Порочные цели (ЛП) - Кейн Мила - Страница 73

Я отстранилась, когда в конце коридора кто-то появился. Скоро коридор заполнится студентами.

Проглотив комок беспокойства в горле, я спросила:

— И что теперь?

— Завтра ты выходишь на работу, как обычно, — без колебаний ответил Маркус.

— А ты? Будешь хандрить в «Кулаке» и позволишь брату втянуть тебя в эту жизнь?

— Эй, — возразил он, и на его лице появилась привычная ухмылка. — Я не хандрю. Я размышляю. Это намного сексуальнее.

— Маркус, — вздохнула я.

— Ари, — вздохнул он в ответ.

— Тебе нужно пойти на тренировку завтра. Даже если ты не сможешь играть, ты можешь тренироваться. Я уверена, тренер Уильямс оценит этот жест. Он поймет, что ты намерен снова стать частью команды, я знаю, он поймет, а если нет, я поговорю с ним…

— Что ты дашь мне за то, что я появлюсь на тренировке? — перебил Маркус.

— Что?

— Я спросил, что ты дашь мне. Мне нужен стимул, чтобы пойти и получить по полной на тренировке, а потом даже не выйти на лед. Что это принесет тебе?

Его будущее? Всё.

— Чего ты хочешь? — я затаила дыхание, пока он разглядывал меня.

Я отдала бы этому мужчине всё и была бы благодарна, что он этого хочет. Я продала бы душу, чтобы сделать его счастливым, но ему не нужно было об этом знать. У него и без того была достаточно дурная репутация. Когда я уже думала, что он потребует что-то скандальное, Маркус отступил и, к моему удивлению, отпустил меня. Разочарование было унизительным. В коридоре появились студенты, оживленно разговаривая и спеша на следующие пары. Они текли вокруг нас, и даже между нами, разделяя нас.

— Встреться со мной вечером, после десяти. Я напишу тебе адрес, — объявил Маркус.

Я сделала несколько шагов назад, чтобы пропустить людей.

— Что?

— Это то, чего я хочу, — бросил он через плечо.

— Но зачем? — крикнула я ему вслед.

Но он уже ушел, его высокая фигура быстро удалялась по коридору, оставляя меня в еще большем недоумении.

44. Маркус

Чтобы установить ловушку, охотник должен знать две вещи.

Добычу.

Ари.

Я знал ее достаточно хорошо, чтобы понимать: она пойдет куда угодно, если я предложу правильную приманку – и завтрашняя тренировка с заискиванием перед Уильямсом была как раз тем, что нужно.

Ловушку.

С этим у меня все было в порядке.

Я прокручивал свой план в голове на последней паре, отрешенно глядя в окно на кампус и безуспешно пытаясь не вспоминать поцелуй в коридоре.

Черт, как же я скучал по своей женщине. Единственная причина, по которой я позволил ей так долго гостить у невестки и племянницы, заключалась в том, что мне нужно было время, чтобы подготовить ловушку.

Теперь все было готово, и я больше не собирался ждать.

Занятие наконец закончилось, и я вышел из здания на парковку. Там, возле кастомного[11] мотоцикла стоял мужчина, привлекающий всеобщее внимание. Его жилетка «Гончих Харбора» тускло поблескивала под лучами заходящего солнца.

Изабель, журналистка «Вестника Харбора» и подруга Лили и Евы, остановилась рядом со мной, щурясь на Коула внизу у лестницы.

— Так это твой брат.

— Угу, он самый. Хочешь, передам ему твой номер?

Она тихо фыркнула.

— Уверена, у него и так хватает номеров, чтобы не скучать.

— На самом деле, он едва справляется с наплывом желающих.

Какого хрена Коул здесь делал?

— Но даже всего этого внимания недостаточно, чтобы уберечь его от неприятностей, судя по последней госпитализации. Он пострадал из-за наркотиков или из-за оружия?

Я повернулся к Изабель и поднял бровь.

— Говорю это от чистого сердца: держись подальше от моего брата, если тебе дорога жизнь.

Изабель прищурилась.

— Только не говори, что большие злые байкеры боятся такой маленькой студентки, как я? — она комично захлопала ресницами.

Я усмехнулся. и пожал плечами.

