Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 493

Чёрный шар непроглядного мрака размером с обычное яблоко с шумом упал на пол. Вернувший себе контроль патриарх невидимым жгутом подхватил его и вложил себе в руку. То, что осталось от некогда самого грозного оружия, сейчас было заперто в этой обжигающе холодной сфере.

Что ж, теперь он сможет доставить Сердце Пожирателя своему Господину. А вместе с ним он принесёт ему залог будущей победы.

Свободной рукой Сахель схватился за висящий на его шее ключ и активировал Мост. Грохот и шум заполнили всё пространство, и лишь поддерживаемая магом защита не позволила ему оглохнуть. Из последних сил он ступил на сплетённые воедино перламутровые нити и начал свой путь на другую сторону светового потока. И вновь ему нужно было спешить.

Открытие прохода всколыхнуло всю извергающуюся гору. Каверна, откуда начинался вход в храм, обрушилась, позволяя осколкам породы и кипящей лаве заполнить собой все пустоты. Одна из стенок основного кратера обвалилась, и огненная река начала свой бег к накатывающим на подножье вулкана волнам Мёртвого моря. И хоть источник его проклятья Сахель унёс с собой, отравленные его влиянием воды ещё долгое время останутся безжизненными, а раскинувшиеся неподалёку чёрные пески с наступлением темноты всё так же будут сводить с ума неосторожных путников.

Заплатить за новые знания пришлось потом и кровью. И того, и другого за минувшие 4 дня из меня вылилось достаточно, став единым целым с песком арены. Заключив сделку с Императором, я получил доступ к ещё одной технике 5‑го ранга, но успехами в её воплощении пока похвастаться не мог. Вот и сейчас из 15 мишеней, роль которых исполняли воткнутые в землю палки с насаженными на них деревянными чурками, серьёзно пострадали только 3. С учётом затраченной на заклинание энергии и моего собственного истощённого состояния результат, прямо скажем, не впечатлял.

– Ты слишком многого от себя требуешь, – произнёс Блурвель. – Нельзя овладеть таким сложным контролем в столь короткий срок. К тому же подобные техники изматывают тебя, снижая уровень концентрации. Будь ты мастером, и дело двигалось бы быстрее.

– Ты сам сказал, что я ещё не готов, – отмахнулся я, без сил опускаясь прямо на песок. – Как раз для этого я и пытаюсь прыгнуть выше головы.

– И ты уже  это сделал. Просто дай естественному ходу вещей доделать оставшуюся работу. Продолжай практиковаться, не жалей сил, но и не торопи события. Ты почувствуешь, когда настанет твоё время.

Время? Но разве у нас есть это самое время? Война уже здесь, на юге и на севере, и многочисленные армии, наверняка, уже начали свой марш навстречу друг другу. Правда, о конкретных планах меня в известность не ставили. Ни на второй день, ни на последующий меня во дворец больше не приглашали, и в совете участия я не принимал. Словно был уже отыгранной картой, которую Император вовремя предъявил вестнику Троих. И теперь я всерьёз опасался за свою жизнь, не зная, как именно поступит Фебран или его покровители. Надежду внушали лишь его последние слова о том, что, пока мы все выступаем на одной стороне, он не будет считать меня врагом. Однако, насколько им было можно доверять, оставалось вопросом.

– До чего договорился совет? – перевёл я тему с собственной неудачи на более глобальные события.

– Они выступят как союзники, – коротко ответил маг.

– И этого хватит чтобы остановить орду? – не сдавался я.

– Надеюсь, что да, – вновь попытался соскочить мастер, но увидев, что я уже готов спрашивать вновь, вздохнул и всё же удосужился выдать немного подробностей. – Ну хорошо, хорошо. Слушай, раз так хочется. Даже без Южных королевств армия всего западного Павелена насчитывает не меньше 140 тысяч воинов. Добавь сюда гвардию аристократов и отряды наёмников и получишь все 200. Это значительно больше, чем даже объединённое войско хетов, гезирцев и всех тех, кого сумел втянуть в эту войну ковен. Но если ты взглянешь на карту, то ситуация покажется не столь обнадёживающей. Союзные войска раздроблены и растянуты. Между нашими основными армиями почти тысяча лиг, а на охрану храмов мы вынуждены выделить чуть ли не треть от всех имеющихся солдат. Мы не знаем куда именно придётся следующий удар, и в этом наша слабость. Так что в открытом бою мы можем рассчитывать в лучшем случае на половину от этого числа, а значит, исход сражений решит не число солдат, а то, насколько умело мы ими распорядимся.

