Без правил. Любовь с последствиями - Лисовская Ирина - Страница 10

Но, разве был выбор? Нужно столкнуться с правдой лицом к лицу и дальше уже как-то решать проблемы.

Машка пулей сгоняла в аптеку и вот мы уже обе «отстрелялись». Я сидела на крышке унитаза, а Маша на краю ванны, болтая ногами. Она казалась расслабленной, в то время как я… буквально захлебывалась от страха.

И непроизвольно метнула взгляд на раковину, где лежали два белых пластиковых орудия правды, как заряженные пистолеты.

Мы ждали тех проклятых условных две минуты и молчали. Молчание между нами не было неловким, но оно чувствовалось остро, как буря как перед грозой.

И в этой тишине я отчетливо слышала собственное сердцебиение. Глухо, но оно болью отдавалось и в ушах, и в горле, и в груди. Эти минуты… как для преступника перед оглашением приговора!

– Боже, я же сейчас сойду с ума.

Машка хмыкнула.

– Не ты первая, не ты последняя. И вообще, чего ты боишься?

– Всего, – я скривилась.

Она вздохнула и легонько толкнула меня ступней в коленку.

– Ничего, выкрутимся. Но давай сначала дождемся хоть какого-то результата.

Проявился ли он уже? Я взглянула на тест и не решилась потянуться за ним. Вместо этого, нервно отвернулась, но уточнила:

– Сколько осталось?

– Сорок пять секунд.

– Прекрасно… Может, ну его? Выбросим их в окно и пошло оно все к черту?

– Поздно, – усмехнулась Машка.

Я замерла. Почувствовала, как в животе сжалось что-то маленькое и плотное. Словно узел из страха, вины и остатков иллюзий. Тишина была почти спасительной, но…

Пилиньк.

Мы вдвоем вскочили, как по команде и каждая выхватила свой тест. Дрожащей рукой повернула экраном к себе и…

Одна полоска!

Я не беременна, черт подери! Это все просто мои глупые страхи и дибильные фантазии. У меня тут же перехватило дыхание и, наконец, смогла спокойно вдохнуть полной грудью.

– Ох, слава яйцам, – прошептала я и, не сдержавшись, рассмеялась.

Нервно и странно, с почти истеричным облегчением. Но резко заткнулась, потому что сестра все пялилась на свой тест и как-то подозрительно молчала.

Да она вытаращилась на него, будто пластик – лотерейный билет и только что сестрица выиграла миллион.

– Маш?

Она не отвечала, поэтому я подошла ближе и… вот засада!

У нее две полоски!

Близняшка все еще тупила, ну а я…

– Нет, ну это точно прикол!

Глава 9

Мы теперь обе ржали на грани нервного срыва. Я, потому что резко отпустило, ну а Маша, вероятно, от неожиданности.

А ведь у нее ситуация всего на каплю лучше моей. Там между ней с Максом стоит одна кобыла и прикидывается беременной. Даже, сучка, отказывается делать тест ДНК! Да разве это не жирный намек, что тупо хочет повесить ребенка хоть на кого-то?

Не хочу влезать в чужие дела, да и все мои советы Машка уже благополучно слила в унитаз, поэтому мысленно машу рукой.

Во мне уже снова кипит и бушует прежняя энергия, поэтому выходим вместе с сестрой на улицу и со старта встречаем Егора. Нашего верного друга детства и сына друзей родителей.

Вспоминаю, как Маша говорила недавно, будто Егор ей пару недель назад признался в любви и кривлюсь. Даже хочу помочь сестре, здороваюсь с ним первая, но не успеваю перетянуть на себя внимание из-за долбанного звонка.

Отхожу, но держу их в поле зрения. И, когда замечаю на экране имя главного куратора арт-проекта, замираю.

Черт!

Я и забыла, что утром устроила хаос, сорвала съемки и еще не ясно, что дальше решит Никита. Вернется ли?

– Даша, – сдержанно отвечает мне Наталья Игоревна, я же нервно кусаю губу. – Так дело не пойдет. Я не хочу слышать никаких оправданий, лишь напомню, что в случае провала проекта, рекомендации я тебе не дам.

