники. У одного жена с дочерью, у двоих родители. Человек где-то стрелять научился, и домашние наверняка о его искусстве знают. Идея ясна?

— Входишь — на серванте кубок торчит, — съязвил Крячко, — или на стене грамота в рамочке, а может, фотография человека с ружьем.

— Господин подполковник, если вы моему заданию завидуете, я готов уступить, — парировал Вакуров.