Контент с привкусом любви - Барроу Кристина - Страница 11

Это очевидно. Кого она ещё должна любить?

Я уже собирался снова открыть фотографию Рейвен и полюбоваться ею, когда этот проклятый телефон зазвонил в моей руке, но имя вызывающего абонента тут же останавливает поток ругательств, и мои брови взлетают вверх.

Я решаю, что это моя личная победа, и нажимаю кнопку "принять вызов".

– Привет, мандаринка, – бормочу я с такой чертовски приторной нежностью в голосе, что, наверняка, если бы кто-то был рядом, у него бы случилась сахарная кома. – Ты звонишь мне сама? Значит, ты уже перестала дуться?

Стены такие тонкие, что, кажется, я могу различить не только указания Мии на другом конце телефонного разговора, но и через розетку около моей головы, смежную с розеткой через стену возле кровати Элли.

– Так и будешь дышать мне в трубку или скажешь, что я был прав и все такое? – продолжаю я, когда она молчит. – Давай, детка, скажи, что твой лучший друг хорош в разоблачении придурков.

Какое-то шуршание доносится от Элли, затем приглушенный шепот, что-то вроде: "Отвали, идиотка, я сама знаю, что нужно сказать".

– Ты все равно придурок, Марк, – бормочет она, обращаясь уже ко мне, явно закатывая глаза, как обычно. – Но да, ты был прав, доволен?

И вот так мое дерьмовое настроение улетучивается, и ему на смену приходит моя привычная игривость. Я так и знал, что все рыжие – чертовы ведьмы, которых не смогли сжечь на кострах в ту древнюю эпоху, название которой я понятия не имею.

Рыжие держат мир в огне, и мужские сердца пылают.

Господи Иисусе, мне нужно выпить и перестать говорить неизвестными мне цитатами. Где я вообще это услышал?

– Итак, – снова заговорила она, отвлекая меня от мыслей о пылающих сердцах, голос Элли вдруг стал звучать неуверенно, – вечеринка у Дженны, а? – неловкий смешок. – Вероятно, там будет алкоголь, да? Время безрассудства, ю-хууу, – пропела она. – Ты уже решил, что идешь со мной, или, может, пока меня не было, ты нашел себе кого-нибудь?

Я нахмурился, оторвал телефон от уха, чтобы убедиться, что разговариваю именно с Элоизой Сент-Джон, а не с ее поддельной версией с Amazon. Убедившись, что это именно подлинная Элли, я снова приложил устройство к уху.

– Эл, вы что, ограбили прикроватный ящик Лео? – спросил я, когда услышал отдаленное бормотание о чем-то вроде: "Веди себя естественно, идиотка".

– Пффф, – фыркнула она, что звучало чертовски неестественно, если хотите знать. – Нееет, с чего ты взял? Все в порядке, просто хотела узнать, мало ли ты начал с кем-то встречаться… и ты теперь не сможешь зажимать в углу несчастных наивных девушек, чтобы с ними целоваться, – слово "целоваться" Элли произнесла особенно твердо, несмотря на ее неестественный писклявый в данный момент голос.

Она предельно была под чем-то, что было запрещено употреблять в любом виде, но это никогда не останавливало нашего местного торчка Лео, чтобы передать косяк по кругу, как будто это конфета.

Я был против любой наркоманской хрени, несмотря на свой образ жизни.

– Целоваться? – повторил я недоуменно.

Еще больше неслышных мне бормотаний в комнате Элли.

– Ну да, знаешь, когда губы соединяются, языки сплетаются…

– Элли, я прекрасно знаю, что такое чертов поцелуй, почему ты сейчас подняла эту тему?

Молчание, затем:

– Знаешь что, забудь, это отвратительная идея, Марк, – истерически хихикнув, она добавила: – Кто в здравом уме сейчас целуется, верно? Нужно сразу к делу, переспать, ну… секс… кровать… Ауч!

– Ты уверена, что все в порядке? – искренне забеспокоился я.

Выругавшись себе под нос и обвинив, что Лия ущипнула ее слишком сильно, эта сумасшедшая снова вернулась к нашему чертовски странному разговору, который был у нас за всю нашу дружбу.

