Песнь Теней и Звёздного света (ЛП) - Готье Морган - Страница 49

Я зажмуриваюсь и дышу через нос, чтобы не взорваться.

— Кто из вас нас увидел?

— Никс, — ухмыляется она. — Он зашёл к себе после выпивки, чтобы завалиться спать, но застал вас двоих вместе. Ускользнул и провёл ночь здесь.

— А где он сейчас?

— С Финном, пошли в столовую завтракать. Я как раз собиралась присоединиться. Если ты голодна, можем пойти вместе.

Я сбрасываю ночную сорочку и начинаю надевать дорожную одежду. В Мидори, когда я знала Эрис как Селену, я часто переодевалась при ней, так что теперь меня это нисколько не смущает.

Она кидает мне рубашку, я просовываю руки в рукава и собираюсь надеть её через голову, но замираю на полпути, когда она говорит:

— Он не такой уж и плохой, знаешь ли.

— Кто?

— Атлас, — её синие глаза ловят мой взгляд. — Он может показаться мрачным и жёстким, но на самом деле это потому, что он глубоко переживает.

Я натягиваю рубашку.

— Я для него просто задание, Эрис. Доставить похищенную принцессу своему королю. Ему на меня наплевать.

Эрис резко встаёт, на лице появляется недовольная гримаса.

— Только не говори, что ты всерьёз в это веришь.

— Я уже не знаю, во что верить, — вздыхаю я, садясь на кровать, чтобы зашнуровать сапоги. — Я не знаю, что со мной будет, когда мы прибудем в Троновию. Что, если ваш король бросит меня в темницу? Пытки? Казнь? А если мои родители не станут вести переговоры о моём освобождении? А если Бастиан… — я даже думать не хочу о том, на что способен Бастиан.

— Атлас чуть не разнёс Баву, когда ты пропала, — говорит она.

— Что? — сердце громко стучит в груди, и я медленно оседаю на матрас. Это совсем не то, что я ожидала услышать.

— Он призвал все свои связи, всех информаторов, кому когда-либо помогал. Даже заплатил речному судну, чтобы оно не отплывало, пока мы тебя не найдём.

Я не знаю, что делать с этой информацией. Услышать, что Атлас Харланд без колебаний пустил в ход все свои связи, чтобы вернуть меня из Некрополиса… хочется броситься ему на шею и поблагодарить. Но вместе с тем это заставляет меня чувствовать, будто я теперь в долгу перед ним, а это чувство мне совсем не нравится.

— Сначала мы думали, что тебя забрали Пожиратели Душ. Я никогда не видела Атласа таким… сорвавшимся с цепи. Даже его братья переживали, что он совершит что-то безрассудное и подвергнет себя опасности, — говорит она.

Я встречаюсь с ней взглядом, когда она садится напротив, и кажется, будто она заглядывает прямо в мою душу.

— Так что даже не смей думать, будто Атласу плевать, что с тобой станет.

«Я всегда найду тебя, принцесса».

«У тебя всегда будет защита».

«Я всегда добр, стрэнлис».

«Я с тобой. Утром мы снова можем быть врагами».

Я качаю головой, пытаясь вытряхнуть из памяти все эти слова.

— Эрис, я обручена с…

Эрис кладёт свои татуированные руки по обе стороны моего лица и заставляет меня посмотреть ей в глаза.

— Илария Шэй Китарни, бояться — это нормально. Сомневаться — это нормально. Задавать вопросы всему, во что ты раньше верила — тоже нормально. Это значит, что ты ищешь истину, ищешь то, что приносит тебе радость, ищешь настоящую себя и свою силу. Ты не плохой человек и не ужасная дочь только потому, что принимаешь собственные решения и имеешь свои мысли. А если кто-то говорит тебе обратное — это потому, что они хотят тебя контролировать, а ты отобрала у них эту власть.

И Эрис знает, о чём говорит, потому что испытала всё это на собственной шкуре. Убив мужа-тирана в попытке защитить себя, сбежав от деспотичной матери и оставив позади сестёр, которые ей ничем не помогли, она вырвалась на свободу и выбрала себя. Но за это ей пришлось заплатить: потерять дом, семью и свои титулы.

Готова ли я потерять своих родителей, кровных или нет, ради того, чтобы думать своей головой?

Готова ли я потерять Бастиана и сказку, которую себе нарисовала, ради права самой принимать решения?

