Песнь Теней и Звёздного света (ЛП) - Готье Морган - Страница 22

У меня никогда не было права голоса в выборе гардероба, когда я росла. Моя мать и мидорианские дизайнеры всегда принимали эти решения за меня.

«Этот цвет подчеркнёт тон твоей кожи…»

«Твои глаза засияют, если наденешь…»

«Принцесса должна носить только светлые цвета, — всегда говорила моя мать. — Тёмные оттенки — для крестьян и преступников».

Её голос до сих пор отзывается эхом в моей голове, пытаясь отговорить меня от восхищения этим потрясающим платьем в лавке Зури.

Но как же я его хочу.

С новой внешностью, с жаждой приключений в крови и запретной магией, струящейся по венам, мрачный образ вряд ли был бы худшим решением в мире.

Я мягко провожу подушечками пальцев по сверкающему полотну — и тут же понимаю, что допустила огромную ошибку. Это как почувствовать запах восхитительной еды, но не получить ни кусочка. Теперь я хочу примерить его ещё сильнее. Но заставляю себя вспомнить, что мы в джунглях, скрываемся от Пожирателей Душ. Платья — не лучший выбор для путешествий и уж точно не помогут оставаться незаметной.

— Интересный выбор, — мурлычет Атлас у меня за спиной, и я вздрагиваю от неожиданности. — Я бы поставил на бежевый.

Я наклоняю голову и бросаю на него раздражённый взгляд.

— Любоваться красивым платьем теперь преступление?

Он пожимает плечами, переводя взгляд с платья на меня.

— Не преступление, просто неожиданно, — он склоняется ближе и шепчет мне на ухо: — Я, например, думаю, что ты выглядела бы невероятно в чёрном.

— Говорит Принц Тьмы, — бросаю я, чуть поворачивая голову, и по моей щеке скользят его губы. Дыхание перехватывает от этой неожиданной близости, но ни один из нас не отступает.

— Осторожнее, принцесса, — тихо усмехается Атлас. — А то я ещё привыкну к этому прозвищу.

— Всё готово, — весело сообщает Зури, и её голос возвращает меня к реальности, давая возможность сделать столь необходимый шаг от Атласа.

Она протягивает ему руку, и, когда он её пожимает, я замечаю, как маленький белый клочок бумаги незаметно переходит от Зури к Атласу. Оба делают вид, что этого не происходит.

— Приятно было познакомиться, дорогая, — улыбается она и крепко меня обнимает.

— Мне тоже было очень приятно познакомиться, Зури.

— Возвращайся ко мне скорее, — отпуская меня, она кивает в сторону Атласа. — Не позволяй ему себя обмануть. Снаружи он хмурый, но внутри…

— Такой же хмурый, — перебивает её Атлас, скрестив руки на груди. Единственным намёком на его игривость становится сдержанная улыбка. — Нам нужно встретиться с остальными. Как всегда, Зури, — он целует её в щёку, — было приятно тебя видеть.

— До встречи. И передай своим братьям, что я им шлю привет, — она машет нам с порога своей лавки, а мы с Атласом растворяемся в людском потоке на шумном рынке. Затем Зури переключается на других клиентов.

Глава 11

Сейчас в торговом квартале стало куда больше людей, и у меня скручивает желудок, когда покупатели задевают меня, проходя мимо. Я не привыкла к шумным и многолюдным местам. Я настолько привыкла быть одна или в окружении узкого круга проверенных людей, что начинаю нервничать от этой суеты, вьющейся вокруг.

На королевских балах и церемониях всегда было полно гостей, но к таким событиям я была приучена с детства. С тех пор, как научилась внятно говорить, меня учили быть хозяйкой, развлекать и танцевать.

Но это…

Это не просто вне моей зоны комфорта. Это наполняет меня странным, тревожным волнением.

Я начинаю задумываться, как живёт обычный мидорианец. Есть ли у нас торговый квартал, такой же яркий и живой, как этот? Есть ли у нас уличные торговцы с такой же аппетитной едой? Счастливы ли мои люди? Процветают ли они, как кажется, процветают бавийцы? Есть ли у нас фестивали, которые привлекают туристов из других королевств и приносят доход?

