Ты (не) выйдешь за меня (СИ) - Лефлер Арина - Страница 48

— Я тебя люблю, милая моя, — притягиваю ее к себе и прижимаю.

Нахожу губы и целую. Сжимаю ее пальчики с кольцом и целую тоже.

— И никому не позволю не то чтобы говорить, даже думать о тебе дурно. Пойдем в номер?

— Пойдем. Я уже спать хочу.

Спать? Да щаз! Прости, милая, но спать я тебе сегодня не позволю. И не проси.

Глава 69

Мы возвращаемся в номер.

Игнорирую взгляд наглого администратора. Он мне ничего не сделал, но уже тот факт, что посмел смотреть на мою Люсеньку так откровенно и нахально превращает его в моего соперника.

Ревниво наблюдаю за Люсей, когда идем мимо стойки. Но она даже не смотрит на парня, а вот он…

Смотрит. Гаденыш. Прямо провожает заинтересованным взглядом до самого лифта.

Я за малым не взорвался.

Какого черта!

Входим в номер, и я не даю шагу ступить моей милой. Подхватываю на руки и несу на постель.

— Миша, ты чего? — пищит она, но не сопротивляется, обхватывает за шею и прижимается крепче.

— Все хорошо, все отлично, — кладу Люсю на постель, нависаю над ней и втягиваю в поцелуй.

Как сладко.

Вкусная моя.

Чувствую ее пальчики на моей рубашке.

Так, лапа, моя, это то, что мне сейчас нужно. С рыком стаскиваю ее синюю блестяшку и откидываю в сторону.

Сейчас я не игривый тигренок. Я тигр.

А Люся моя кошка.

Белье не снимаю, просто сдвигаю чашечки бюстгальтера вниз, ласкаю грудь и приникаю ртом.

— У-у-м, как вкусно… — мычу и ласкаю восставшие пики шершавым языком, чувствую Люсины мурашки как свои.

Даю волю рукам, ощупываю все, до чего могу дотянуться: острые лопатки, тонкую талию, упругую попу, чувствительные бедра.

Цепляю пальцами тонкие трусики. Снова стринги. Тоненькие сексуальные ниточки. Не спешу снимать.

Руки ласкают желанное тело, заставляя его изгибаться под моими ласками, а хозяйку стонать.

Чувствую, как дрожит моя любимая, сам трепещу и тороплюсь. Нужно излить первый пожар нашей близостью, потом будет второй и третий. Даже не сомневаюсь. Я готов сегодня на подвиги.

— Все, Люсь, больше не могу.

Рывком стаскиваю с себя брюки вместе с трусами. Торопливо раскатываю по стволу защиту.

Первая близость проходит сладко и бурно. С рыком кончаю и откидываюсь, ложусь рядом на спину. Не могу отдышаться, сердце взрывает грудную клетку.

Люся тяжело дышит, прижавшись ко мне боком и гладит живот, кладет ладонь на пупочную впадину в опасной близости от моего бойца, уже готового к бою.

На тумбочке запас презервативов. Я очень хочу наслаждаться близостью без них, но договариваться нужно на берегу. Ну не сейчас же я буду убеждать Люсю заделать бэбика. Мы же еще даже заявление не подали.

В Люсиных глазах разгорается пламя желания, и она перекидывает руку через меня, опирается и нависает надо мной. Я понимаю без намеков, чего она желает.

— Миш?

Наездница моя.

Я только за. Помогаю ей сесть поудобнее. Глажу бедра, запуская табуны мурашек по нашим ногам.

Сама натягивает на меня резинку. Смелая моя.

Отодвигает ниточку трусиков в сторону для моего удобства. Помогает мне пальчиками, направляет.

Задерживаю дыхание, боясь спугнуть момент. Начинаю двигаться медленно, постепенно ускоряясь.

Скачем, доставляя друг другу удовольствие. Успеваю погладить и пощупать любимую во всех местах, куда могут дотянуться руки.

Ловлю затуманенный желанием взгляд. В груди полыхает любовный жар, спускается ниже и взрывается ярким оргазмом вслед за выплеском любимой.

Сердце тарахтит, словно оглашенное.

Вытираю ладонью капельки пота со лба Люси, потом со своего.

Подхватываю лапу под попу и опрокидываю на спину, нависаю над Люсей.

Вижу в ее глазах недовольство.

Ишь, ты, понравилось ей доминировать.

Прости, милая, но сегодня я хочу доставить тебе неземное наслаждение.

Я хочу тебя… всю…

Хочу твой вкус на своих губах…

Люся ерзает, дарит недовольные взгляды. Мне слышится даже ее писк, когда нетерпеливо стаскиваю трусики.

