Химера, будь человеком! - Ромашкина Ольга - Страница 28

— И можно сегодня к вечеру, попозже, собрать еды на троих, чтоб сытно, долго не портилось и… вкусно. — Причмокнув губами, попросила я хозяина заведения.

— Отчего же нельзя, можно!

— Сколько за коня и еду вместе? — спросила я, не люблю быть обязанной.

— Ты благотворительностью что ли занялась, сама девке лошадь покупаешь? — уточнил он осторожно, озвучив цену.

— Щазз! С обоих спутников потом сдеру, не сомневайся! — усмехнулась я, выкладывая свои последние деньги.

— Кияра, ты не девушка, зараза честное слово… — от души и не зло рассмеялся Алгаш.

— Знаю, но этот комплимент не спасёт тебя, если я сейчас не поем. — Шутливо отозвалась я.

— Селия, ужин скоро? — позвал её хозяин, глазами указывая на меня.

— Да, да, уже всё готово, сейчас я принесу.

— Спасибо. — Заговорщицким шёпотом сказала я, скользнув к столику.

Направляясь к Мелию, я заметила уже спустившегося Териона. Хамелеон выглядел повеселевшим, Терион же насупился, всё ещё дуется небось.

— Прости! — коротко бросил он. Я действительно не имел права… но и ты могла бы ограничиться только словами своего недовольства.

— «Болезнь ревнивца столь злокачественна, что решительно все превращается ею в пищу для себя» (Джозеф Аддисон), я лишь предотвратила болезнь. — Озвучила я «мудреца» и, посмотрев на несколько потерянного Териона, улыбнулась ему. — И потом, во-первых — «прости» уже не имеет значения, я уже отомстила и забыла, хотя приятно, что ты понял, во-вторых — я же сказала, что уже забыла, поэтому не устраивай мыльных опер по новой, и в третьих — ты всё ещё жаждешь поехать с нами?

— Даже и в голову не приходило передумать. — Твёрдо сказал маг, по-умному промолчав касаемо первых двух замечаний — значит понял.

— Славно, а теперь давайте-ка поедим мальчики… и девочки. — Примиряюще закончила я, наблюдая, как Селия несёт наш поднос.

Оголодавшие мы смели ужин без всяких разговоров и только отвалившись от стола перешли к обсуждениям.

— Ну'с, что тут у нас. — Я разложила карту, принесённую Терионом, на столе. Земля, где мы находились, называлась Фиория. Даор оказался самым крайним южным её городом, южнее были только горы, из-за которых я и вылезла к цивилизации. Даже на карте они были весьма внушительны и носили имя Ойале харадрен тирит, — вечный южный страж, — сказала я себе под нос. По правую сторону от Фиории, через несколько деревень и треч знает какое расстояние, лёг Мёртвый лес.

— Кто мне скажет почему «Мёртвый»? — подняв глаза, спросила я.

— По легенде, когда-то это был величественный и прекрасный лес, доступный далеко не каждому, лишь те, в ком текла эльфийская кровь могли беспрепятственно войти туда… либо в качестве гостя. Там же и упоминалось, что гостей принимали со свойственной эльфам высокомерностью, но торговлю вели вовсю, да и на контакт шли охотно, невзирая на пафосность.

После же упомянутых мной событий (битвой за власть, как и за знания эльфов), лес уничтожили, оставляя один лишь печальный мрак, окутавший былое величие одинокой и мёртвой сетью. — Поведал мне Мелий.

За этим лесом на карте располагались два города, у самого побережья, а чуть выше и севернее в больших водах был обозначен и остров Наон.

— Это тот самый «запертый» остров? — уточнила я.

— Тот самый… — как-то невесело подтвердил маг.

— А вот это что? — ткнула я пальцем в самые северные границы.

— А это и есть земли магов. Границей им служит магически созданный канал Истины, как они его назвали. Раньше границей тех земель была только небольшая, но очень протяжённая речушка Иста, но в переводе с эльфийского это означало вовсе не истина…

— А знание. — Закончила я за мага.

— Верно. Город-академия — Аркаин, является столицей этих земель. Войти на территорию магов, в принципе, может любой, за исключением нечисти, разумеется.

— А почему горы вот здесь, — я показала на участок карты между Мёртвым лесом и землями магов, — называются Зеркальными?

