Жестокие игры (ЛП) - Уиллоу Диксон - Страница 45

Звучит музыка, и, насколько я могу судить, это ремикс классической композиции. Из-за тяжелого баса и синтезаторов трудно сказать наверняка, но похоже, что это Вивальди.

К счастью, рядом со мной никого нет, и я выскальзываю из лестничной клетки и осторожно закрываю за собой дверь. Небольшое беспокойство щекочет мое сознание, но я игнорирую его.

Один быстрый взгляд, и я вернусь в свою комнату.

Собравшись с духом и по-прежнему прижимаясь к стенам, я стараюсь выглядеть так, будто я здесь свой, и шагаю по коридору в ближайшую комнату, которая обычно используется как игровая. Я держусь ближе к двери и стараюсь выглядеть непринужденно, оглядываясь в поисках Киллиана.

Почти все диваны в доме можно превратить в кровати. Некоторые из них являются раскладными, но в большинстве в них встроены платформы, которые можно выдвинуть и разложить подушки, превратив диван в двуспальную или королевскую кровать. Диваны в этой комнате разложены, и все три заняты.

На одном из них буквально лежит куча людей, около шести человек, которые трутся друг о друга и катаются по ней. На другой этим занимаются две пары, а на третьей — три девушки, которые с энтузиазмом развлекаются, пока пара парней наслаждается зрелищем.

Все по-прежнему носят маски, но это не имеет значения. Мне не нужно видеть их лица, чтобы найти своего сводного брата. У Киллиана есть татуировка на задней части левой голени. Это единственная татуировка, которая у него есть, и рисунок был сделан на заказ, поэтому его легко увидеть издалека.

Не отходя от своего места у двери, я оглядываю комнату, сосредоточиваясь на ногах всех присутствующих. Ни у кого из парней нет его татуировки. Убедившись, что его здесь нет, я осторожно пробираюсь в следующую общую зону, которая является конференц-залом.

Здесь все то же самое, только вместо диванов по помещению разбросаны несколько приподнятых платформ, похожих на небольшие сцены. Здесь также больше света, так как несколько точечных светильников светятся обычным белым светом, а не фиолетовым, и я чувствую себя как под прожектором, осматривая комнату.

Несколько пар и групп занимаются своими делами на сценах, но здесь гораздо меньше людей, и я могу искать татуировку Киллиана, не выходя из тени и не отходя от стен.

Я не вижу его и выскальзываю из комнаты, чтобы продолжить поиски.

Следующие несколько комнат точно такие же, как первая, в которую я вошел, но чем ближе я подхожу к центру здания, тем больше в них людей.

Теперь сложнее слиться с толпой, и мне кажется, что над моей головой висит гигантская неоновая вывеска с надписью «Мне здесь не место». Я держу голову высоко и уверенно шагаю мимо скоплений людей и пробираюсь через небольшие группы, которые занимают весь коридор, не спуская глаз с татуировки Киллиана и проверяя каждого темноволосого парня, мимо которого прохожу, на предмет его личности.

Главный вестибюль освещен так же, как и остальная часть этажа, но похоже, что в нескольких включенных точечных светильниках установлены настоящие ультрафиолетовые лампы, и моя одежда светится как маяк, как только я вхожу в это помещение.

Чувствуя себя уязвимым, я спешу через вестибюль и проскальзываю через дверь, ведущую в левое крыло этажа.

Эта сторона имеет совсем другую атмосферу, чем предыдущая, и вместо фиолетового света все красное, как в темной комнате. Даже музыка другая, и из динамиков звучат ноты инструментальной металкор-песни, придавая помещению готический вид с оттенком чего-то опасного.

Эта сторона не такая переполненная, как другая, и я понимаю почему, как только вхожу в первую общую комнату и вижу, что диваны убраны, а на их месте стоят несколько медицинских столов, крест Святого Андрея[4], два коня с ручками и несколько платформ с различными типами наручников для рук и ног у стен. Большинство из них заняты, и моя грудь становится горячей под рубашкой, когда я ищу татуировку Киллиана. Я думал, что мне нравятся извращенные вещи, потому что я люблю, когда мной командуют и мой сводный брат душит меня, но я ничто по сравнению с людьми, которые наслаждаются этой комнатой.

