Жестокие игры (ЛП) - Уиллоу Диксон - Страница 68

— И ты скоро это сделаешь? — спрашиваю я, когда он не дает дальнейших пояснений.

— Да. Сегодня была последняя капля, так сказать.

— Сегодня?

— Мой племянник был ранен, спасая моего пасынка от покушения. Мой сын и все мои племянники были ранены и едва не погибли, а она не проявила ни капли беспокойства или тревоги. Даже за своего собственного ребенка.

Я медленно моргаю, глядя на него.

— Семья — это все, и она знала об этом, когда выходила за меня замуж. Она знает, что я всегда буду ставить семью выше всех остальных, и то явное пренебрежение к вам всем, которое она продемонстрировала сегодня, неприемлемо.

— Я… я не знаю, что сказать. — У меня в животе странно урчит. — А как же Феликс? Если Жасмин уйдет…

— Феликс — часть семьи, — перебивает он меня. — Даже если вы не вместе, он все равно мой пасынок. Разводят супругов, а не детей. Он всегда будет моим пасынком, независимо от того, женат ли я на его матери.

Я выдыхаю. Я не могу представить, что потеря дома сделает с Феликсом после всего, что он пережил, и эгоистичная часть меня в восторге от того, что я избавлюсь от его матери, но смогу оставить его.

— Теперь, прежде чем мы обсудим то, что произошло сегодня днем, я получил интересное сообщение от Джейса о ситуации с Натали и ее любовником, — говорит он многозначительно.

Я не удивлен, что Джейс рассказал ему о том, что Уильям накачал Феликса наркотиками, но было бы неплохо, если бы он предупредил меня об этом, прежде чем я вступил в эту беседу.

Я объясняю, что произошло на вечеринке, опуская более откровенные детали о том, что случилось между мной и Феликсом.

— Это объясняет телефонный звонок, который я получил от Ллойда сегодня утром. — Он устало потирает переносицу. — Я прошу прощения за то, что подтолкнул тебя к отношениям с ней.

Я второй раз за двадцать минут открываю рот от удивления. Мой отец не извиняется, и я могу пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз он извинялся передо мной за то, что подтолкнул меня к чему-то, что обернулось против него.

— Я не осознавал, насколько она манипулятивна, — продолжает он. — Или насколько мало ее отец знает о ней и ее поступках. Она не та девушка, которую я знал раньше.

Я понимаю, почему он так сказал. Он знает Натали с детства благодаря своим рабочим отношениям с ее отцом, но, очевидно, он все еще держится за тот идеализированный образ ее, когда она была милой, невинной и хорошей девочкой. Он не имеет представления о том, какой она сейчас стала, и неудивительно, что ее отец тоже не в курсе. Он блестящий бизнесмен, но, когда дело касается его дочери, у него есть серьезный пробел в знаниях.

— Нет, она не такая. Уже не такая.

— Как ты хочешь с ней поступить? — спрашивает он.

— Я не знаю, — честно отвечаю я. — В основном я просто хочу, чтобы она отвалила и оставила меня в покое, но я также хочу, чтобы она заплатила за то, что предала меня и за то, что она сделала с Феликсом.

— Ты думаешь, она причастна к тому, что с ним случилось на Распятие?

Я качаю головой.

— Ее там даже не было. Джейс заблокировал ее идентификатор. Думаю, Уильям поддался своим навязчивым мыслям и действовал самостоятельно.

— Ты сказал, что у тебя есть доказательства ее измены?

— Видео, снятые в течение нескольких недель.

— Пусть Джейс их сохранит на случай, если нам понадобится использовать их в качестве рычага давления. Я поговорил с Ллойдом и рассказал ему, что именно происходит. Если он умный, то сам разберется с ней. Если нет, то мы сделаем это сами.

— Да, звучит неплохо, — быстро говорю я.

Неделю назад я хотел лично уничтожить ее. Теперь я настолько устал от нее, что не хочу больше ее видеть. Поручить это делу моему отцу — именно то, что мне нужно.

— А Уильям? — спрашиваю я. — Что мы будем с ним делать?

Папа холодно улыбается.