Образовывается неловкая пауза. Спешно перебираю шестеренки в голове и придумываю варианты, но куратор не дает мне вставить слово:

– И да, верни Соболева, пока наши юристы не подали на него в суд за невыполнение условий контракта. Ну или, пусть оплатит неустойку, указанную в его контракте.

– Наталь… – я не успела ничего ответить, потому что она бросила трубку.

Да ну блин!

К счастью, Машке я уже не нужна была, к ней приехал Максим и, судя по страстному поцелую, ситуация между ними устаканилась.

Но теперь я стала задаваться вопросом: а что делать мне?! Если прийти вот так к Нику и сказать, я что не беременна… как это будет выглядеть со стороны? И как его, черт подери, уговорить вернуться? Напомнить про неустойку?

Я тынялась его районом, как приведение, уже трижды подходила к общаге, но так и не нашла в себе смелости подняться на этаж. Не было во мне прежней уверенности. Как и в голове ни единой умной мысли.

Я знала только одно – его нужно вернуть. Хотя бы в рамках работы. Нам осталось всего два дня, это ведь ерунда, правда? Можно ведь потерпеть немного?

Это лучше, чем платить огроменный штраф. Да, так и скажу: «Если не хочешь встрять в финансовую проблему, вернись в проект. Всего на два дня!».

И я пообещаю, что больше не буду его трогать. И слова не скажу.

С четким убеждением собственной правоты я поднялась на пятый этаж, но меня поджидал вселенский облом. Ника не было. Я стучала беспрерывно более пяти минут, а мне так никто и не открыл. Даже прислушивалась, нет ли каких-то шорохов в его комнате. Вроде, все тихо…

Соседняя с ним дверь медленно распахнулась и, когда я обернулась, увидела растрепанного соседа Никиты в спортивных штанах и мятой футболке.

– Кхм… – мужик почесал щетинистую щеку и скривился, а я попыталась держать себя в руках, чтобы не прыснуть от смеха.

Как и старалась не пялиться на подбитую рожу соседа. Тоже боксер? Но тогда, херовый боксер, надо заметить! Кто-то очень хорошо постарался расквасить его лицо.

– Никиты нет, – буркнул с явным недовольством и пульнул на меня такой взгляд…

Обвиняющий. Испепеляющий. Будто это я побила бедного мужика и теперь у него травма на всю жизнь.

– И давно ушел?

Ответил с неохотой:

– Давно, – и сразу скрылся у себя в комнате.

Я же закатила глаза. Ну, здорово.

– И где мне тебя искать, Никита? – спросила у его двери и с досадой пнула ее ногой.

Увы, дверь не могла мне ответить. Ну, не сидеть же мне под ней и ждать…

Так и ушла ни с чем.

***

Утром, идя на съемку, я не ждала Ника. Просто пришла на площадку пораньше, сделала себе самый горький кофе из автомата, села в угол и уткнулась в планшет с раскадровкой.

Но когда в студии скрипнула входная дверь и я услышала знакомый голос, то резко подняла голову. Даже сперва не поверила собственным ушам, но сердце уже замерло в томительном ожидании.

Ник, реально, пришел! Слегка взъерошенный, но опрятный для съемки.

Он стоял в проходе и растерянно оглядывался, будто не понимал, что здесь снова забыл.

И вот мы смотрим друг на друга. Его взгляд скользнул по мне слишком быстро и Ник тут же отвернулся.

Не подошел, не кивнул, даже не моргнул, а просто уселся у гримерного стола и сделал вид, что листает телефон.

Но, черт возьми! Я же вижу, как он резко сжимает пальцы на сматрфоне. Как нервно трясет ногой, ударяя пяткой по полу. И как поджимает губы.

Теоретически, я могла и сама подойти, первой заговорить, но так и не сдвинулась с места.

Липкий страх буквально прилип к коже, отчего я поежилась. А вдруг, едва я открою рот, то Ник тут же уйдет? И тогда все, плакали мои старания. Ни проекта, ни рекомендаций, ни возможности снова поработать в этой нише.

Я молчала, а Никита слишком часто бросал на меня взгляды. Косые. Короткие. Неуверенные. И в каждом из них ярко читалось: «Скажи хоть что-то! Дай мне повод зацепиться!».