Не увидев его, я вздыхаю с облегчением и выскальзываю обратно в коридор.

Я уже собираюсь войти в соседнюю комнату, когда кто-то хватает меня за плечи и прижимает к стене.

Я настолько шокирован, что не успеваю сделать ничего, кроме как поднять руки, когда спотыкаюсь и падаю лицом в стену. К счастью, я успеваю поддержать себя руками, и удар приходится на грудь. Он настолько сильный, что у меня перехватывает дыхание, и я задыхаюсь, пока мой нападающий прижимает меня к стене своим телом.

Моя первая мысль — что это Киллиан, но даже в моем растерянном и испуганном состоянии я инстинктивно понимаю, что это не он. Тело кажется другим, а запах, который меня окружает, тяжелый и мрачный, с резкими нотками дерева и мускуса и тошнотворно-сладким оттенком, напоминающим запах гнилых фруктов.

Сердце у меня замирает. Это не одеколон Киллиана.

Я все еще пытаюсь понять, что происходит, когда мой нападающий тащит меня по коридору и останавливается перед одной из немногих комнат с дверью. Я пытаюсь вырваться из его рук, но он продолжает держать меня, открывает дверь и бросает меня внутрь.

Я спотыкаюсь, входя в комнату, и машу руками, пытаясь удержаться на ногах. Нападавший снова набрасывается на меня через несколько секунд и прижимает к стене. На этот раз я успеваю упереться руками, и моя голова не ударяется о гипсокартон, но я не могу сдержать выдох, когда во второй раз за несколько секунд у меня перехватывает дыхание, потому что моя грудь снова принимает на себя всю силу удара.

Я делаю несколько глубоких вдохов, пока мой нападающий поворачивает меня и швыряет об стену.

— Даже не думай двигаться, — рычит он и прижимает свое предплечье к моей груди. Его голос мне знаком, но я не могу вспомнить, кто он такой.

Колено давит на мой член, и я безвольно опускаюсь на стену. Я могу справиться с потерей дыхания, но от давления на член и яички я не смогу оправиться.

Мой нападающий ненамного больше меня, и, как и большинство людей, которых я видел бродящими вокруг, он без рубашки и одет в белые льняные штаны, низко сидящие на бедрах. Его маска похожа на маску хоккейного вратаря, только она заканчивается чуть выше рта, а не покрывает все лицо.

Слишком темно, чтобы разглядеть цвет его глаз, а маска закрывает лицо настолько, что я не могу узнать его по губам. Мой взгляд падает на татуировку в виде символа на его левой груди, и я запоминаю ее на случай, если мне удастся пережить то, что сейчас произойдет.

Когда я выходил из своей комнаты сегодня вечером, я больше всего боялся, что Киллиан поймает меня на нарушении его правил или что кто-то в доме поймет, что я не должен здесь находиться, и у меня будут неприятности.

Мне и в голову не пришло, что тот, кто пытается меня убить, может иметь приглашение.

Мой нападающий сильнее прижимается ко мне, и я с трудом вдыхаю воздух, оценивая свои шансы на побег.

Комната обычно используется для небольших собраний, таких как заседания комитетов или учебные группы, но вся мебель из нее вынесена, и в пустом пространстве нет ничего, что я мог бы использовать в качестве оружия или для попытки сбежать. Мой нападающий может быть примерно моего роста, но он сильный, и я сомневаюсь, что смогу оттолкнуть его, не раздавив себе член.

Я все еще взвешиваю свои варианты, когда он тянется в карман брюк и вытаскивает небольшой квадратный контейнер, похожий на контейнер для таблеток.

Он сбивает мне маску тыльной стороной ладони. Она падает на пол, а он сдвигает колено и с силой вдавливает его мне в живот, снова выдавливая воздух из легких.

Я делаю несколько резких вдохов, пока он открывает контейнер для таблеток и еще сильнее вдавливает колено в мой живот. Дополнительное давление делает невозможным сделать еще один вдох.

Я открываю рот в панике и настолько дезориентирован, что даже не могу сопротивляться, когда он прижимает контейнер для таблеток к моим губам и высыпает его содержимое мне в рот.