— Я аннулировал его членство после того, как прочитал отчет Джейса, так что это будет приятный сюрприз для него, когда он вернется после перерыва. Я также поручил своей IT-команде покопаться в документах его отца и изучить его фармацевтическую компанию после нашего последнего разговора о нем.

Я не могу сдержать улыбку. Мой отец дьявольски мстительный, и он известен тем, что мстит не только тем, кто обидел его, но и их семьям, друзьям и компаниям. Только дети для него табу, и это одна из главных причин, по которой никто не связывается с нами.

— Похоже, его команда исследователей и разработчиков близка к созданию мРНК[8]-вакцины от рака.

— Правда? Звучит прибыльно.

— Очень прибыльно, — соглашается он. — Они только что подали документы, чтобы начать испытания на людях в следующем году. — его улыбка становится еще шире. — Жаль, что несколько часов назад в их системе произошла утечка информации, и все их исследования попали к конкурентам. Он потерял миллиарды в виде финансирования и будущих доходов, а его инвесторы массово уходят. Я бы сказал, что у него есть примерно три месяца, прежде чем компания обанкротится.

— Похоже, бедный Уильям только что лишился своего наследства — и своего источника дохода.

— Как там говорится в вашей поговорке? «Шалишь — получаешь»? Думаю, это его стадия «получи».

— Он определенно находится на этапе «получи», — говорю я со смехом.

Улыбка отца исчезает, и мое хорошее настроение пропадает.

— Мы обсудим более подробно то, что произошло сегодня днем, когда закончим расследование, — говорит он. — Но наши предварительные выводы не обнадеживают.

— Что вы обнаружили?

— Проблема в том, что мы ничего не нашли. Нет никаких неопровержимых доказательств. Ничего, что связывало бы все три попытки с одним человеком. Мы тщательно изучили видеозаписи, над которыми работал Джейс, и взлом телефона Феликса, но никто из наших ребят не смог получить дополнительных сведений. На самом деле, Джейс намного опередил их в расследовании, поэтому я не надеюсь, что они найдут что-то, чего не нашел Джейс. Стрелок другой. Мы смогли установить его личность.

— Да?

Папа кивает.

— Он никто. Просто мелкий бандит, который иногда нанимается для убийств. Его финансы чисты, и мы не смогли найти никакой переписки между ним и тем, кто его нанял. У него также нет никаких связей со школой, с Феликсом или с нами. Тот, кто это устроил, замел следы, но использование этих любителей не имеет никакого смысла.

— Да. Мы тоже не можем этого понять. Бассейн и машина были странным выбором, если ты не хочешь оставлять улики, и они были не очень хорошо выполнены. Стрелок был более организован, и заказ был лучше спланирован, но все было сделано неаккуратно. Как бы мне ни хотелось этого не говорить, Феликс не должен был остаться в живых. У него был чистый выстрел, и единственная причина, по которой Джейс и Феликс все еще здесь, — это то, что он засомневался. И он стал кормом для червей, как только выдал свое местонахождение. Ни один профессионал не поступил бы так.

— Нет, не поступил бы, — соглашается он. — Это озадачивает. Можно было бы подумать, что у кого-то, кто имеет ресурсы, чтобы организовать три покушения на студента колледжа, есть деньги и здравый смысл, чтобы нанять профессионалов, а не дешевых головорезов и студентов-хакеров для выполнения этой работы.

— Слава богу, этот мудак либо скупой, либо идиот.

— Обе вещи могут быть правдой, — говорит папа с улыбкой. — Мы будем продолжать копать с нашей стороны и посмотрим, что сможем обнаружить. Вы, ребята, продолжайте делать то, что делали, но я думаю, мы можем согласиться, что Феликс должен оставаться на территории до конца каникул, и его не следует оставлять одного ни на секунду, если он все-таки уйдет. Мы придумаем, как сделать его пребывание в школе более безопасным, но пока он здесь, мы не будем рисковать.

— Да, я полностью согласен.

— Хорошо. — Он встает и застегивает пуговицы на пиджаке. — Я не буду больше отвлекать вас от вашего вечера. Завтра поговорим обо всем подробнее.