– Фебран обещал с этим помочь. Если Трое и их слуги обеспечат нас связью, то это позволит быстрее реагировать и перебрасывать наши силы туда, где они нужнее.

– Думаешь, у хетов такой возможности не окажется? – резонно спросил маг.

– Я бы исходил из того, что в этом плане они не будут уступать нам.

– Вот и я так думаю. Но в любом случае, наши камни‑маяки едва работают на расстоянии в 30–40 лиг, да и то, могут лишь подавать самые простые сигналы. Хотел бы я взглянуть на те, которыми располагает Фебран и его подчинённые.

– Уверен в этом? – спросил я Блурвеля. – Не боишься, что это знание дорого тебе может стоить?

Тот в ответ нахмурил лоб, вроде как что‑то серьёзно обдумывая, а после улыбнулся своей молодой и лучезарной улыбкой.

– Пожалуй, ты прав. Лучше придержу своё любопытство при себе. К слову, сегодня в Трием прибыли ещё двое слуг Троих. Это не считая тех, что уже отправились к храмам, и тех, кто был приставлен к южной и северной армиям.

Хреново. Теперь у меня под боком не только Фебран, но и целая компания подобных ему персонажей. А ведь одного из членов их тайного клуба я не так давно собственноручно пришиб. И Император явственно дал мне понять, что знает об этом. А возможно, не только он. В любом случае, правильным решением будет убраться подальше он них всех, и Фельс для этого подходил как нельзя лучше.

– Что, раздумываешь, а не последовать ли тебе их примеру и не уехать куда‑нибудь на север? – очень точно интерпретировал мою паузу мастер.

– Думаю, мне пора приступить к своей части сделки, – ответил я. – Путь до северной провинции неблизкий, а в это время года и вовсе может стать опасным.

– Боишься, что тебе постараются помешать?

– Почти в этом уверен. Поэтому будет лучше, если город я покину незаметно. Можешь с этим помочь?

– Я что‑нибудь придумаю. Будь готов выступать, я пришлю своего человека.

– Что ж, тогда предлагаю на этом завершить нашу тренировку, – сказал я и, собрав волю в кулак, встал на подрагивающие ноги. – Всё равно я временно ни на что не способен. И почти беззащитен.

– Теперь ты намекаешь, чтобы я проводил тебя до дома и обеспечил охрану?

– Больше всего в тебе, Блурвель, меня всегда поражала твоя проницательность, – сказал я, сопроводив свой ответ невинной улыбкой.

– Чёрт с тобой. Так и быть. Но мой тебе совет, не рассчитывай, что справишься с Фебраном, даже если будешь полон сил.

Мастер тоже поднялся с лавки, с которой наблюдал за моей неудачной попыткой, и первым направился к выходу с арены. Там нас дожидались наши лошади, а вместе с ними несколько молчаливых слуг Блурвеля, следящих за тем, чтобы наше занятие не потревожил кто‑нибудь, случайно или намеренно. Уже добравшись до арендованного отрядом домика, Блурвель пожелал мне удачи и вместе с помощниками растворился в сгущающихся сумерках. Но даже после его ухода я чувствовал, что это место всё ещё находится под его присмотром.

– Ну что, друзья мои, – обратился я к своим бойцам, которых собрал за ужином. – Не пора ли нам оставить этот столичный лоск и отправиться туда, где на нас не будут смотреть как на комок навоза, свалившийся из‑под хвоста проскакавшей мимо кобылы? Ведь в мире есть место, где нас помнят и уважают, а по кабакам не перестают рассказывать байки о наших с вами подвигах и похождениях. А ещё, там нас ждёт и скучает один хороший человек.

– Это где такое место? – не сразу понял Колтун.

– Я говорю про славный город Фельс!