– Итак, предположим, что ты ни с кем не начал встречаться?

– Эм… нет, Элли, я ни с кем не встречаюсь.

– О, хорошо, это здорово, да?

– Все, я иду к тебе, ты звучишь до чертиков странно, Мандаринка.

Как только слова покинули мой рот, а ноги коснулись ворсистого ковра, визжащий голос Элли раздался с такой громкостью, что, я уверен, его слышали во всех ближайших штатах.

– НЕТ!

– Тогда перестань вести себя так подозрительно.

– Я не веду себя подозрительно, – сказала она подозрительным голосом, который намекал на легкую панику. – И скажи мне, ты случайно не замечал ничего в социальных сетях? Комментарии там, хэштеги?

– Хэштеги? Комментарии? – снова как тупица повторил я, а затем брови поползли вверх, когда я вспомнил видео с расставанием Элли и Арчи. Черт возьми, я не должен был сейчас ей говорить, что избил ее бывшего из-за этого видео, когда она только оттаяла ко мне, поэтому я решил ей не то чтобы солгать, а просто кое-чего недоговорить, добавив: – Нет, Эл, я не люблю лезть в твои социальные сети, ты же знаешь.

Часть этого была правдой, я редко тусовался в принципе в социальных сетях, предпочитая просто поставить лайк на ее очередное видео, и не лезть читать комментарии. Это ее аудитория, и мне определенно плевать, что там происходит. Пока Элли не жалуется на хейт в свою сторону, я спокоен.

– Ах, это тоже здорово, – облегченный вздох наполнил наш разговор. Да, ей определенно не понравится, когда она узнает, что я видел ее с Арчи. – Ну… ладно, до завтра, да? Встретимся в кухне Дженны? Там нет лишних глаз и прочего…

Едва сдерживая смех, я сжал переносицу и покачал головой, пусть Элоиза этого не видела, я просто был в таком замешательстве как никогда.

– Может, пришлешь мне точное местоположение, когда будешь у Дженны? Ну, чтобы наверняка? – пошутил я. – "Встретимся на кухне", что это вообще за предложение?

– Что ты имеешь против кухни Дженны?

– Я ничего не имею против, мандаринка, просто ты определенно максимально странная.

Даже не видя Элли, я мог бы предсказать ее очевидное закатывание глаз, затем нервное закусывание нижней губы и блуждающий растерянный взгляд.

Что-то происходило, и я был чертовски заинтригован.

– Пока, Марк, увидимся на ку… черт, прекрати меня щипать, Лия! – Воскликнула она. – Просто увидимся, хорошо? Пока, Марк.

С этими словами она завершила наш звонок, не дав мне возможности с ней попрощаться.

Я поднял кулак и стукнул по гипсокартонной стене у себя над головой и проорал:

– Если я узнаю, что Лео посмел дать тебе что-то из его увеселительной тумбочки, я отрежу ему член, Элоиза Сент-Джон!

Ответа долго ждать не пришлось. Последовал ответный удар по стене и голос, еле выходящий из моей розетки.

– Ты прекрасно знаешь, что я не употребляю чертовы наркотики, и прекрати подслушивать нас. Честное слово, я заделаю эту проклятую розетку.

– Люблю тебя, чокнутая, – усмехнулся я.

– Люблю тебя, сумасшедший, – проорала она в ответ.

Я поднял с пола теннисный мяч и уже с огромной улыбкой бросил его опять в стену, наслаждаясь тем, что моя девочка снова со мной разговаривает.

Пусть и немного странно.

Глава 7

Конечно, этого идиота не было на чертовой кухне Дженны. Но кто сказал, что это будет легко?

В доме Дженны за пределами кампуса царил настоящий хаос. В воздухе пульсировали мощные басы EDM, вибрации отдавались в груди, в рёбрах, в зубах. Пространство было насквозь пропитано смесью пота, дешёвой травки и липкого пива, разлитого по пластиковым стаканчикам, которые уже никто не считал. Даже свежий горный воздух Колорадо, обычно такой бодрящий, не пробивался сквозь эту душную, влажную пелену. Всё казалось размытым, словно я двигалась сквозь густой сироп.