Порочные цели (ЛП) - Кейн Мила - Страница 25

— Завтра большая игра? — спросил Кэш после короткой паузы.

Я кивнул. «Гончие» могли быть байкерами, но в Хэйд-Харборе хоккей был в крови у каждого.

— Какой у Уильямса план? — поинтересовался Кэш.

Мы погрузились в непринужденный разговор о хоккее. Я почти не заметил, как открылась дверь, пока Мисти не свистнула громко, чтобы привлечь чье-то внимание.

— Ну, как бы ни было захватывающе слушать хоккейные разговоры, оставляю вас на попечение ребенка. Моя подруга здесь на праздновании дня рождения, и я собираюсь устроить ей отличный вечер. Похоже, она привела с собой приятную компанию.

Мисти игриво приподняла брови, а Кэш прорычал и шлепнул свою жену по заднице, когда та уходила.

— Как она себя чувствует после родов? — спросил я у Кэша.

Он кивнул.

— Всё в порядке, хотя это чертовски тяжело. Поверь, если бы я мог быть тем, кто истекает кровью и кричит, я бы сделал это… но я бы не справился так, как Мисти. Она – чертов воин. — Он хмыкнул и провел толстым, мозолистым пальцем по пушистым волоскам на голове малышки. — Женщины… они, может, и маленькие, но силы в них – будь здоров.

— Аминь, — сказал я и обернулся, чтобы посмотреть, куда ушла Мисти. Сначала я заметил профессора английской литературы, ублюдка, который воображал себя даром небес для университета, потом – Салли из администрации. Салли шагнула вперед, чтобы обнять Мисти, и вот тогда я увидел ее.

Мою именинницу.

Она держалась в стороне, и с ней разговаривал другой профессор, биологии, кажется. Она скрестила руки на животе и смотрела в пол, распущенные волосы свисали занавесом вокруг лица, словно это могло скрыть ее личность.

В облегающей юбке-карандаш и мешковатом пиджаке, который, я знал, ей скоро придется снять в душном баре, она была как маяк в тусклом неоновом свете.

Никому прежде не удавалось так сочетать в себе чопорную строгость с чистой, неприкрытой сексуальностью, как профессор Мур.

— Это та самая цыпочка с прошлых выходных? — спросил Кэш. Немногим удавалось ускользнуть от его внимания в «Кулаке».

— Угу, она мой преподаватель. — Я сделал еще один длинный глоток пива.

Кэш присвистнул.

— Не припомню, чтобы у меня когда-то были такие учительницы. Надеюсь, ты не планируешь ничего, за что тебя могут выгнать.

Я усмехнулся, и Кэш расплылся в ухмылке.

— Или, я так понимаю, этот поезд уже ушел?

— Что я могу сказать? — Я бросил ему улыбку. — Оно того стоило.

Кэш поднялся, чтобы укачать малышку, которая закапризничала, разбуженная караоке. Видимо, песня «White Snake» в исполнении седого старого байкера – не самая эффективная колыбельная.

Преподаватели перебрались в кабинку, и Мисти принесла им напитки. Ари села, и Уэйд тут же подсел рядом, положив руку на спинку сиденья, прямо над ее плечами.

Мне это не понравилось. Ни капли, блядь, не понравилось.

Я подался вперед, одним махом допил пиво и не скрываясь уставился на Ари. Это была моя территория. Здесь мне не нужно было притворяться кем-то другим… я был тем, кто держал ее судьбу в своих руках, сжимая невидимый поводок.

Ари рискнула оглядеть бар, и ее взгляд упал на меня. Она резко дернулась, будто сунула палец в розетку.

Ее полные губы приоткрылись, и я мгновенно вспомнил тот момент, когда погрузил большой палец в ее рот. Как она пыталась укусить меня, причинить боль… отпугнуть. Ей не хватало инстинкта убийцы. Неудивительно. Она была из тех, кто настаивает на том, чтобы перевязать руку незнакомцу. Женщина, которая видела цвета в музыке.

Она была не похожа ни на кого, кого я когда-либо встречал, и я хотел ее. Я редко чего-либо хотел. Слишком часто жизнь доказывала, что хотеть что-то – значит обрекать себя на разочарование. Было безопаснее ничего не ждать, не хотеть и не нуждаться ни в ком другом.

