Прятки (ЛП) - Уиллоу Диксон - Страница 71

— Я не знаю, — отвечает он. — Но даже если он умрет, ты же знаешь, что он это заслужил, верно?

— Я знаю. И я не чувствую себя виноватым, если он умер, просто не знаю, как относиться к тому, что это сделал я.

— Ты чувствуешь вину?

— Да, но не по тем причинам, по которым должен. Я чувствую вину, потому что не чувствую себя виноватым ни в чем. Если я убил кого-то, даже если он это заслужил, разве я не должен чувствовать хотя бы немного вины? И что это говорит обо мне, что я чувствую вину только за то, что не чувствую вины, а не за то, что, возможно, убил кого-то?

— Это означает, что ты знаешь, что поступил правильно, и не собираешься наказывать себя за то, что сделал то, что было необходимо. Ты можешь думать, что это моральный провал или что с тобой что-то не так, но для меня это просто означает, что твоя логическая сторона понимает это, а твои эмоции находятся в мире с этим.

Я несколько мгновений обдумываю это в голове. Он прав, и это осознание помогает мне избавиться от последних остатков вины, а на меня снова накатывает изнуренное спокойствие.

Я не знаю, сколько времени мы сидим так, но громкий хлопок открывающейся двери заставляет меня подскочить, и единственная причина, по которой я не падаю с колен Джекса, — это то, что он все еще держит меня, как будто боится, что я исчезну, если он ослабит хватку.

— Извините, брат и неродной брат, — говорит Джейс, входя в комнату. — Не хотел вас напугать.

— Что, черт возьми, произошло? — спрашиваю я, не успев сдержаться.

Когда мы уходили от него ранее, единственным физическим признаком его участия в драке были слегка растрепанные волосы. Теперь на его худи есть темные пятна, а на шее и руках — мелкие брызги крови.

— Не беспокойся обо мне, малыш. — Он подмигивает и идет к своему столу, чтобы достать пачку влажных салфеток. — Просто все немного запуталось, пока я добывал ответы. Я в полном порядке.

— Кто-нибудь из них еще дышит? — спрашиваю я с сомнением.

— Все, — с сожалением отвечает он.

— Даже тот, которого я ударил ножом?

— Ну, Джекс тоже в него стрелял, так что даже если бы он сдох, это не была бы только твоя вина, — указывает Джейс, вынимая несколько салфеток.

— Но он жив? — настаиваю я.

— Да. — Он занят тем, что вытирает шею и руки. — Я все вытер?

Я киваю.

Он улыбается нам и снимает худи.

— Интересно, люди, которые стирают нашу одежду, устают от того, что приходится оттирать с нее кровь, или просто принимают это как часть жизни здесь?

— Наверное, и то, и другое, — говорю я ему.

— Ты сказал, что получил информацию? — спрашивает Джекс, не давая Джейсу уйти в болтовню.

— Ага. — Он тяжело подходит и плюхается на диван напротив нас. — Вы двое так же тошнотворно милы, как Киллер и Феликс. — Он качает головой. — Но ладно, вернемся к тому, что я узнал.

— Ты ждешь, пока тебе дадут слово? — сухо спрашивает Джекс, когда Джейс не продолжает.

— Нет, просто делаю паузу для драматического эффекта. — Он смотрит на меня. — Я полагаю, имя Шифр что-то значит для тебя?

Мой мозг снова дает сбой, и я чувствую, как вся кровь уходит из лица и скапливается в ногах.

— Шифр? — хриплю я.

— Как его друг по играм? — резко спрашивает Джекс.

Джейс кивает.

— А при чем он здесь? — спрашивает Джекс.

— Помнишь, как ты не мог понять, откуда Дженсен узнал о твоем благотворительном задании?

Я киваю.

Джекс рассказал мне, что настоящее имя Джейкоба — Дженсен. Он также объяснил связь между Дженсеном и человеком, который организовал покушение на Феликса, и то, как Дженсен оказался в кампусе.

Единственная часть головоломки, которую мы не смогли разгадать, — это то, как организатор узнал обо мне и моих особых навыках.

— И как ты подумал, что облажался, когда нашел файлы с шантажом, и именно так они тебя и выследили?

