Город пробужденный (ЛП) - Суйковский Богуслав - Страница 69

Ответом ей был глухой, страшный стон, грохот рухнувшего вниз тела, проклятия, крики, всплеск воды. А Кериза в исступлении метала все новые и новые камни, сбрасывала комья земли, отрывала, казалось, навеки приросшие валуны. И вот уже расселина загудела от грохота катящихся обломков скал, застонала от воплей раненых.

Но над всем этим снизу пробивался сильный, спокойный, командующий голос:

— Вперед! Наверх! Таков приказ консула! Вперед!

Кериза почувствовала, что слабеет, что начинает дрожать от напряжения, поняла безнадежность дальнейшей обороны и, внезапно придя в себя, бросилась бежать к городу. Длинная туника мешала ей, так что она собрала ее обеими руками, высоко подобрала и бежала в страхе, в отчаянии, с одной лишь мыслью: «Надо предупредить, надо известить! Римляне на полуострове! Римляне!»

Она цеплялась за какие-то кусты, спотыкалась о невидимые в темноте камни, падала, ранилась, почти теряла сознание от напряжения, но когда добежала до маленькой калитки, нашла в себе силы на последнее усилие и закричала:

— Римляне идут! Закрывайте!.. Римляне!

К счастью, командовавший на этой стороне стен старый Баалханно любил по вечерам проверять стражу и как раз обходил стену: он узнал Керизу и не стал терять времени. Поэтому, когда нападавшие наконец сумели вывести на плато большее число людей, вытащить из лодок доспехи и оружие, построиться и подойти к стенам, их встретили горящие смоляные светильники, выдвинутые на шестах далеко за ров, и град снарядов из катапульт.

Когда к тому же показалась луна, римский командир счел, что без внезапности задача невыполнима, и приказал отступать. Вслед за отходившими Баалханно тотчас же организовал погоню, но римляне исчезли. Лишь днем, идя по указаниям Керизы, они отыскали коварную расселину. Баалханно велел скатить в нее огромный обломок скалы, закрыв этот проход на плато окончательно и навеки. И с полной уверенностью доложил Гасдрубалу, что со стороны пустошей за Мегарой городу больше ничего не угрожает и никакое нападение оттуда уже невозможно.

А поскольку в ту же ночь была отбита и мощная атака, проведенная по всей длине стен, Гасдрубал мог смело причислить этот день к победам и разослать своих людей по городу, чтобы те высмеивали Сципиона. Что ж, имя, видать, слишком велико для глупого юнца! Не страшнее он своих предшественников!

На совете, однако, который он вскоре созвал, Гасдрубал не скрывал своей озабоченности. Штурм отбит, не удалась римлянам и внезапная атака со стороны Мегары, но все же римский вал завершен, и город теперь отрезан полностью. Со стороны суши не проберется никто.

— Город осажден лишь отчасти, — после тягостного молчания подал голос Кадмос. — Но с тем же успехом можно считать, что и Сципион со своей армией тоже в осаде! Впереди у него наши стены, по бокам — море, а в тылу — армия Карталона. Прежде чем он стянет флот побольше и закроет нас со стороны моря, мы призовем Карталона, отрежем Сципиону подвоз из Утики и задушим его! У нас сейчас преимущество — так воспользуемся им. Сципион совершил большую ошибку, покинув свой укрепленный лагерь и выйдя на самый перешеек. Теперь его защищает лишь наскоро возведенный вал, но с тыла его не прикрывает ничто.

— Ты хочешь сказать, что нужно воспользоваться случаем и ударить с обеих сторон одновременно? — с неожиданной улыбкой спросил Гасдрубал, который, по-видимому, уже и сам обдумывал этот замысел. — Смелый совет, но, верно, он подсказан богами. Да, Карталон уже в полной готовности. Остается лишь известить его. А это сейчас возможно только по морю. Значит, два-три дня. Эонос, какие ночи ты предвидишь?

— К несчастью, вождь, светлые и безветренные. Советую подождать!

— Хорошо. Итак, скажем, пять дней. Пока Карталон соберет свои силы — еще два дня. Пока дойдет до римского лагеря — еще два. Итого, считая с завтрашнего дня, на девятый день, то есть в шестой день месяца Сив — мы ударим на рассвете с двух сторон по римскому лагерю! Будет ли это благоприятный день?