Я твердил себе, что мне не нужна мать, которая готовила бы ужин, когда я возвращался из школы, и гладила бы по голове, пока я делал уроки на кухне. Мне не нужен был отец, который приходил на мои хоккейные матчи и подбадривал меня, хвастаясь друзьям, что его сын взял решающую шайбу вечера. Мне не нужен был старший брат, который работал на стабильной работе и ходил на нее каждый день без риска быть зарезанным, застреленным или арестованным.

Мне никто не был нужен. Я ничего не хотел.

Но сегодня вечером, сидя напротив и наблюдая, как Ари и ее новые друзья смеются и болтают, пока она избегает моего взгляда… я захотел. Захотел ее. И захотел, чтоб она, черт возьми, тоже нуждалась во мне. Это было бессмысленно и неудобно, и все же я не мог этого отрицать.

И так же, как я узнал на собственном опыте, что безопаснее вообще ничего не хотеть, я усвоил, что если уж ты чего-то хочешь и не можешь себя остановить, самое важное – убедиться, что ты получишь желаемое как можно скорее… пока кто-то не отнял это у тебя.

16.Арианна

Маркус был здесь.

Маркус был здесь, в «Кулаке», и я чувствовала на себе его темный взгляд. Я пыталась сосредоточиться на истории, которую рассказывала Салли, но мысли все время возвращались к мрачному красивому парню в глубине зала.

Салли громко спела песню вместе со своей подругой Мисти. Потом выступил Уэйд. Он вернулся к столику в приподнятом настроении и изрядно навеселе.

— Ладно, музыкальный вундеркинд, теперь твоя очередь.

— Я не умею петь!

— Там есть клавишные, — указала Мисти.

Я покачала головой:

— Лучше я просто выпью и послушаю вас.

— Это скучно! — провозгласил Билл и хлопнул по столу. — Вот каталог песен, выбирай. Ты должна спеть.

— Давайте дадим другим людям шанс, — слабо возразила я.

Черт возьми, я и так чувствовала себя выставленной на показ под взглядом Маркуса, который сверлил меня через весь бар, не говоря уже о том, чтобы выйти на сцену и спеть. Нет уж. Ни за что.

— Я в дамскую комнату. — Я аккуратно отодвинула от Билла песенник и выбралась из кабинки.

Салли тоже поднялась.

— Я пойду с тобой. В «Кулаке» лучше лишний раз не рисковать.

Она взяла меня под руку, и мы направились к туалетам.

— В смысле?

— В смысле, если не будешь осторожна, домой вернешься уже с байкером. — Она хитро ухмыльнулась… и вдруг резко остановилась.

У барной стойки, прямо перед коридором к туалетам, сидел мужчина. Он вытянул одну ногу и упер в стену, преграждая путь. Его лицо показалось мне смутно знакомым.

— Чего тебе, Мэддокс? — спросила Салли тоном куда более жестким, чем я бы осмелилась заговорить с таким типом. Он был красив… но в той опасной манере, что ассоциируется скорее с беглым преступником. Так это и есть тот самый горячий и опасный брат Кенны? Фотография, которую Кенна недавно показывала мне, не передавала, насколько он впечатляющий вживую.

— Могу спросить то же самое, Сал. Тебе здесь не место, и ты это знаешь. Почему ты здесь?

Салли закатила глаза.

— Потому что это не запрещено законом, и у меня день рождения. Иди пинай камни или чем там такие, как ты, развлекаются.

— Ты бы не выдержала развлечений такого, как я, кексик. Дай знать, если захочешь проверить.

Глаза Салли вспыхнули, и она медленно покачала головой.

— Мы оба знаем, что это только слова, Мэддокс. Ты слишком дорожишь своей жизнью. А теперь беги обратно к Коулу.

Она пренебрежительно помахала пальцами и потянула меня вперед, когда Мэддокс убрал ногу.

— Кто, черт возьми, это был?

— Лучший друг моего брата. Иерархия здесь устроена так… во главе стоит през – Коул Бэйли. Мэддокс – вице-президент. Все зовут его Безумный Мэддокс, и, поверь мне, он оправдывает это прозвище. Потом идет мой брат Гейдж. Они все дружат с детства.

— Ладно, это сложно, — сказала я, пытаясь запомнить имена. Единственный, кого я заочно знала, – это Коул, потому что он старший брат Маркуса. Похоже, в Хэйд-Харборе был переизбыток опасных мужчин.

— Так значит, твой брат в мотоклубе?

Салли кивнула.