Эпоха героев (ЛП) - Нира Страусс - Страница 10

Я ощущала его запах — успокаивающий, как дерево, тронутое пламенем очага. Но тут же почувствовала и другой аромат. Орехи и чёрные ягоды.

Веледа.

Торопливые шаги.

— Вот она, — сказала тревожным голосом Гвен.

Мэддокс приподнял мне подбородок, поднёс стакан к губам, и я послушно приняла его помощь.

Если бы это произошло пару месяцев назад, когда он был для меня в лучшем случае чужаком, а в худшем — смертельным врагом, я бы разбила стакан о его лицо и вонзила осколок ему в горло.

Но теперь всё было иначе.

Во всём, что касалось его и моих новых друзей, я больше не сомневалась. Весы склонялись в сторону доверия. Навсегда.

Пока я жадно пила, другие руки осторожно тёрли влажной тканью мои веки. Движения были неторопливыми, бережными. Запах чёрных ягод стал сильнее.

Я отложила стакан — в тот самый момент, когда ресницы расплелись и свет ударил в глаза. Я зажмурилась, моргнула, пытаясь привыкнуть. Богини, я чувствовала себя существом, впавшим в спячку и только что выбравшимся из своей пещеры к весне.

Особенно потому, что этот свет был… другим. Это была не ясность дня в Айлме. Не туманный полусвет у Муирдриса в На Сиог. И даже не тот редкий, холодный отблеск, что иногда скользил по снегу в Гальснене, когда солнце решалось выглянуть в Хелглаз.

Это было пламя. Плавленое золото.

Кто-то закрыл мне глаза ладонью.

— Постепенно, Sha’ha. Гвен, опусти полог.

Когда Мэддокс снова убрал руку, свет стал терпимее. Всё равно — по щеке скатилась невольная слеза от жжения.

Наконец я осмотрелась.

И, конечно, первым, на чём задержался мой взгляд, был сам дракон.

Огромный, внушительный, широкоплечий — его силуэт казался ещё массивнее из-за странной туники цвета спелой сливы. Она была изо льна и спадала мягкими складками, скрывая его привычную тёмную одежду. Из-под неё виднелись только икры и чёрные кожаные сапоги.

В его тени что-то дрогнуло.

Нет — это была не тень.

Его крылья.

Верхняя часть — цвета ночи. Нижняя — с сиреневым отливом по краям.

Два когтя — будто лапы адской твари: широкие у основания и заострённые, как пики. Они вздымались у него за плечами, как часовые. Но мой взгляд поднимался всё выше, к тому, что впечатляло ещё сильнее, чему у меня почти не было возможности раньше вглядеться.

Рога.

Они появились где-то в тот момент, когда принц Бран держал меня взаперти в своей башне кошмаров. Рожденные из темени, между прядей коротких тёмных волос, чёрные как обсидиан. Сначала загибались внутрь, потом выпрямлялись и закручивались к концам.

Всё в нём говорило о смертельной угрозе.

Он не двигался. Он ничего не говорил. Это просто исходило от него.

Он уже был опасен и до того, как открыл в себе черты дракона.

А теперь?..

Меня это не напугало, разумеется. Но заинтриговало — а это уже само по себе говорило о том, в какую задницу я влезла, когда дело касалось его.

Наши взгляды встретились. И несмотря на всю воду, которую я только что выпила, в животе стало жарко.

Для меня прошло всего несколько часов с тех пор, как я видела его в последний раз, в Долине Смерти. День, максимум.

И всё же отрицать влияние, которое он оказывал на меня, было невозможно. Меня тянуло к нему. Безумно.

Он показался мне красивым — почти несправедливо красивым — с самого первого раза, как я увидела его на пристани Гримфира. Тогда я считала его охотником короля и не могла смириться с тем, что такой привлекательный человек убивает и преследует сидхов.

Потом оказалось, что он не просто охотник, а дракон. И что он… связан со мной.

А позже — что он, этот слишком красивый дракон, выдавал себя за наследного-принца.

Вообще, жизнь была бы куда проще, если бы он не был таким чертовски красивым.

В его вертикальных зрачках, в этих золотистых глазах, плясало что-то дикое. Взгляд дракона. Нет, хуже — взгляд привязанного дракона, встревоженного за свою пару.