— Любой дошедший до них будет крайне удивлён их протяжённостью, хотя на самом деле они занимают не так уж и много места в той долине. Говорят, что если попытаться зайти глубже в горы, можно ходить кругами не один год. Некоторые полагают, что это проделки авариэль — крылатых эльфов. Они столь малочисленны и настолько хорошо скрыты, что скорее превратились в легенду, чем в затворников. Сейчас же авариэль — это скорее миф, судя по которому они чрезвычайно красивы, даже для эльфов, но и более хрупки и не столь долговечны, как светлые. Радость их жизни состоит в способности летать, благодаря огромным белоснежным крылья.

Они нейтрально настроены ко всему, что происходит в мире, если только это не затрагивает их покоя. Однако, несмотря на свою отчужденность и равнодушие, которые приводят в изумление даже их родичей эльфов, авариэль редко бывают такими высокомерными или заносчивыми, какими принято считать всех эльфов. Они с сочувствием относятся ко всем, кто не способен летать и познать прелесть небесной свободы, особенно это касается соплеменников, которые лишились этой радости. Но бескрылые авариэль не терпят жалости по отношению к себе, они предпочитают покинуть свой народ и жить вдали и одиночестве, сходя с ума и погибая от тоски по небу.

Но, несмотря на равнодушие в целом, они отличные воины и созидатели, которые не теряют времени бездействуя. А их оружие из горного хрусталя и вплетённой в него магией превосходит порой и добротный клинок. — Хамелеон, с задумчивой улыбкой закончил свой рассказ.

— Откуда столь обширные познания эльфов? — удивлённо спросил Терион, который слушал его, открыв рот.

— Действительно Мелий, если это только легенды… — мне тоже было любопытно узнать о такой осведомлённости.

— Хм, мне казалось, любой понимает, что легенды никогда не рождаются на пустом месте, — в свою очередь удивился он нашему невежеству.

— Мелий, но где ты слышал эти легенды?

— У нас существует огромная библиотека… точнее она не наша, а тёмных эльфов, которые были вынуждены оставить свои земли, на которых мы и воссоединились. И потом, хотелось узнать побольше о своих предполагаемых соседях.

— Ты чудесный рассказчик и к тому же неплохо знаешь некоторые языки. — Я искренне улыбнулась Мелию, ведь чтобы прочесть эльфийские летописи, нужно знать язык.

— А чем было ещё заняться сыну жрицы, если ему нельзя было покидать родные пенаты?

— Ладно, идём дальше. — Свернула я дебаты, склонившись над картой.

Слева от Даора в некотором отдалении находились длинные гряды гор, уходящие на северо-запад и наверняка изрезанные подземными ходами вдоль и поперёк. Это были владения гномов — Хатэль. — Можно перевести, как клинок топора, — подумалось мне, и действительно даже на карте эти горы выглядели подобно мощной секире. Река Талая их будто отсекала от земель Фиории, проводя границу и теряясь в Долине Перемен на юго-западе гор. Западные земли, если верить карте, пустовали, но их отделяло от владений гномов ущелье Рухта.

— Ущелье Рухта, оно действительно так ужасно? — спросила я, поёжившись, название мне совсем не нравилось.

— Когда-то оно было небольшим и имело другое название, но в летописях оно утеряно. Там обитали Тёмные маги, не все конечно, но более могущественные считали Вольные земли, как они назывались когда-то, своими. Там же появились и порожденья тьмы — варги, не без их помощи полагаю. Но маги перестарались, варги оказались куда умнее некоторых людей и были более кровожадными и хитрыми. До начала битвы за власть стая изничтожила своих же хозяев. Варги поторопились, они не знали о Великой битве. Маги же уже завершали свои приготовления к ней и смогли уничтожить если не всех, то большинство тварей, которые даже не смогли дойти до горной гряды Хатэль. Но мощными заклинаниями они потревожили стихии… откат был ужасен. Не выдержала сама земля и разверзлась у ног сотворивших сие, унося жизни многих магов в своё тёмное чрево вместе с варгами.

Некоторые всё же смогли проникнуть на другие земли, их давно никто не видел, но от их детищ пострадали очень многие и сколько ещё пострадает. — Сказав это, Терион устало отвёл глаза от карты.