— Да, — медленно говорю я.

— Оказалось, что ты нигде не облажался, а Джейкоб получил информацию от своего босса, который получил ее от источника, близкого к тебе.

— Шифр? — шепчу я.

— Шифр, он же Хантер Максвелл, — кивает Джейс. — Единственный и неповторимый.

— Как…

— Мне придется покопаться, чтобы заполнить некоторые пробелы в истории, — говорит Джейс и кладет ноги на кофейный столик. — Эти парни были очень охотно готовы говорить, когда поняли, что я серьезно настроен сдирать с них кожу заживо, если они не расскажут мне то, что я хочу знать, но они не знали всего, что я хотел узнать.

То, как он это говорит, должно было бы меня напугать, но вместо этого я рад, что он на моей стороне.

— Из того, что я смог понять из их болтовни, похоже, твой парень Шифр увидел в даркнете объявление о поиске информации о личностях людей, которые взломали тот благотворительный сайт. Думаю, вознаграждение стоило того, потому что он визжал как свинья в грязевой ванне.

— Сколько он получил? — спрашиваю я, не успев себя остановить.

— Десять тысяч.

Я ошеломлен. Один из моих лучших друзей предал меня и выставил мою голову за десять тысяч долларов?

— Да, я оскорблен за тебя. Этот придурок должен был знать, что за такую информацию он мог бы легко выжать из этого ублюдка в десять раз больше. — Джейс сожалеюще качает головой. — Но он и есть источник утечки. Он рассказал об этом большому злодею, который рассказал Дженсену, а тот использовал эту информацию, чтобы шантажировать тебя.

— А как же Кинги? — спрашиваю я. — Ты сказал, что я не был причиной, по которой они смогли меня отследить.

— Нет. — Он запускает руку в карман и достает пачку жевательной резинки. — Помнишь ту систему, которую ты создал, чтобы твой друг Шифр мог получить доступ к файлам своего управляющего и скачать все записи, когда ему угрожали выселением в прошлом году?

У меня сжимается желудок.

— Я помню.

— Он дал Дженсену копию на тот случай, если ты решишь порыться в системе Кингов, — говорит он и выглядит искренне сожалеющим. Поскольку это Джейс, я не знаю, действительно ли он сожалеет или просто хочет, чтобы я так думал, потому что это поможет мне почувствовать себя лучше, но это не имеет значения. Тот факт, что он заботится настолько, что готов притвориться, значит больше, чем должно было бы.

— Конечно, он это сделал, — горько говорю я.

Система, которую я создал для него, была лишь слегка модифицированной версией моей базовой готовой системы, которую я использую для простых взломов. Их система безопасности сразу же обнаружила бы сходство между той, которую я создал для Шифра, и той, которую я использовал для взлома, как только я запустил ее.

— Он хотя бы получил деньги за то, что снова предал меня, или это было бесплатно?

— Ему заплатили. Не знаю, сколько, но я узнаю, как только просмотрю его финансы.

— Так все это дерьмо произошло потому, что один из моих лучших друзей решил продать меня и все это время играл мной, как на скрипке. — Я качаю головой. — Теперь я понимаю, что произошло ранее.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Джекс одновременно с Джейсом:

— Что произошло ранее?

— Он вел себя странно до того, как отключилось электричество, — говорю я им. — Он возмущался тем, что я провожу время с тобой, постоянно спрашивал, где ты, и вел себя как придурок. Потом он устроил истерику и вышел из сети. Эхо сказала мне, что он спрашивал ее о дипфейках и Джейкобе, прежде чем я вышел в сеть. — Я горько смеюсь. — Даже после этого я все еще не верил, что он был причастен к этому. Я думал, что, может быть, его шантажировали, как и меня, и он был как-то вовлечен в это, потому что пытался спасти себя, но этот мудак просто хотел денег. Он продал меня и предал за десять тысяч. Вот что для него значили пять лет дружбы.

Джейкс поглаживает меня по спине успокаивающими круговыми движениями.

— У меня есть идея, которая может сделать все это немного легче для восприятия, — говорит Джейс, и блеск в его глазах говорит мне, что то, что он собирается сказать, вероятно, будет дьявольским.