Тьма осторожно скользнула с моих плеч, шевельнулась, счастливо затрепетала. Нахалка.

Я скомандовала ей спрятаться — инстинктивно.

Я не сразу поняла, что Мэддокс всё ещё держит меня, пока его пальцы не впились в мою талию.

— Не нужно её прятать, — прорычал он.

Кто-то тихо кашлянул.

— Я догадывалась, что что-то такое возможно… но это куда более неловко, чем я себе представляла.

Я оторвала взгляд от Мэддокса.

Гвен стояла у изножья узкого ложа, на котором я лежала. Рядом с ней — Веледа. Обе были закутаны в одинаковые туники бледных тонов, скрывающие почти всё тело. На Гвен, ростом с двенадцатилетнюю девочку, одежда сидела так, что из-под подола едва торчали её ноги.

Оглядеться особенно не на что было. Нас окружала серая тканевая конструкция, едва колышущаяся от лёгкого ветерка. Нас с трудом вмещало сюда четверых.

Позади Гвен висела узкая полоска ткани, отделённая от остального — видимо, вход.

Я сглотнула. Это было больно, но уже не так, как раньше.

— Привет, — наконец произнесла я. Голос сорвался на хрип. Пальцы Мэддокса на миг сжались у меня на коже — и только потом отпустили. — Как… как вы?

После короткой тишины Веледа фыркнула.

— Ты хочешь узнать, как мы?

Гвен вскинула руки и тут же врезалась ими в потолок.

— Это мы-то лежали в коме семнадцать дней?!

У меня перехватило дыхание. Семнадцать дней? Как это вообще возможно?

Прошло чуть больше двух недель с той самой битвы в Долине Смерти. С тех пор, как я вытащила Орну из камня. С тех пор, как Каэли ушла с богиней Луксией в неизвестное место.

С тех пор, как умер король Нессия VIII.

Убитый собственным — и единственным — сыном.

— Эй, — окликнул Мэддокс. — Всё хорошо.

Гвен едва слышно вздохнула.

— Ну-у…

Я вгляделась в золотистую глубину его глаз. Там всегда было что-то, что меня тянуло — ещё до того, как я узнала, что внутри него живёт дракон. Дракон, который считал меня своей.

— Кажется, нам всем есть что рассказать, — прошептала я.

Его лицо дрогнуло.

Уголки губ чуть поднялись.

Мне показалось, он давно не улыбался.

С тех пор, как всё произошло в На Сиог. С тех пор, как он потерял место, которое так любил.

Снаружи кто-то заговорил громче. Гвен откинула полог и выглянула наружу. Лучи золотого и янтарного света пробились внутрь и скользнули по моим ногам. Я сразу почувствовала жар.

Я поняла, что на мне та же одежда, в которой я сражалась. Та самая, в которой я тайком сбежала из замка Сутарлан, решив, что укрыться с сестрой — лучший выход.

Её просто выстирали и снова надели на меня.

Когда светловолосая воительница вернулась внутрь, её лицо было нахмурено.

— Кажется, у нас не так много времени.

Я попыталась согнуть ноги — облегчённо выдохнула, когда они подчинились. Суставы протестовали, но только чуть-чуть. Я была босиком.

— Что ты имеешь в виду? Где мы?

Веледа склонила голову.

— По правде говоря, ты проснулась в самый неподходящий момент.

Мэддокс метнул в её сторону укоризненный взгляд.

И было что-то… что-то трепыхалось в глубине сознания, пыталось привлечь моё внимание, но…

Ох.

Да.

Самое очевидное — я упустила из виду.

Гвен, Веледа и все остальные узнали правду о моём происхождении прямо во время битвы. Когда я появилась с мечом Теутуса и, как будто этого было мало, развернула тьму на глазах у всех.

Единственным, чью реакцию я знала, был Мэддокс. Но на него нельзя было полагаться как на пример — нас связывал древний узел. Конечно, я понимала, что найдх нак не меняет личность и мнения, что он был со мной абсолютно честен… но глупо было бы думать, что остальные отреагируют так же.

— Вы меня ненавидите.

Я хотела, чтобы это прозвучало как вопрос, но вышло как утверждение.

Гвен и Веледа продолжали смотреть на меня — почти как будто ждали, что за этой фразой последует что-то ещё.