Сердце сжимается от осознания того, что я не знаю ответов на эти вопросы. А ведь однажды я должна стать их королевой, и при этом ничего не знаю о Мидори. Стыд медленно поднимается внутри.

Я — обман. Самозванка. Недостойная.

Я чувствую, как чья-то рука касается моей поясницы, и резко оборачиваюсь, в ужасе думая, что это Веспер. Но передо мной Атлас, который поднимает руки в жесте примирения.

— Это всего лишь я, — говорит он, бросая на меня любопытствующий взгляд. — Ты в порядке?

— Всё нормально, — лгу я, и по скептическому выражению его лица ясно, что он это понял.

— Я не хотел тебя напугать.

— Ты не напугал, — бурчу я, продолжая идти вперёд, и он поспешно догоняет меня. — Просто застал врасплох, вот и всё.

— Прошу прощения, принцесса. Ты выглядела погружённой в мысли, и я не хотел, чтобы ты свернула не туда, — он указывает направо, и мы переходим улицу. — Город прекрасный, но Бава велика, и тут легко заблудиться.

— А если бы я заблудилась? — спрашиваю я с ноткой игривости в голосе.

Атлас останавливается и смотрит на меня. Он улыбается, и у меня на мгновение замирает сердце.

— Я же уже говорил: я всегда тебя найду.

И я верю ему. Как бы зловеще ни прозвучала эта фраза в нашу первую встречу, сейчас она странным образом приносит мне утешение.

— Что Зури тебе передала? — спрашиваю я.

Он наклоняет голову в сторону, притворяясь растерянным, но я вижу — он прекрасно понял, о чём я.

Я постукиваю по руке, в которую она вложила записку.

— Это было быстро. Настолько быстро, что я почти не заметила. Но я видела, как она передала тебе бумажку. Что там было написано?

— Ты довольно наблюдательна, принцесса, — говорит он, доставая из кармана брюк сложенный клочок бумаги и поднимая его между указательным и средним пальцем. — Это информация.

Я тянусь за листком, но он ловко переворачивает бумажку в руке, и она исчезает.

— Ах-ах-ах, — лукавит он и снова трогается с места, вынуждая меня идти за ним.

— Какая информация? — спрашиваю я.

— У тебя с терпением, похоже, не очень?

Я хмурюсь.

— А при чём тут терпение, если я просто хочу знать, чем ты занимаешься?

— Я с радостью дам тебе прочитать записку, когда мы не будем стоять посреди людной улицы. На улице, где мы не знаем, кто может подслушивать и подглядывать.

Я прыгаю вперёд, загораживая ему путь, и утаскиваю его в тёмный, узкий переулок. Он смотрит на меня сверху вниз с насмешкой во взгляде.

— Сейчас тот момент, когда ты уставишься на меня своими пронзительными серыми глазами и попытаешься запугать, чтобы я покорился твоей воле?

Он делает шаг вперёд, сокращая расстояние между нами, и ухмыляется:

— Должен тебя предупредить, стрэнлис: меня нелегко склонить на свою сторону, и я не склоняю колени ни перед кем, кроме своего короля.

Если запугивание не работает, значит, мне нужен новый подход.

— Возможно, — медленно провожу руками вверх по его рукам, поднимая голову, — я смогу убедить тебя… пересмотреть своё решение?

Его зелёные глаза вспыхивают. Я чувствую перемену в его настроении и понимаю — моя уловка сработала.

Мама всегда говорила: «больше мух привлечёшь на мёд, чем на уксус».

Я провожу пальцами по его шее, слегка касаясь татуировки.

— Что это значит? — спрашиваю я, проводя пальцами по древним троновианским рунам на левой стороне его шеи.

— Но тимет дау, дау тимо, — отвечает он на своём родном языке.

— И это значит…? — прижимаюсь к нему грудью и замечаю, как у него перехватывает дыхание. Поднимаю голову, наши губы всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Свободной рукой медленно и нежно скольжу в его карман, чтобы достать записку.

— «Я не боюсь смерти. Смерть боится меня», — шепчет Атлас, склоняясь ближе. Он почти целует меня, но в последний момент отклоняется, касается губами моего уха и резко хлопает ладонью по затылку, крепко удерживая меня.

— Хорошая попытка, принцесса, — усмехается он, выхватывая моё запястье и вытаскивая мою руку из кармана.