Устранение (ЛП) - Ив Джеймин - Страница 54

Он сжимает челюсти.

— Я не буду давать никаких обещаний, если твоей жизни будет угрожать опасность.

Моё сердце разрывается от мысли, что он готов рискнуть всем ради моей безопасности. Он отступает, прежде чем я успеваю дотянуться до него. Мои волки занимают позицию рядом с ним в отгороженной зоне в дальнем левом углу помоста, их решительные взгляды вселяют в меня чувство спокойствия.

Взойдя на помост, я сажусь на место, ближайшее к моей стае.

В этот момент атриум за возвышением открывается, и оттуда выходит Крона. С тех пор, как я видела её ранее этим вечером, она сменила свои фарфоровые одеяния на серебристое платье, которое переливается на свету, заставляя её бесцветную кожу сиять.

Остальные пять членов королевской семьи идут в ряд за ней.

Арга выглядит как великан, шагающий за крошечной Каргой, и я могу только догадываться, в чём дело, в то время как другие члены королевской семьи не дотягивают до него ростом.

На

На нём нет доспехов — хотя я не очень удивлена, потому что Эста сказала, что доспехи — это её предположение, — но на груди у него висят несколько клинков. Его рубашка без рукавов демонстрирует большие бицепсы, а тёмные брюки и ботинки облегают его мускулистые ноги.

Крона едва замечает меня, когда поднимается на возвышение, но Арга целую минуту не сводит с меня своих голубых глаз, после того как садится на своё место — самое дальнее от меня — и постукивает одним из лезвий по своей груди.

Остальные члены королевской семьи поднимаются на возвышение и занимают свои места, Кода — рядом со мной, а Эста — рядом с ним. Эста, как и я, облачена в тёмно-синие доспехи и вооружена единственным кинжалом. Кода, с другой стороны, одет только в простую футболку и штаны.

— Добро пожаловать, Нова, с возвращением из мёртвых, — тихо произносит Кода. — Я был удивлён, почувствовав облегчение, когда услышал, что ты выжила.

Я прищуриваюсь, не зная, как истолковать его заявление, но он быстро продолжает:

— Не волнуйся. Это быстро прошло.

Поскольку я смотрю в его сторону, меня тянет в дальний конец помоста, за Аргу, где стоит мать королевской семьи, Кэрис. Она, должно быть, была в конце очереди, когда королевская семья выходила.

По бокам от неё Тайрус и ещё один солдат, оба с копьями в руках.

Её длинные локоны струятся по спине золотыми потоками, а чёрное вечернее платье, которое на ней надето, подчеркивает цвет её огромных глаз — или, по крайней мере, так и должно быть. Несмотря на её гламурную внешность, её щеки в пятнах, глаза красные, а под ними тёмные круги. Она сжимает в правом кулаке полоску ткани, которую упорно держит прижатой к боку, и вглядывается в толпу. Я узнаю этот взгляд, потому что тысячу раз видела его на лице своей матери.

Кэрис где-то в другом месте.

— Твоей маме плохо? — спрашиваю я Коду.

Черты его лица застыли.

— Она в трауре. Она любила Сотейна, — Кода хрипло смеётся. — Кажется, когда он умер, его печаль передалась нам всем.

Я не уверена, что Кода имел в виду буквально — как будто сила каким-то образом высвободилась, — но я так не думаю. Судя по тому, как Кэрис присутствует, не будучи при этом посторонней, её горе настоящее, и оно её собственное. Я бы не удивилась, если бы мать оплакивала своего сына, но, учитывая её холодное отношение, когда я встретила её в первый раз, это неожиданно.

Кода снова обращает своё внимание на Крону, и я делаю то же самое, когда древняя женщина поднимает руки, призывая к тишине.

В тот момент, когда ее голос разносится по крыше у наших ног, толпа замолкает.

— Осталось шестеро! — кричит она. — Они доказали свою стойкость в Дебрях, и теперь они докажут свою силу в борьбе с противником, которого я создала. Чтобы перейти к следующему испытанию, они должны убить существо. Пощады не будет. И, не сомневайтесь, пока этот противник находится в заклинании, повреждения, которые он может нанести, будут очень реальными.

