Контент с привкусом любви - Барроу Кристина - Страница 6

Блондинка, проходящая мимо, выпучила глаза, будто увидела призрака. Арчи, который только что пытался отскочить, теперь застыл с открытым ртом, глядя на мой палец.

– Ой, – только и смогла выдохнуть я, а потом, когда боль окончательно накрыла, добавила: – Ну вот, придурок, это ты во всём виноват. Из-за тебя я теперь не смогу печатать посты о том, какой ты кретин. – И, решив, что я какой-то боец кунг-фу из старых фильмов про Джеки Чана, я замахнулась здоровой рукой и влепила звонкую пощёчину Арчи, которой он совсем не ожидал. Моя ладонь тут же отпечаталась на его лице, мгновенно оставив ярко-красный след.

– Твою мать! – закричал он, хватаясь за щеку. – Какого чёрта, Элли!

– Пошёл ты, Арчибальд!

– Это не моё имя!

Я схватилась за палец, чувствуя, как подступает тошнота. Моя мама на фоне всё ещё кричала, и я быстро сбросила звонок. Потом перезвоню. Арчи выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание от шока. А я? А я стояла с вывихнутым, а может, и сломанным мизинцем, в "платье доярки", и понимала, что это, пожалуй, самое неловкое расставание в истории Колорадо.

Что ж, по крайней мере, теперь у меня есть отличный контент для следующего эфира. И, возможно, история о том, как я буквально сломала себя из-за бывшего.

– Хэштег "мудак" Арчи, катись к чертям, – я пнула свой чемодан, развернулась и, вскинув руку, продемонстрировала средний палец своему уже бывшему парню и всем зевакам, как героиня блокбастера, уходящая в закат. – Я постараюсь, чтобы Марк сделал твою жизнь невыносимой.

– Не ты одна в этом виновата! – кричал мудак мне в спину. – Ещё скажи, что ты не трахалась со своим "лучшим другом", который, вероятно, был в тебе чаще, чем ты мне звонила?

Я замерла. Затем медленно повернулась к нему лицом. Как я могла быть такой слепой, не замечая, что мной откровенно пользовались? Мой гнев стал сменяться чем-то похожим на слезы, и я едва сдержалась, чтобы не разреветься, то ли от боли в пальце, то ли от всей этой ситуации, в которой я оказалась.

– Марк был прав, – удалось мне сказать, – ты и правда меня недостоин. Жаль, что я никогда не слушала его и слепо любила самого дерьмового человека во всей вселенной. Удачи тебе, Арчи, и я сочувствую Шелли, ты и её тоже недостоин.

Дойдя до парковки, я увидела парня, стоявшего около заведённой машины. Чувствуя себя всё ещё смелой, несмотря на пульсирующую боль в руке, я подошла к нему.

– Это твоя машина? – спросила я. Брюнет широко распахнул глаза и быстро кивнул. – Отвезёшь меня в ближайшую больницу? – Ещё один кивок. – Фантастика, поехали.

Итак, с пальцем, слава богу, всё в порядке, за исключением небольшой трещины. Один бывший парень, который строчит мне сообщения и просит поговорить, как взрослые люди, один лучший друг, избегающий меня, и новый личный хэштег.

#эллатерминаторджи

Глава 4

Во рту у меня вкус меди и ни капли раскаяния. Металлический привкус – всего лишь напоминание о рассечённой губе, но я едва замечаю его. Долговязый ублюдок, распростёртый на земле, получил всего пару ударов – жалкое зрелище, если честно. Мой локоть уже взлетел, кулак сжался, готовясь обрушить последний, сокрушительный удар на его ухмыляющуюся рожу. Не собираюсь превращать его в безвозвратного урода, но готов заложить свои винтажные "Джорданы", что его нос теперь напоминает полотно Джексона Поллока.

– Это тебе за Элоизу, мудак! – выплёвываю я, вытирая кровь с подбородка рукавом дорогой толстовки, что только размазывает багровое месиво. – Я же предупреждал, так? Я говорил тебе, что если хоть раз увижу, как эта девушка плачет из-за тебя, я выпотрошу тебя, как паршивую рыбу!

Арчи, вернее, то, что от него осталось, захрипел, пытаясь набрать воздуха после нашего "любезного обмена мнениями". Конечно, это не первое наше родео, но и не обычная дружеская потасовка. Сейчас всё иначе. Моя кровь вскипела, когда я увидел видео в сети, где Элли, моя Элли, даёт ему пощёчину за то, как он её бросил. Пощёчина? Не смешите. Этого недостаточно. Слишком мало. Поэтому я, не теряя ни секунды, запрыгнул в свой внедорожник и понёсся прямиком к Арчи. До сих пор не могу поверить, что этот идиот когда-то был моим другом. Ключевое слово – "был". У нас общая история, и если вам кажется, что я был жесток, обрушивая удар за ударом, то вы ошибаетесь. Арчибальд заслужил каждый грёбаный удар, и годы сдерживаемых обид наконец вырвались наружу.

