Одиночка - Пак Анастасия Владимировна - Страница 13

– Итак, Хенигас предупредил вас о нашем визите, – утвердительно сказал старик. – Тогда отчего я не вижу на ваших лицах радости, а, привратники? Теперь Убежище мало чем будет отличаться от других миров. И нам поспокойней и вам свободней. Устали, поди, троицей за столько веков Врата удерживать.

Его глаза прошлись по четырем закутанным в плащи силуэтам хранителей.

– Хм, четверкой, я хотел сказать, – нахмурив брови, тут же поправился он. – Надо же, отчего-то мне казалось, что вас должно быть меньше. Ну да ладно. Возражения есть?

Главный привратник выдвинулся вперед и прохладно поглядел на старика:

– А ты как считаешь, Веланд? Я не верю, что направляясь сюда, вы всерьез надеялись на радушный прием. Если понадобится, мы созовем всех братьев и они поддержат нас, напомнив вам, маги, что есть кое-что повыше желаний, даже если они высказаны самими Едиными. Или ты сомневаешься в этом?

Седой маг скривил губы:

– Конечно, нет. Кто-кто, а привратники всегда друг за друга заступятся, даже если не будут знать, а в чем, собственно говоря, дело. Потому-то мы никогда с вами особо не связывались. Это ж сразу сколько проблем свалится на наши бедные головы. Но в этот раз вам придется уступить.

Лица хранителей Врат приняли непримиримое выражение.

– В таком случае скажи, что делать тем, кто, быть может, уже сейчас направляется сюда, надеясь обрести здесь последний приют?

– Не переживай, привратник, всем места хватит, – высокомерно оборвал его тот. – Мир, может, и невелик, но уж с редкими наплывами гостей мы как-нибудь управимся. Да что вы ерепенитесь, с нами хоть отдохнете по-человечески. Я вам своих магов подкину для подмоги. Причем самых талантливых.

– Как-нибудь обойдемся, – пробормотал привратник и искоса глянул на меня.

– Как хотите, – развел руками Единый. – Мое дело предложить… И все таки, ну почему же вас четверо? Хенигас говорил, что… Хенигас, иди сюда, – подозвал он наемника, – и скажи – у меня с памятью что-то или это ты ошибся?

Тот отыскал меня взглядом и сожалеюще улыбнулся. Зная его ответ наперед, я весь сжался, приготовившись к самому худшему. Привратники, конечно, очень сильны, но при таком сборище магов вряд ли даже они смогут что-либо предпринять. Да и о какой защите вообще может идти речь, если сейчас решается вопрос посерьезнее моей жизни.

– Ни то, ни другое, Старший, – негромко произнес Хенигас, тщательно выговаривая все слова, – просто у хранителей небольшое пополнение. Помнишь Сеедира? Так вот его ученик, который сумел так удачно ускользнуть от меня и моих людей… это он и есть.

Я вскинул голову и на миг встретился взглядом с седым магом. Веланд молчал, зато остальные Единые за его спиной дружно обрушили на всю нашу четверку такое негодование, что впору было затыкать уши. Но крики стихли, стоило лишь Старшему открыть рот.

– Да, помню, и не только это, – ответил он, не отрывая пристального взгляда от привратников. – Вот, например, не так давно вы приняли одно нововведение. Что-то вроде вспомогательного отряда,- Веланд медленно ронял слово за словом, и я поразился, как быстро он свел воедино два, на первый взгляд, совершенно различных обстоятельства. – Он первый, не так ли?

– Так, – не стали отпираться хранители Врат.

Маг неожиданно усмехнулся, взгляд его изменился, напомнив острое лезвие ножа:

– Тогда вот что мы сделаем: или вы отдаете нам мага и мы уходим из Убежища в поисках другого мира, либо благородно спасаете его, взамен позволив нам остаться. Ну и как вам мое предложение? Что выбираете – мир или маг?

– Неравноценный обмен, – покачал головой старший привратник, уставившись себе под ноги.

На лице Хенигаса проступила заинтересованность. Наши взгляды встретились, и если в моем он прочел боязнь поверить в то, что сейчас неминуемо произойдет, то в его я видел лишь твердую решимость довести начатое до конца.

Вот и добегался я по мирам на свою шею, допонапускал чужаков в собственный дом. А теперь все одно к одному, тем более что невеселым мыслям так кстати вторит вкрадчивый голос Веланда:

– Да, понимаю, мир все таки важнее.

– Да нет, Веланд, ошибаешься. Для нас всегда самым важным считалась Жизнь. И будь Убежище занято, мы отдали бы вам мага, прекрасно понимая, на какой чаше весов спасенных будет больше. Но сейчас мир пуст, и поэтому мы позволим вам остаться. При условии, что вы не станете препятствовать основному назначению Убежища.

Интерес Хенигаса при этих словах угас, как и огонек радостного предвкушения в глазах Веланда. А я стоял, медленно и тяжело осознавая, что только что был выкуплен ценой целого мира. И это мерзким налетом оседало в душе, подталкивая к шагу, на который у меня не было ни сил, ни смелости. Это в сказаниях самоотверженные чародеи красиво жертвовали собственной жизнью во имя более высоких целей. В реальности же все происходило куда отвратительней и будничней.

– Ради одиночки мира не пожалели, привратники, – чуть помолчав, покачал головой предводитель Единых. – Ваш выбор, а значит, мы остаемся.

Маги отодвинулись от Врат, позволив, наконец, и остальным вползти внутрь. Я безразлично наблюдал, как разноцветная вереница просачивается в Убежище. Их было так много, что соедини они свою Силу воедино – и казалось, не выстоит ничто. В этот миг я почувствовав себя ниже, никчемнее бездушного камня. Даже он мог позволить себе стоять у них на дороге, преграждая путь, а я и этого не сумел. А когда вместе с привратниками отодвинулся подальше от обезображенных Врат, пропуская Единых в самое сердце Убежища, вообще возненавидел себя.

Сегодня благодаря мне неспокойная, но привычная жизнь закончилась. Причем сразу для всех.