Одиночка - Пак Анастасия Владимировна - Страница 162

Кажется, на какое-то время я перестал быть самим собой. Все стерлось, забылось даже имя. Плащ повелителя, тяжелый от напитавшей его крови, упал, когда острие чужого меча рассекло застежку и исчезло. Но лишь на миг, чтобы снова появиться из темноты и устремиться к моему лицу. Я отшатнулся и кто-то вынырнул из-за спины, оказавшись прямо передо мной, чтобы собственным телом заслонить от удара. Длинные светлые волосы взметнулись перед глазами и меч, весь в потеках темной крови, с глухим звоном упал на землю.

Я едва успел подхватить начавшую заваливаться на бок, уже безжизненную спасительницу. Злые слезы вскипели на глазах, когда я увидел совсем молодое и совершенно спокойное лицо. И застывший взгляд, устремленный в Вечность.

Очень осторожно я опустил ее на чудом уцелевший среди творящегося вокруг хаоса островок черных плит, которыми некогда была выстлана вся столица, огромная и надежно отгородившаяся стеной гордости от внешнего презрения. И только сейчас увидел, сколько еще вокруг искромсанных тел, и как мало вокруг меня осталось отверженных… И мир закружился, принимая меня в свое сражение.

Я почувствовал, как правую руку оттягивает непривычный длинный клинок, а левую обвивает цепь искрящихся молний. Разум еще не осознал, а тело уже бросилась вперед, на изумление умело орудуя мечом и прикрываясь от сгустков вражеской магии мгновенно сплетающимся щитом на другой руке. Я убивал, с ледяным спокойствием глядя в стекленеющие глаза противников, не давая злости и горечи захлестнуть сознание и тем самым нарушить непрерывную череду до совершенства отточенных движений. Я понимал сейчас так ясно, как никогда до этого, что малейшая оплошность может стать последней.

Я остался практически один. Мои верные отверженные из последних сил сдерживали натиск, но даже мне было ясно, что это уже агония, за которой неизбежно последует поражение. И все же мы держались, на одной гордости, с которой привыкли выносить чужое презрение, потому что отступать было некуда.

Нас опрокинули, беря числом, и принялись методично добивать. Я впервые ощутил полную беспомощность, видя, как падают те, кто еще не так давно надеялся найти здесь последнее пристанище. А потом мир погрузился во тьму…

Скользкая земля больше не впитывала кровь, факелы на руинах разрушенного города тихо тлели погребальными кострами. Я стоял на коленях над мертвой девушкой, прислушиваясь к собственным чувством. Я снова стал Арлином, но уже ни одиночкой, ни привратником, ни Единым, а истинным Повелителем, принявшим этот мир таким, каким он мне достался.

Полузабытое ощущение родного дома, как это некогда было с Атионом, проснулось именно здесь, и я понял, что нашел свою судьбу.

Поднявшись с колен, я прикрыл глаза и мысленно потянулся к запечатанным Вратам. Несмотря на обряд Хранителей, я, теперь уже не имеющий права именоваться привратником, тем не менее не потерял их Силы, и потому они откликнулись на мой зов. Ощущение тепла сформировалось передо мной и потянуло за собой, ведя к цели. Грубо вытесанная в скале Арка обнаружилась недалеко от заброшенных земель, совсем неприметная среди серых брызг, оставшихся от каменной гряды. Я коснулся ладонями непривычно твердой стальной поверхности внутри Врат, и кончики пальцев кольнуло пульсирование знакомого мрака за этой искусственно возведенной преградой.

– Как тюрьма, – пробормотал я.

Тоэла вместе с Мирам, неотступно следующие за мной как в прошлом, так и наяву, согласно кивнули.

– Нас замуровали здесь, как в застенке, решив, что мертвым свобода ни к чему.

– Мы пока что живы, – бросил я из-за плеча.

– Теперь, когда вы вновь с нами, да. А до этого мы были мертвецами, проклятыми всеми, совершенно беззащитными. Вы наша Сила, единственный, ради кого действительно стоит снова захотеть жить.

Молча улыбнувшись, я поманил мрак к себе, предоставив самостоятельно искать слабые точки в преграде между нами. Серая поверхность тут же нагрелась под ладонями и замерцала в нескольких местах белым светом, указывая мне, где ее можно попытаться пробить. Я отступил на шаг и выставил перед собой руки, устремляя в Арку голубоватый поток Силы, стремясь через нее дотянуться до рвущегося мне навстречу мрака Врат. Это было похоже на взаимное спасение, словно два человека среди бескрайнего моря пытались поймать друг друга за руки, чтобы объединить силы и вместе добраться до берега.

Как я и думал, преграда не выдержала такого давления с обеих сторон и начала расплавляться, стекая как жидкое олово к подножию скалы.

– Получилось, – едва слышно прошептала Мирам.

Врата открылись нам навстречу, готовые послушно провести в любой мир. Для них я все еще был привратником и никакой обряд не мог нарушить нашу связь.

– Вот и все, – весело сказал я. – Склеп открыт.

Тоэла заулыбалась в ответ.

– Наконец-то мы сможет отомстить, Повелитель. Вы ведь поведете нас за собой?

Я отвернулся, прекрасно понимая, чего от меня ждут. На них напали, стремясь убрать третью силу, но вот кто именно: Севиал или Единые. А может и те и другие сразу, решив временно объединиться против общего врага. Да только какой из меня воитель. Да и из них., если на то пошло. Такой горстке в открытую не совладать ни с кем.

– Не сейчас, Тоэла, – негромко произнес я. – Но кое-что мы сделать можем. И без вашей помощи мне никак не обойтись.

Серебристые глаза вспыхнули.

– Все, что угодно, – выдохнула она, прижав кулак к груди.

Я повернулся к Вратам.

– Очень хорошо. Нужно, чтобы вы обе мгновенно откликнулись на мой зов и пришли в Убежище, где сейчас находится глава Единых. – Я полез в карман и выудил оттуда Хандил. Протянул Мирам. – Возьми. Он перетащит вас прямо ко мне. Запомните, все что от вас требуется, это сосредоточиться на этом камне, – я потер его пальцем, – и представить меня. Тогда откроются Врата, которые и сработают совсем как эти, – кивнул я на скалу. – А дальше ваша цель – Веланд. Надеюсь, вы не промахнетесь.

– Мы знаем его в лицо, – тихо произнесла Тоэла. – Он являлся сюда, чтобы лично уговорить Повелителя принять свою сторону. Если бы мы тогда смогли предугадать, чем все обернется, он не ушел бы живым.