Жрец Эшмуна, Магдасан, возвел очи к небу и, беззвучно шевеля губами, что-то сосредоточенно подсчитывал:

— Это превосходный день, вождь. Вся эта декада хороша.

Астарим и Абдербаал, жрец Мелькарта, тут же поддержали его:

— Так и есть, шестой день месяца Сив благоприятен для выхода в море, а значит, будет хорош и для действий, с моря начатых.

Жрец Биготон высказал некоторое сомнение:

— Эта декада благоприятна, но она уже клонится к дурным временам. Шестой день — это уже после самого удачного дня…

— Я удивлен, святейший, очень удивлен! Гамилькар Барка в этот день взял Акрагант.

— А я помню, что в месяце Сив жертвы не удаются!

— Разве что у вас! В наших летописях ничего подобного не отмечено!

— Ха-ха-ха! Ваши летописи! Записываете лишь то, что вам выгодно!

— Зато мы пишем правду! А в других храмах бывает по-разному!

Гасдрубал с трудом унял разгоравшийся спор святых мужей и решил, что срок менять не будет. Каждый день промедления лишь увеличивает шансы, что весть каким-то образом дойдет до римлян. Ибо чего уж скрывать — они знают обо всем, что творится в городе!

Дальнейший совет вели уже одни военачальники.

— Нужно установить сигналы для связи с Карталоном, — говорил Гасдрубал. — Сигналы будут такие: когда Карталон подойдет, он зажжет на холме над Мушале три костра из соломы или хвороста — в знак того, что он готов. Такие же три столба дыма со стороны города будут ответом, что атака должна начаться с обеих сторон. Два дыма — это знак, что что-то сорвалось, что обе армии должны возвращаться на свои позиции.

— Кого вы намерены послать? — спросил Кадмос, обращаясь к Эоносу.

Тот рассмеялся:

— Я понимаю! Ты бы хотел поплыть!

— Это невозможно! — тут же возразил Гасдрубал. — Кадмос будет нужен мне здесь. А Карталон обидчив, он подумает, что к нему посылают начальника или надсмотрщика, и тут же растеряет весь пыл.

— Так и есть, вождь. Поэтому я пошлю одну галеру под началом Зарксаса! Это смелый и доблестный человек, он ничего не перепутает в поручении и вовремя доберется до Карталона.

— Хорошо. Пусть плывет Зарксас. А ты, Кадмос, уже отбирай и готовь отряды для наступления. Разумеется, что до цели и даты замыслов — полная тайна!

— Узнают! — зловеще пробормотал Макасс. — Их боги, видно, сильнее наших! Все знают!

43

Прав был старый Макасс. Уже через два дня карфагенский шпион донес, что римляне захватили в заливе пунийскую галеру. Их предупредили, что галера эта плывет по какому-то важному делу, они вывели весь свой флот и поймали ее. Взяли нескольких пленных и подвергли их пыткам, но никто ничего не выдал, потому что ничего не знал. А командир галеры погиб в бою.

Кадмос отчаивался из-за смерти друга, метался и Идибаал, мрачный с тех пор, как исчезла его римская невольница, но Гасдрубала терзало самое главное — Карталон не был извещен!

— Перенести дату нашей атаки! — советовал Баалханно, но вождь решительно это отверг. Следующие дни — с этим соглашались все жрецы — будут неблагоприятными. Пришлось бы ждать до месяца Таммуз. А за это время Сципион может придумать что-нибудь опасное. Нет, удар должен быть нанесен в шестой день месяца Сив!

Решили, что к Карталону отправится Этибель, подруга Керизы, которая уже несколько раз предпринимала подобные вылазки в его лагерь. Поскольку сам пролив охраняют римляне, она выйдет на берег несколькими стадиями дальше, затем поспешит по суше в Карпис, где спрятаны лошади, специально для этого предназначенные, и быстро доберется до лагеря Карталона. Если она отправится этой ночью — успеет.

Живая как искра Этибель приняла поручение с радостью.

— Знаешь, — признавалась она со смехом Керизе, — нужно плыть нагишом, лишь обмотав голову столой. Но если вода унесет мой тюрбан, а на берегу я наткнусь на пост войск Карталона, то… ха-ха-ха!

— Но, Этибель, — сказала удивленная ее беззаботностью подруга, — Карталон стоит под Неферисом! Это очень опасная вылазка! Если на берегу ты наткнешься на какой-нибудь пост, то, скорее всего, римский!