Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 501

Даже войлочная одежда, хорошо защищающая не только от холода, но и от жара, деформировалась и обуглилась, в некоторых местах вплавившись в кожу. Крик боли, вырвавшийся из обожжённой глотки, был сиплым и приглушённым, а фигура человека пошатнулась, но всё же устояла на ногах. Освободившись от всех связывающих его заклинаний, колдун вскинул руку и попробовал атаковать своего обидчика, но действовал при этом вслепую. Мы словно поменялись ролями. Он не глядя начал швырять заклинания туда, где видел меня в последний раз, вот только там меня уже не было. «Бич скверны» отделил верхнюю часть туловища от нижней, прервав поток атакующих техник, а заодно остановил поглощение слугой Отрёкшегося зажатого в другой руке жертвенного камня.

Сохраняя бдительность, я подошёл к разделённому надвое телу. Вытащив меч из ножен, я коротким движением вогнал остриё колдуну под подбородок, внимательно наблюдая за его реакцией. И лишь убедившись в его окончательной смерти, позволил себе изъять кристалл и обыскать одежду в поисках ценных трофеев. Ничего полезного там не обнаружилось. Лишь непростой мешочек для жертвенника, чтобы укрыть от других магов его свечение. Ни монет, ни артефактов, ни даже самого простого ножа. Пуговицы и те – лишь кожаные узелки да петельки, почерневшие от жара. Как будто колдун осознанно избегал всего инородного и неорганического.

– «Так ему проще было укрывать себя в потоке», – пояснил Бес.

Услышав такое объяснение, я не стал пытаться отыскать потайные кармашки в оплавленной одежде. Запах от мертвеца шёл преомерзительный, а мой желудок от перенапряжения вдруг решил продемонстрировать слабость. Тем более, что даже алчность и жажда наживы отходили на второй план перед желанием убраться с открытого места, и желательно туда, где можно будет передохнуть. Где же этот чёртов мастер⁈

Стоило мне вспомнить о Кромвеле, как он тут же появился. Вот только выглядел он иначе, нежели когда мы расставались с ним у фельской колокольни. Опалённые волосы и серьёзный ожог на лице намекали на то, что у его опоздания тоже были свои причины.

– Живой? – с облегчением спросил он и поспешил ко мне. При этом маг подволакивал левую ногу и скалил от боли зубы. – Думал, не успею тебе помочь.

– Судя по твоему состоянию, это мне следовало прийти к тебе на помощь, – мальчишеской бравадой встретил его я.

– Не переживай, ожог – ерунда, а нога просто онемела. Скоро пройдёт. Кто тут у тебя?

– Да вот, странный тип. Очень хорошо прятался, да и бил больно. Ты уж извини… за забор и за окна.

Кромвель, казалось, только сейчас обратил внимание на плачевное состояние собственного имущества.

– Идём, – вдруг сказал он, и поплёлся в один из раскуроченный колдуном проёмов. – Всё равно пока нога не отойдёт, добраться до внутреннего города у меня не выйдет. Так что немного времени у нас есть.

– Будем здесь прятаться?

– Нет, заберём кое‑что ценное. Есть вещи, которые не должны попасть в руки этих грязных магов. Кстати, об этом. Ты нашёл что‑нибудь?

– Если ты про кристалл, то говори прямо. Да, забрал. Но наполовину использованный.

– В других королевствах с этим попроще, но в Империи… Лучше не распространяться об этом.

– Мне кажется, что прямо сейчас Император готов на многое закрыть глаза, если это приблизит его к победе.

– Ничто при этом не помешает ему «прозреть» после. Не давай им повода поймать тебя на крючок, Мазай.

– И снова ты прав, мастер. Я даже успел соскучиться по урокам своего учителя .

– О нет, нет, нет. Даже не пытайся вновь ко мне так обращаться! Это и тогда звучало будто издевательство, а сейчас и подавно. Ты только что в одиночку убил старшего слугу ковена. Так что лучше уж считай это советом друга, а не очередным наставлением.

– Выходит, что тот первый кристалл ты тоже добыл с тела какого‑то колдуна?

– Да, он пробрался в барбакан и пытался обрушить восточные ворота. Но ему не повезло, что там оказался я.

– Интересно, сколько всего у них сильных магов?

– Не знаю, но сегодня их точно стало меньше. Мы пришли.

В подвале поместья Кромвеля я был впервые. Но ничего интригующего я тут не увидел. Ни тебе решёток, ни пленников, ни обитых железом сундуков. Так зачем мы сюда тащились? Здесь же вообще ничего нет кроме этих пыльных шкафов с уложенными там бутылками вина.