Кэрис, стоящая в глубине помоста, вздрагивает так заметно, что это отвлекает моё внимание от Кроны. Королевская мать поджимает губы, её руки дрожат. Она внезапно сосредотачивается на Эсте, как будто сейчас боится за свою младшую дочь.

Я не вижу лица Кроны, но слышу блеск в её голосе, когда она продолжает.

— Убейте или будете убиты! Посмотрим, кто из вас выживет в этом раунде Устранения, — она поворачивается к моему старшему брату. — Арга, первый сын Джарета, выйди вперёд и сражайся за свою жизнь!

Арга вскакивает со своего места, уже протягивая руку за одним из своих кинжалов, и достает его, шагая по короткой дорожке к рингу. Ворота открываются перед ним, а затем закрываются за ним, когда он заходит внутрь. В этот момент огни вокруг нас тускнеют, в то время как на боевом ринге загораются ярче.

Наблюдающие за происходящим элиты замолкают, а я считаю удары своего сердца, ожидая увидеть, какого же соперника сотворила Крона.

Я внезапно осознаю, что она смотрит на меня, эти чёрные глаза, которые проникают мне в душу, и слышу учащенное биение пульса у основания её шеи под вырезом мантии. По какой-то причине она повернулась в мою сторону, в то время как Арга занял позицию сбоку от ринга, держа кинжал наготове.

Даже если бы я могла определить её эмоции, прикоснувшись к ней, мне не нужно было бы касаться её, чтобы понять, что она чем-то взволнована, и это наполняло меня ужасом. Почему она должна быть в восторге от того, что мы сражаемся с ангелом?

В центре боевого круга вспыхивает искра.

Арга напрягается, его губы растягиваются в улыбке, кинжал наготове, глаза горят предвкушением. По мне пробегает невольная дрожь, когда он тоже переключает своё внимание на меня, словно, как и Крона, ждет моей реакции.

Искра мерцает, вырисовывается силуэт, который медленно обретает форму, его темные линии мерцают и увеличиваются. Через несколько секунд становится ясно, что это не ангел.

Эста, сидящая рядом, ахает.

— О, Мортем, нет.

В центре боевого ринга мощное тело покрыто ониксовой шерстью, острые зубы животного сверкают на свету, его губы раздвигаются в злобном рычании, а когти скребут по ковру.

Я думаю, она была одурачена интригами Кроны и Арги.

В центре боевого ринга мощное тело покрыто ониксовой шерстью, острые зубы животного сверкают на свету, его губы раздвигаются в злобном рычании, а когти скребут по ковру.

Демон-волк открывает свои фиалковые глаза, и в этот момент на его морде появляются три ярких следа от когтей.

— Смотрите! — кричит Крона. — Грозная Жнец!

Глава 35

Толпа издает вопли предвкушения, их кровожадные крики доносятся до меня.

— Убей её!

— Покончи с ней!

Моя левая рука сжимает серебряную метку, которую оставила на мне Жнец. В то же время мои демоны-волки издают вой, который вызывает новую волну криков в толпе.

Моё дыхание внезапно учащается, и я делаю глубокие вдохи, чтобы контролировать его, заставляя себя успокоиться.

Крона чётко изложила правила. Чтобы победить, я должна убить этого волка. Я должна покончить с существом, которое выглядит в точности как Жнец, с которой я связана узами. И не только это, но и то, что мне приходится смотреть, как другие члены королевской семьи убивают её — если смогут — снова и снова.

Более того, Жнец — чудовище, которое поддерживало моего отца. От меня не ускользает, что если Арга убьёт её, то будет казаться, что он сильнее своего отца.

Я стискиваю зубы и напоминаю себе, что этот волк ненастоящий — всего лишь иллюзия. Даже если он выглядит настоящим, и даже если он может убить меня на ринге. Я не сражалась с настоящей Жнецом, чтобы понять истинную степень её силы, но у меня нет гарантий, что её версия, которую Крона создала для меня, будет соответствовать её силе. Она могла бы быть сильнее. И на самом деле… Крона могла варьировать силу каждой версии Жнеца, чтобы убивать королевских особ или быть убитой ими.

Судя по бледности их лиц, когда они уставились на заколдованного волка, остальные члены королевской семьи не ожидали, что Крона будет снисходительна к ним.