Химера, будь человеком! - Ромашкина Ольга - Страница 18

Старейшины к её просьбе отнеслись весьма скептически, чего ради нам рисковать? Они и так помогли укрыться ей от преследователей, хотя наша выгода тут была. Не помоги мы эльфийке, погоня неминуемо привела бы их к нашим поселениям. В отчаянии перворождённая сорвала с себя цепочку, на которой висел переливающийся лепесток и, отдавая её жрице, сказала:

— Используйте его лишь в самом крайнем случае, Наон пропустит того, кому по воле доброй был отдан лепесток с родового древа. Предоставив его моему роду — Вы можете рассчитывать на помощь, но как далеко будет она простираться, зависит от обстоятельств, заставивших Вас прибыть на остров.

Мы принесли эльфийке клятву ритуальным оружием на крови (её невозможно нарушить), в порыве радости и благодарности за дитя, нашей жрице перемен, эльфийкой было даровано часть её сущности. После обряда она умерла, а жрица, пребывая в трансе после обретения части сущности эльфа, произнесла:

Потом жрица потеряла сознание.

Казалось бы, вполне понятное пророчество, как назвали эти слова наши старейшины, родится ребёнок-маг, который должен спасти род, но от кого и когда?

С нашими способностями переправить ребёнка удалось без осложнений, быть может благодаря перестраховкам. Пребыв к магической границе острова (сам остров едва виднелся далёкой точкой), мы положили уснувшего ребёнка в лодку. На его шее покоился точно такой же сияющий лепесток, какой был дарован нам, и лёгким магическим толчком (наша магия на большее была не способна) направили её к острову. Чуть пройдя по водам, она резко прибавила ходу и скрылась из вида.

Прошло время, но ничего не происходило, пока не родился я. В момент, когда тьма поглотила свет средь бела дня (затмение, подумалось мне). Жрица — моя мать, скрывала это, но недолго. Магические способности она не смогла утаить. Так я стал Хамелеоном, предводителем метаморфов. Правда, предводитель чисто формально, я ведь был ребёнком, поэтому у власти остался регент.

Всё бы ничего, но три дня назад на круге обрядов мы обнаружили то, что осталось от регента. Жрица узнала обряд, которому его подвергли — магическая аура должна была покинуть своего хозяина и влиться в того, кто проводил обряд и провести его мог только маг. Но он не знал, что у регента совсем не было этой ауры, поэтому он не смог пережить переход, не смог остаться хотя бы духом. И вот тут старейшины вспомнили:

Жрица стала новым регентом, а мне пришлось спешно покинуть клан и, изменяя образ бродить по густо населённым городам, дабы не привлечь внимание к своей персоне. Даор оказался ближайшим многолюдным городом. И вот когда я бродил по ярмарке, мне повстречалась ты Кияра, я не могу объяснить почему, но почувствовал в тебе необъяснимое чувство защищённости.

— И поэтому ты решил меня обокрасть? — улыбаясь, я решила разрядить нагнетенную обстановку.

— Это был лишь повод, хотя твой зверёк меня сильно напугал. — Сознался Мелий.

— Почему цвет твоих волос периодически меняется, конспиратор хренов? — задала я наконец, интересовавший меня вопрос.

— Когда я сильно волнуюсь единственное, что я не могу контролировать это цвет волос. — Опуская глаза, поделился секретом Мелий.

— Мда… — только и произнес Терион. Он выглядел несколько озабоченно, будто решая, что делать с детьми, которые сильно нашкодили. — И что с вами делать? Один беглый предводитель метаморфов, другая…

— «…Родила царица в ночь, не то сына, не то дочь. Ни мышонка, ни лягушку. А неведому зверушку…» — вспомнилось мне.

— Кияра, вот как тебе удаётся даже в такой ситуации не падать духом, да ещё и другим унывать не давать? — засмеялся Терион.

