Одиночка - Пак Анастасия Владимировна - Страница 37

К башне я шагал, прокручивая все заново и ничего не видя вокруг. Группа из трех Единых, двигающихся мне наперерез, тоже не особенно смотрела по сторонам, поэтому я на полном ходу налетел на кого-то из них и только тогда поднял голову.

– Эй! – раздался знакомый вскрик. – Глаза разуй и смотри, куда прешь!

– Извини, Тайра, – слегка ошалел я, глядя в синие глаза чародейки. И тут же подобрался: – А что это вы здесь забыли?

Она гордо вздернула подбородок:

– Веланд послал. Поговорить надо. Может, проводишь?

Из башни высунулась лохматая голова Нарви.

– Пусть заходят, Арлин! – крикнул он. – И говорят, чего надо. Только быстро.

Тайра покраснела от злости, хотела огрызнуться, но привратник уже исчез, поэтому я сделал вежливый взмах рукой, пропуская чародейку вперед. Меня немедленно наградили презрительным взглядом.

– Вы меня чуть в прошлый раз не убили, – обвиняюще заявила она, видно позабыв, что тогда их проводником был не кто иной, как Нарви. – Специально, что ли, лестницу маслом облили? Так и смотрите, как бы от нас избавиться.

Передохнув, открыла было рот, чтобы продолжить, но в это время из-за башни выпрыгнул грациозный гулон. Уставился на нее голодными глазами и вознамерился цапнуть за ногу. Тайра взвизгнула совсем как девчонка, спутники шарахнулись от зверя, на миг позабыв, что они маги, но тут же недобро сощурились.

Я мигом понял, в каком направлении развиваются их мысли, поэтому положил руку на голову гулону и сдвинулся, загораживая его собой. Получилось не очень, потому как зверюга все таки была не маленькой, но главное Единые уяснили – трогать его не стоит. Нарви, умаявшись ждать, тоже вышел. Скучным взглядом обозрел немую сцену и жестом пригласил магов внутрь. Те неохотно повиновались, минуя моего четвероногого защитника с таким видом, словно одним врагом у них точно стало больше.

– Лучше ничего не мог придумать? – пропустив их, шепнул мне на ухо Нарви. – Гулоны тут и так на птичьих правах.

– Он сам пришел, – оправдываясь, сказал я. – Честно…

– Разбаловал ты его,- покачал головой привратник. – Теперь так и будет за тобой бегать.

Недовольные Единые поджидали нас на лестнице. Поднимались осторожно, даже за стены хватались, лишь бы не свалиться вниз. Вкупе с их надменностью смотрелось это смешно, и я тихонько улыбался в темноте. Сам я давно уже освоился и каждый день носился по башне вверх и вниз с завидной скоростью.

– Зачем вы прошли? – с ходу приступил к главному Хонир, не тратя времени на всякие там приветствия и расшаркивания.

Тайра оглянулась на спутников, ничуть не удивленных подобной встречей, и холодно сказала:

– Старший сожалеет, что усомнился в вашей способности обеспечивать безопасность этого мира. Он понимает, что нам придется делить его с вами и надеется, что все еще можно исправить. Единые уступают вам в ваших требованиях. Больше вы не увидите ни одного мага около Врат. – Ее глаза метнулись ко мне, и чародейка добавила с явной издевкой: – Кроме вашего собственного.

Ее спутники с готовностью заулыбались, но Хонир замечание проигнорировал и только вежливо спросил:

– Что ж Старший сам все это не сказал?

– Он занят, – тут же отреагировала Тайра. – а вы могли бы и поблагодарить нас за подобные уступки. Мы вовсе не обязаны были это делать, но если уж по-другому хороших отношений не восстановить…

– Никогда у привратников не было хороших отношений ни с кем, кроме своих братьев, – прервал ее Хонир. – И не будет.

Тайра сочла за благо промолчать. Просто развернулась и вышла, увлекая за собой молодых магов, неотступно следовавших за ней по пятам и ловивших каждое ее слово.

Нарви нервно хохотнул.

– Ну, Арлин, ты им никак покоя не даешь. Нет-нет, да помянут недобрым словом. – И тут же посерьезнел: – Зато у Врат теперь будет спокойно, почти как в старые времена.

Он оказался прав, больше нам маги не докучали. Даже Вратами пользовались очень редко. Исключение составлял разве что Хенигас со своими воинами. Они могли уйти поздно ночью, а вернуться под утро дня через три-четыре. Иногда пропадали неделями, а когда возвращались, я чувствовал облако смерти, следующее за ними по пятам. Одежда наемников была забрызгана чужой и своей кровью, коней, низко опустивших головы и от усталости еле-еле передвигающихся, они бережно вели за собой. В такие моменты я старался не встречаться с ними взглядом. Просто отворачивался, а вот привратники тяжело смотрели им в спину до тех пор, пока те не исчезали из виду.

Обычно я дежурил ночью с Хониром, а днем успевал отоспаться за час-полтора и до позднего вечера оставался бодрым. Этому меня тоже научили привратники, как и многому другому. Остаток дня я посвящал тренировкам, совершенствуя свои способности. Мне удалось освоить и пламя дракона, и взгляд василиска. Так называемый "быстрый сон" в моем исполнении был прямо таки мгновенным, а при необходимости легко переходящим в смерть. Теперь я понимал, что применил учитель, неизвестно как пропустивший сквозь себя магический огонь. Это была проницаемость, причем полная. Мне она, как и полная оборачиваемость, пока не давалась, но Хонир уверял, что все придет со временем.

Иногда я подменял Нарви и тогда заставлял Горма выуживать из памяти события трехсотлетней давности. Знали привратники многое, но только, к сожалению, не причины раскола среди магов. Вот когда я пожалел, что так рано вылетел из тренировочной иллюзии учителя. А ведь мог бы узнать все… Если бы дожил. Что-то мне подсказывало, что Сеедира кто-то здорово отвлек, иначе как объяснить, что нас обоих там едва не прикончил Веланд. Вряд ли Сеедир по собственной воле дотянул бы до такого.

Мои размышления весьма некстати прервало мрачное колебание поверхности Врат. Внешне это было практически незаметно, но я достаточно хорошо знал это тягучее чувство опасности, засевшее где-то внутри меня и присущее всем привратникам, чтобы понять – кто-то идет. И я даже догадывался, кто.

Горм был совершенно спокоен – с тех пор, как в Убежище поселились Единые, незваные гости как-то сразу поскучнели и обходили наш мир стороной. Веланд оказался достаточно известной личностью для того, чтобы отпугнуть любого чужака. Так что это мог быть либо Хенигас, либо кто-то из здешних магов.