Готова ли я лишиться королевства и дома, ради свободы быть собой, со всей своей магией и правдой?

Хотела бы я сказать, что да, что я достаточно смелая, уверенная, решительная… Но правда в том, что я не знаю.

Эрис права хотя бы в одном: с того самого момента, как Атлас Харланд спас меня от змеи в джунглях, он показывает, что сдержит своё обещание защищать меня.

Пора перестать видеть в нём врага и признать: он мой союзник. И, возможно, даже мой друг.

Я похлопываю Эрис по рукам и улыбаюсь:

— Прости, что сомневалась в тебе и в Харландах.

Она обнимает меня.

— Что бы ни случилось, — шепчет она, — когда мы окажемся в Троновии, ты не останешься одна. У тебя есть мы, и мы тебя защитим.

— Знаю, — улыбаюсь я… и молюсь, чтобы она это действительно имела в виду.

***

Оставшиеся два дня нашего путешествия в Троновию я изо всех сил стараюсь избегать встреч с Атласом. Мои занятия магией временно приостановлены, потому что использование моей редкой силы может привлечь ненужное внимание, а значит, нет причин нам с Атласом оставаться наедине. Я не хочу, чтобы он заговорил о той ночи, когда из-за своей слабости и страха я оказалась в его комнате. В его постели. В его объятиях.

Щёки вспыхивают от жара, стоит мне лишь представить его без рубашки, вспомнить, каким был его торс под моей щекой, как дурманяще он пах…

Нет! — одёргиваю я себя. Я не могу, не хочу и не должна позволить себе хоть какую-то эмоциональную привязанность к Атласу. Он не просто мой пленитель, он троновианец. Когда-нибудь я надену корону Мидори, а он вернётся к своей прежней роли моего врага.

Я фыркаю.

Даже я уже не верю в это. Смешно вообще так думать. Когда я смотрю на Атласа или на Финна, Никса и Эрис, если уж на то пошло, я больше не вижу шпионов, убийц или врагов. Я вижу друзей, и, на данный момент, своих единственных союзников. Они помогли мне выжить в джунглях, перехитрить Пожирателей Душ и охотников за головами, которых послал Бастиан, чтобы вернуть меня. Я знаю, что братья Харланд и Эрис действительно настроены серьёзно: они хотят помочь мне овладеть магией, научиться защищаться себя и понять, кто я вообще такая.

— Для такого маленького корабля, — внезапно раздаётся голос Атласа, от чего я вздрагиваю, — ты очень ловко избегаешь меня.

Отрываясь от перил, на которые опиралась локтями, я вижу его — Атлас прислонился к внешней стене с озорной улыбкой на лице. Я оглядываю палубу и с облегчением замечаю, что в это утро вокруг много пассажиров. Я пока не готова остаться с ним наедине.

— Я тебя не избегаю, — ложь, и он это прекрасно знает. Мне действительно стоит научиться лучше скрывать свои чувства и намерения, если я когда-нибудь собираюсь стать успешной королевой. — Я была занята.

— Занята? — он склоняет голову набок, и в его глазах ясно читается недоверие.

— Да, — огрызаюсь я, цепляясь за свою хлипкую отговорку, — занята.

— И что же, позволь спросить, настолько заняло всё твоё время последние два дня?

Ничего. Только мои отчаянные попытки держаться подальше от тебя.

— Ничего, что касается тебя, — отвечаю с явной колкостью в голосе. Что, похоже, только сильнее подогревает его интерес.

— То есть, — он отталкивается от стены, — это определённо касается меня.

Я расправляю плечи, наши взгляды теперь на одном уровне, а моя поясница упирается в перила, за которыми простирается море.

— Чего ты хочешь, Атлас?

— Мы скоро причалим в Троновию, — говорит он, медленно приближаясь ко мне с зарытыми в карманы руками. — Мы мало говорили о моём городе. У тебя есть какие-нибудь вопросы или опасения?

О да, у меня масса вопросов, и с волнением всё в полном порядке. Но я не уверена, что хочу обсуждать это именно с ним. У меня неприятное ощущение, что он хочет, чтобы я снова открылась перед ним, а я бы предпочла сохранить между нами безопасную дистанцию. Та ночь была ошибкой. Я не собираюсь в ближайшее время снова изливать ему свои страхи. Придётся просто заново выстроить стену, которую он непреднамеренно разрушил.