– Только не говори мне, что мы здесь для того, чтобы вынести отсюда твою коллекцию?

– Увы, спасти всё не в наших силах, – вполне себе серьёзно ответил маг. – Но пару бутылок я забрать должен. К тому же, это нам по пути.

Кромвель и в самом деле выдернул два на его взгляд особо ценных образца местного виноделия и сунул их мне в руки. Когда я уже хотел послать мага куда подальше, он нащупал какой‑то рычаг и сдвинул в сторону заднюю стенку шкафа. Из потайной ниши на свет от масляного фонаря появилась запертая шкатулка, которую мастер тут же сунул себе подмышку.

– Уходим, – скомандовал он. – Нужно торопиться. Штурм вот‑вот начнётся.

Что может быть нелепей, чем бежать по практически захваченному врагом городу, сжимая в каждой руке по бутылке вина? Только делать это в компании хромоногого и обгорелого мужика в драном и грязном плаще. Сам я выглядел при этом не лучше. Распознать в этих пережёванных жизнью маргиналах двух имперских магов‑аристократов было бы непростой задачей. От того во мне с каждым шагом крепли сомнения, что нас вообще с распростёртыми объятьями пустят во внутренний город, даже если мы успеем добраться туда вовремя.

Но Кромвеля это, кажется, не смущало. Как он и прогнозировал, его нога немного «оттаяла», и теперь мы могли передвигаться существенно быстрее. А идти через главный вход в его планы не входило с самого начала. Мы миновали ещё пару поместий и вышли к противоположной от ворот части стены. После чего Кромвель вновь подал условный сигнал, а в ответ получил отмашку сверху.

Сброшенная верёвочная лестница не доставала до земли всего метр. И она была очень даже кстати, так как фокусов сродни полёту в моём арсенале до сих пор не было, а взобраться при помощи «ступеней» на 12‑ти метровую высоту – задача для меня непосильная.

– Ты первый, – скомандовал Кромвлель, а я на секунду замешкался, решая куда засунуть эти треклятые бутылки.

Наконец, кое‑как впихнув их себе за пазуху, я ухватился за лестницу. И тут же от неё отпрянул. Прилетевшее откуда‑то «лезвие» перерубило один из канатов прямо над моей головой. Вместо второй попытки подняться я развернулся и приготовился к бою.

Человек двадцать неслись на нас, пребывая в своём пугающем безмолвии. Кто из них маг, и есть ли он вообще среди этой толпы, определить мне не удалось, да и Бес пока молчал. Стараясь экономить силы, я принялся одного за другим устранять нападавших, чувствуя, что мой предел уже близко. И дело даже не в том, что запас снова подошёл к концу, ведь у меня ещё оставался кристалл в запасе. Я уже просто не мог использовать некоторые каналы и узлы, которые не выдерживали нагрузки от многократных повторений. Это серьёзно ограничивало меня в выборе техник, а вскоре и вовсе грозило лишить всякой возможности колдовать.

Под конец, я уже просто отмахивался «хлыстом», который держал в своей левой руке. Им я пытался останавливать врагов на подступах, в то время как мечом в правой – разил тех, кто всё‑таки сумел приблизиться вплотную. «Щит» сдох повторно, и я переключился на слабенькую защиту артефакта. Но благо, что против обычных вояк пока хватало и её. Магические снаряды в меня не летели, ибо этим вопросом был озадачен Кромвель. Время от времени я бросал короткие взгляды на то, как у него обстоят дела, и мастер пока держался, сражаясь сразу с двумя колдунами ковена.

Когда я подумал, что мне не удержать натиск атакующих, часть из них буквально снесло в сторону, а некоторым оторвало головы. Сначала я подумал, что Кромвель всё‑таки разобрался со своей проблемой вперёд меня, но нет, помощь пришла не от него.

Полема одетая в лёгкую броню, по краям отороченную волчьим мехом, словно разъярённая фурия пронеслась по пропитанному кровью снегом. Такому же алому, как и лента в её волосах. В несколько ударов она покончила с остатками диверсионного, по всей видимости, отряда и бросилась на помощь мастеру. Впиваясь своими заклинаниями в одного из слуг Отрёкшегося, она забрала всё его внимание на себя. И это стало фатальной для магов ковена ошибкой. Кромвель, получивший немного свободы, сначала вспорол своего оппонента, а затем ударил в спину тому, кто отвернулся от него в сторону магички. Колдуна, растерявшего всю свою защиту, бросило ничком на землю, практически под ноги Полеме, и та тончайшим копьём, сотканным из золотистых нитей, пробила его череп. Копьё распалась на искорки света, а девушка обернулась ко мне.