Одиночка - Пак Анастасия Владимировна - Страница 78

Лицо Шеррая мгновенно выразило сильнейшее отвращение.

– Еще бы не услышать. На каждом перекрестке о них болтают. Старшим у них, видите ли, Веланд. Ученик ученика моего ученика, между прочим.

– Да ну?! – восхитился я. – А я ученик его ученика.

– В родню набиваешься? – грубо спросил Шеррай. – Хоть ты мне и никто по большому счету, но убивать тебя я, так и быть, не стану. Не в моих это привычках. У нас, старых магов, всегда существовало одно неписаное правило – ученик моего ученика – мой ученик. И так далее. Так что ты мне не чужой, как и Веланд и твой учитель. Кто он, кстати?

– Сеедир.

– Не слышал, – мотнул он головой. – Чего с собой не привел? Молодой такой, зеленый, а шастаешь без учителя. В наши времена такого не было.

– Он мертв, – просто сказал я.

Шеррай удивился:

– А Веланд на что? По нашему правилу он должен тебе его заменить.

– Вообще-то Веланд и убил моего учителя и… своего ученика, – с некоторой запинкой закончил я.

Призрак на миг окаменел. В темных глазах промелькнуло потрясение.

– Вот это да, – только и смог выговорить он. – Вот это времена. Дай-ка подсчитаем. Все мои ученики мертвы, их – тоже. Из третьего круга в живых остался один Веланд. Дальше… Сеедир – опять же мертв. И остался только ты. Значит, на этот момент у меня два ученика – ты да Веланд. Неразумные мои. Вмешаться, что ли. Помирить вас…

– А-а, – протянул я. – Лучше не надо.

– Что, так плохо? – сочувственно спросил он. – Нет, надо было письменно наше правило закрепить. Не додумали малость. А теперь, Арлин, ученичок мой новоявленный, давай-ка излагай все без утайки. Выкладывай, в общем, как есть.

Я и выложил. Изредка осторожно вмешивались привратники – добавляли от себя историю. Шеррай не перебивал, слушал внимательно, только и без того темные глаза становились похожими на черный затягивающий омут, да на лице появилось незнакомое, почти угрюмое выражение.

– В Убежище я не бывал никогда, – дослушав нас до конца, признался он. – Нечего мне там было делать. Мирок хоть и неплохой, но всегда какой-то неспокойный, а у меня и без того забот всегда было по горло. Хотя сейчас я бы обязательно туда наведался. Теперь, что касается всего остального. Скажу честно, вот вашей четверке я бы помогать не стал. Было время, много крови мне привратники попортили, но с вами Арлин, а он, как выяснилось, мой ученик, так сказать, по наследству мне перепал. И вот от этого никуда уже не денешься.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но он поднял указательный палец и назидательно произнес:

– Плохой был у тебя учитель, разболтался ты. Ну ничего, со мной узнаешь, что такое доля ученика. Пока я говорю – перебивать не смей. Понял?

Мне ничего не оставалось, как послушно склонить голову и молча проглотить все свои возражения.

– Так вот, – удовлетворенно продолжил Шеррай, – действительно, нашел я средство, чтобы избавиться от нескольких самых надоедливых. Сколько времени за древними манускриптами сидел – сам не знаю, но откопал таки упоминание об одних чарах. Утомлять ингредиентами не стану, скажу только, что чары заключил в четыре вещички собственного изготовления. Каждой из них хватало, чтобы истребить всех существовавших тогда привратников. Главное, чтоб все они в одном месте были. – И поднял руку, упреждая вопрос Хонира. – Вас стало больше. Сам подумай, времени сколько прошло. Поэтому и не хватило. А наемник ваш осторожен был. Дело имел с кувшином, как я полагаю. Приоткрыл чуть-чуть – вот первый привратник и отдал концы. Все вещички были разные. Одна в виде, как я уже сказал, крохотного золотого кувшина, другая – амулет в виде звезды – там достаточно любой луч отломить – и чары выйдут. А на остальные две фантазии не хватило, одна – коробочка из черного дерева, вторая – из белого.

– И все четыре, надо полагать, у Веланда, – мрачно отозвался Горм. – Но Хенигасу он вручил только одну. Пожадничал малость.

Шеррай пожал плечами:

– Необязательно. Все четыре хранились в разных местах. Надо пройтись по тайникам, глянуть, что еще уцелело. Звезды вот точно нет. Кувшин у вашего Старшего и, быть может, одна из коробочек. Ладно, нечего здесь торчать, давайте на воздух выйдем, а то воспоминания меня здесь гложут… не самые приятные.

Мы покорно гуськом вышли из пещеры. Напоследок я оглянулся и нерешительно предложил:

– Может, скелет лучше похоронить?

– Нет, ну какой у меня шустрый новый ученичок, – задумчиво посмотрел на меня старый маг. – Так и норовит учителя закопать. – Я понял, что сморозил явную глупость и слегка покраснел. – Если вы это сделаете, то кто вам помогать станет? Вы ведь и от призрака таким образом избавитесь. То есть от меня. Нет, завалю-ка я лучше вход.

Он скептически посмотрел на пролом:

– Интересно, и кто так постарался? Полгоры разворотили… А, не отвечайте. И так догадываюсь. Лучше отойдите-ка подальше, пока я вас ненароком не пришиб. Очень хочется, если честно, – почти неслышно закончил он.

Стоило нам дружно отодвинуться, как Шеррай без особых усилий обрушил вторую половину горы.

Привратники переглянулись.

– Да, нам бы так и после смерти, – тихо произнес Хонир.

– У вас так не выйдет, – не оборачиваясь, сказал Шеррай. – Я из древних магов, да и постарался еще при жизни сделать так, чтобы и после не угодить в какое-нибудь тихое место на всю оставшуюся вечность. Видишь это, – он приподнял пальцем амулет на шее в виде искривленного меча. Рукоять сверкнула россыпью мелких драгоценных камней, – он все время был при мне. Я ж догадывался, что меня в покое не оставят. Так и получилось. А меч этот много чего для меня сохранил.

– А я знаю, где находится звезда, – негромко сказал я, решив, что дальше тянуть некуда. И раз уж нам так или иначе придется разыскивать все оставшиеся предметы, то лучше уж признаться сейчас.

Шеррай удивленно вздернул брови:

– Уж не ты ли стащил?

– Нет, он у тех людей, что подарили мне Хандил.

– Хорошо, что не у Единых. А раз так, то наведаемся к твоим знакомым и попросим вернуть амулет законному хозяину. То есть мне. А пока нечего стоять. У меня в этом мире был хороший замок, целая крепость. Теперь она, правда, не та, что раньше, но будем надеяться, что большинство тайников уцелело. Ты, Арлин, давай тут глазами понапрасну не хлопай, а гляди в свой Хандил и произноси: "Темный замок". И представь себе что-нибудь эдакое громадное. На вершине горы высокие каменные стены с зубцами, и еще выше сам замок из черного камня. Три башни по бокам, одна в середине… Представил?