— Ладно… делай что хочешь, но не приходи потом ко мне плакаться, когда большой злой байкер проглотит тебя целиком и выплюнет. Для такого, как Коул, ты всего лишь закуска.

— Мило! — крикнула Изабель мне вслед, пока я спускался по ступенькам. — Спасибо за дружеский совет! — добавила она насмешливым тоном.

— Всегда пожалуйста, подруга. — Я махнул ей и направился к брату.

Вокруг него собралась толпа хихикающих студенток.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я Коула.

— Встреча с деканом, — спокойно ответил он.

— Что? Зачем? С этим придурком уже всё улажено, — буркнул я.

Коул пожал плечами и направился ко входу.

— Ты идешь? — бросил он через плечо.

Черт. Мне предстояло выслушать нотации Иствуда во второй раз за день. Отлично.

Я последовал за ним в кабинет декана, а затем зашел внутрь, когда он пригласил нас войти.

— А, Вы, должно быть, мистер Бэйли-старший, — сказал Иствуд, оправившись от первоначального шока при виде настоящего, татуированного и агрессивного байкера, севшего перед ним.

— Это мой отец, я Коул. — Брат протянул руку для рукопожатия декану и подождал, пока Иствуд придет в себя и ответит на жест.

Раздался хруст костей, и Иствуд отшатнулся на своем кресле, его лицо побледнело еще больше.

— Да, Вы хотели встретиться, чтобы обсудить Маркуса и его выходку на теории музыки.

— Подожди, это ты попросил о встрече? — Я повернулся к Коулу.

Коул бесстрастно кивнул.

— Что ж, я не знаю, что Маркус рассказал Вам, но боюсь, всё выглядит очень плохо, — Иствуд принялся болтать о фотошопе и репутации Ари.

Каждый раз, когда я слышал, как кто-то говорит об этом, чувствовал себя дерьмом.

Коул полез во внутренний карман жилетки и достал глянцевую фотографию, а затем положил ее на стол.

— Простите, что перебиваю, декан, но я пришел сюда не только поговорить о Маркусе. Я знаю, каким долбаным идиотом он был по отношению к своей любимой преподавательнице. Я пришел сюда поговорить о Вас.

Повисла тишина.

Иствуд нахмурился, озадаченный.

— Обо мне?

Коул кивнул и бросил многозначительный взгляд на стол.

Иствуд поднял фотографию. Остатки румянца исчезли с его лица.

— Как Вы это достали?

— Как еще? Друзья в низких кругах. Видите ли, Вам нужно понять, что Маркус – не просто парень с отцом-рецидивистом, который не может за него постоять. У него есть я – его старший брат, и никто не смеет расстраивать моего брата, кроме меня.

Я смог разглядеть часть фотографии. На ней Иствуд наслаждался танцем на коленям в каком-то стрип-клубе. В маленьком городке вроде Хэйд-Харбора эта фотография могла уничтожить такого человека, как декан Иствуд.

— Итак, чтобы было ясно: Маркус – неприкасаемый. У него есть я, а у меня есть нужные сведения о любом человеке в любой момент времени. Он не исключен из команды. Он не отстранен и не на скамейке запасных. Он будет делать то, что умеет лучше всего – держать команду вместе и прокладывать путь в лигу, чтобы свалить из этого города. Никто, ни Вы, ни я, не будет этому мешать. Это понятно?

Я не сводил глаз с брата: он непринужденно сидел напротив Иствуда, излучая власть и смертельную уверенность.

Иствуд кивнул и засунул снимок в карман.

— Если я выполню Ваши требования, Вы гарантируете, что подобные фотографии больше не всплывут?

Коул встал и скрестил руки на груди.

— Фотографии всегда найдутся, декан Иствуд. Но пока Вы не огорчаете меня, я буду так любезен и сохраню их при себе.

Затем он оперся одной рукой о стол и наклонился так, что его лицо оказалось на одном уровне с лицом Иствуда. Если бы это была стычка диких зверей, сомнений в том, кто доминирует, не осталось бы.

— Но ты должен мне, Иствуд. Понял?

Декан резко кивнул, дергая ворот рубашки так, будто она пыталась его задушить.

Коул дернул головой в мою сторону. Мы здесь закончили.

Я подождал, пока мы вышли в коридор, чтобы заговорить.