— Вопрос риторический, ответу не подлежит! — я встала, выпрямилась. Хвост, видимо как и всё остальное, всё ещё были при мне. Подозвав Шельму, оставшуюся пастись на полянке, я почувствовала Шкета. Кобыла уже приближалась ко мне когда, вдруг всхрапнув, остановилась, подавившись ржанием и вылупила глаза глядя на меня. Только я было собралась провести успокоительную речь, как на Шельму, в аккурат между ушей, пал как подкошенный Шкет, с очень похожими округлившимися глазами.

Я кое-как успокоила своих питомцев и призадумалась.

— Терион, я не могу в таком виде появиться на люди.

— Перед тем, как ты перевоплотилась, что ты делала или думала?

— Мне было очень хорошо валяться на травке и ужасно захотелось побезобразничать, чтобы ты не сидел молчаливым пнём. — Честно призналась я.

— Хм, учту на будущее, что твои пожелания, даже мысленные, приобретают иногда козли… — не позволив ему договорить, я его лягнула. — Приобретают иногда своеобразные формы. — Договорил смеющийся Терион.

— Ну и…?

— Попробуй захотеть опять быть собой. — В голос сказали оба. Я зажмурилась и изо всей силы захотела (не подумайте, что в туалет). Открыв осторожно один глаз, я начала себя осматривать. Вдруг заметила обоих стервецов, скрестивших руки на груди и довольно на меня поглядывающих.

— Я снова я! Ура мне… три раза! — после чего подхватила ветку и бросилась догонять удирающих извергов от меня разгневанной.

Глава 10

Шкет занял своё место на спине, вися на рюкзаке, Шельму я подхватила под уздцы и пешими мы направились обратно в Даор. После того как Мелий открылся нам, в компании нашей атмосфера потеплела, хотя вопрос со мной завис. Сама я старалась об этом пока не думать… ибо самой страшно, поэтому решила отложить думы сии на вечер. Хамелеон наш стал привычно белобрысым и синеглазым мальчонкой, а как же, конспирация — это наше всё… точнее его. Мы уже зашли через врата в город, когда Терион спохватился.

— Мне нужно в магическую лавку зайти, пополнить запасы так сказать, если у Вас нет никаких дел, можем пойти вместе?

— Против! У нас тоже есть дела. — Поторопилась я с ответом, припоминая, что происходит при моём приближении к этим самым лавкам.

— Какие? — Терион выглядел обидевшимся ребёнком, которого не посвятили в тайну.

— Нам нужно покрасить Мелия! — выдала я, ожидая реакции на сказанное, которая не заставила ждать себя.

— Ка… как покрасить? Что покрасить? — Мелий побледнел, а волосы порыжели.

— Волосы, а Вы о чём подумали? — оба покраснели. Вот! А ещё мне говорили, что у меня мысли неприличные.

— Зачем? — озвучил Терион хамелеона, который рот открывал, но при этом не издавал ни звука. — Он же и так сможет принять любой цвет? — оба недоумевали.

— Вот зачем! — я недвусмысленно ткнула пальцем в рыжую шевелюру Мелия. Магия здесь не поможет, её можно снять, а контролировать цвет волос сам он не может. Ты сам-то вспомни, после чего подозрениями и нервами оброс… а? То-то. — Терион опустил глаза, пристально рассматривая мостовую.

— Но чем же… меня… — Мелий был похож на овцу, которую ведут на заклание.

— Придумаем, и что ты переживаешь, мы же тебя не всего красить собрались, а только волосы. — Попыталась я успокоить хамелеона.

— А в какой цвет?

— «Нет ничего более безнадёжного, чем развлечение по плану». (Сэмюэль Джонсон) — Свернула я дебаты, взяв под локоток Мелия и помахав Териону, отправилась на рыночную площадь.

Мы немного свернули с курса, чтобы оставить Шельму на постоялом дворе, Шкет тоже изъявил желание отлучиться.