– Ты всё ещё влюблён в неё, да? – усмехается он, качая головой. – Всегда был её рыцарем, всегда был не в её лиге, великий Марк Кэллоуэй, которого отшила девчонка.

– Заткнись.

– Держу пари, тебе интересно, какая она на вкус, а? Каково это, Марк, знать, что я был первым?

Я говорил, что в последний раз его ударил? Чёрта с два. Все рациональные мысли испаряются. Забыв обо всём, кроме чистой, обжигающей ярости, я бросаюсь вперёд, и моя нога со свистом обрушивается ему прямо в живот. Затем, словно зверь в клетке, наконец-то вырвавшийся на свободу, я набрасываюсь на него, оседлав его грудь, готовый превратить его лицо в кровавую кашу. Но прежде чем я успеваю начать свою работу, несколько сильных рук обхватывают меня, отрывая от смеющегося, захлёбывающегося кровью Арчи. Я извиваюсь, реву, пытаюсь вырваться, но тщетно. Двое моих лучших друзей держат меня мёртвой хваткой, вероятно, спасая от обвинения в убийстве.

– Господи, как она вообще могла встречаться с тобой? – рычу я сорванным голосом. – Что, чёрт возьми, с тобой не так, манипулирующий ублюдок? Она любила тебя, чёрт побери! Клянусь Богом, я превращу твою жизнь в ад!

– Хватит, мать твою! – рычит Нокс мне в ухо, его хватка как тиски. – Мы не для того сюда приехали, чтобы его убивать, Марк. Ты хотел преподать ему урок, и ты это сделал. Поехали обратно в Боулдер, пока не приехала полиция. У тебя и так не лучшие отношения с местными копами.

Хорошо, что поблизости никого не было, и дружки Арчи не осмеливаются вмешиваться в нашу разборку, как и Нокс с Колтон. Это дело между мной и Арчи.

Я бросаю на него последний испепеляющий взгляд.

– Ты не стоишь и дюйма её души, Арчибальд, – спокойно говорю я, отступая на шаг.

– А ты, приятель? Ты что, чёртов принц на белом коне? – Гнев в его голосе говорит мне, что мы, прежде всего, соперники.

Я качаю головой.

– Нет, я ей не ровня, но, по крайней мере, я не водил её за нос все эти годы, чтобы доказать что-то себе. И если она захочет, чтобы я был этим грёбаным принцем, то я им буду.

– Тебе нравятся мои объедки?

– Хватит! – Нокс хватает меня за плечо, когда я снова пытаюсь наброситься на этого придурка. – Он того не стоит.

Делаю шумный и долгий вдох, киваю, поворачиваюсь и направляюсь к машине, передавая по пути ключи Ноксу. Я не в состоянии сейчас вести автомобиль.

– Поехали, я здесь закончил.

Обратная дорога в Боулдер проходит в потоке адреналина и приглушённых проклятий. Костяшки пальцев пульсируют тупой болью, но это небольшая цена за мимолётное удовлетворение от увиденного на лице Арчи. Нокс, этот грёбаный голос разума, продолжает поглядывать на меня в зеркало заднего вида, с нахмуренными бровями, на которых застыла смесь беспокойства и раздражения. Колтон, другой мой друг и вечная курица-наседка, только качает головой, бормоча что-то о "размерах члена" и "все проблемы из-за девчонок". Они не понимают. Они не видели выражения лица Элли на этом видео. Они не понимают, на что я готов пойти, чтобы защитить людей, которых люблю. И дело не в том, что я испытываю к Элли что-то большее, чем дружеские чувства; дело в уважении. Я уважаю эту девушку. Я люблю её какой-то странной, непонятной мне самому любовью. Она моя лучшая подруга, моя опора в трудные времена. Она моя маленькая семья, когда моя родная семья слишком занята, чтобы уделять мне внимание.

Я был воплощением стереотипа о детях с трастовым фондом. Знаете, я из тех парней, которые делают маникюр чаще, чем ходят к психотерапевту. Из тех, кто может купить новый "Феррари" каждый раз, когда у него плохое настроение. Да, это я. По крайней мере, таким меня сделали мои родители, предпочитая "покупать" меня, а не любить по-настоящему.