Стринги, мать их.

— Пошалим? — шепчу, подмигивая, и смотрю ей между ног, любуюсь налившимися лепестками.

— Миш, ты чего задумал? — пытается она сдвинуть ноги.

На щеках алые пятна. Как я люблю смущать мою Люсю.

Она такая милая, когда стесняется. Но сейчас я не могу себя сдерживать. Я хочу.

— Сейчас узнаешь, — играю бровями.

Замечаю в ее глазах тревогу.

Нет, так дело не пойдет. Меняю стратегию.

Наклоняюсь над ней, упираясь локтями в постель и целую в губы сначала нежно, потом все сильнее и сильнее, углубляю поцелуй, сплетаясь языком с ее языком. Ощущаю дрожь любимой под моими руками.

Ну, нет. Мы так не договаривались. Мне этого мало.

Оставляю губы, легкими касаниями по шее рисую дорожку к груди и обхватываю левую вершинку, всасываю.

Сладострастное «ах» доказывает, что я на правильном пути.

Беру в плен другую грудь, слизываю языком и тоже всасываю, дразня шершавым языком.

Люся подается ко мне, трется животом о мою восставшую плоть.

Потерпи, милая! Сейчас все будет.

Это только начало. А сам еле сдерживаюсь, чтобы не вторгнуться во влажное лоно рвущейся твердостью.

Глажу внутреннюю часть бедра, наблюдаю, как мурашки маршируют по коже, а взгляд снова затуманивается.

Выцеловываю живот, в пупочную впадину толкаюсь языком и громко целую, отодвигаюсь и дую.

Слышу частое дыхание лапы и внутренне улыбаюсь: то ли еще будет.

Опускаюсь еще ниже и целую лобок, ласкаю носом промежность.

Ну что ж, теперь держись, маленькая.

Крепкие мышцы напряглись под моими руками. Но я сильнее.

— Миша, ты чего? — Люся пытается вырваться.

Держу ноги, спускаюсь с кровати и становлюсь на колени.

— Тише, Люсь, пожалуйста, я хочу… Ложись сюда, — тяну за пяточку на край.

Люся замирает и подчиняется. Глаза сверкают страстью.

Закидываю ее ноги себе на плечи, обхватываю бедра. Улыбаюсь и целую внутреннюю часть бедра. Дорожка из моих поцелуев ложится в сладкое место.

Я опускаю лицо туда, прямо между ее ног.

Там средоточие нежности и удовольствия.

Я нежно веду языком по складочкам, нахожу уже возбужденный бугорок.

Отстраняюсь на секунду и любуюсь прекрасным бутоном, раскрывшим свои лепестки для меня.

Жаркая влага капельками покрывает сладкое место.

Втягиваю в себя аромат, самый вкусный и самый желанный для меня.

Играю с клитором, едва касаясь его кончиком языка, и смотрю в глаза любимой.

В глазах горит огонь страсти, сменяется всплесками вожделения и похоти. Порочное пламя так и сверкает в ее глазах.

Не отрываясь, смотрит, как я вылизываю ее промежность, дрожит и стонет в голос, закидывая назад голову.

Да, милая, сейчас. Еще чуть-чуть.

Я стукаю языком по клитору.

Люся вздрагивает и толкает меня промежностью в лицо при каждом моем движении.

— Миша… Ой… Миш…

Слышу полувсхлип-полустон.

Люся снова вздрагивает и пытается вырваться, выгибается, становясь на лопатки. Я едва удерживаю ее ноги.

— Миша, — стонет Люся.

Чувствую ее аромат на своих губах.

Соленая сладость, сладкая соль.

Отпускаю ноги и вхожу в призывное лоно, успеваю сделать три фрикции. Не удерживаюсь на краю пропасти, лечу следом.

Извергаюсь горячо и бурно на Люсин живот. Я не надел защиту.

Стону. И падаю рядом с ней.

Слышу, как стучит мое сердце в унисон с сердцем любимой.

Вытягиваюсь на постели. Обнимаю Люсю и закрываю глаза.

Пытаюсь унять сердцебиение.

Мне так хорошо, как никогда еще не было.

Глава 70

Людмила

Просыпаемся ближе к полудню. Солнечные лучи пытаются пробиться в номер, но рольставни их не пускают к нам.

Мы лежим в постели, разомлевшие после очередного коитуса и разговариваем. Вернее, говорит Миша, шутит.

— Ну что, гражданка Белова Людмила Петровна, вы готовы соединить свою судьбу с неким Красновым Михаилом Павловичем? Он выставил претензию, что уже не может ждать, когда одна несносная училка станет его женой.