Предатель. Точка невозврата (СИ) - Макова Марта - Страница 1

Предатель. Точка невозврата

Марта Макова

Глава 1

Они сыпались и сыпались из конверта. Одна за другой. Как мне казалось — бесконечно. Фотографии, на которых мой муж был с другой.

Я брала их двумя пальцами, как мерзких пауков, осторожно, боясь ядовитых клыков, но они всё равно кусали. Отравляли своими токсинами кровь, заставляя мышцы сжиматься в судорогах, а дыхание срываться.

— Маргарита Романовна. — по привычке кометой ворвалась кабинет Катя. — Белецкий принял приглашение прийти на наш благотворительный вечер!

Я заторможенно перевела взгляд с фотографий на радостно сияющую помощницу. Тяжело сглотнула и с трудом натянула на лицо дежурную улыбку.

— Отличная новость, Катюш. Просто замечательная.

Это действительно была прекрасная новость. Влиятельный бизнесмен и меценат Белецкий был необходим нашему фонду как воздух. Мы долго пытались привлечь его к работе с нами. Но искренне радоваться я сейчас не могла.

— Скажи. — сведёнными судорогой пальцами, с трудом соскребла со столешницы конверт из плотной бумаги. — Откуда это здесь?

— Курьер утром принёс. — Катя тревожно нахмурилась. — Всё хорошо, Маргарита Романовна? Вы такая бледная.

— Всё нормально, Катюш. Просто не выспалась. Ты иди.

Меня медленно сковывал паралич. Сердце отказывалось биться, лёгкие качать воздух, и каждая клеточка тела неумолимо умирала.

У моего Кира нет любовницы. Он никогда не поступил бы так со мной. Мы женаты шестнадцать лет, и ни разу за все эти годы мой муж не давал мне поводов даже заподозрить его в неверности.

У нас же любовь. У нас семья, у нас Дашка!

И это не был фотомонтаж. И на фотографиях был мой муж. Это была его машина, его пальто, его седая прядка, идущая ото лба к левому виску, — семейная особенность рода Морозовых. И поцелуй не был дружеским.

Кир целовал её жарко, голодно, не видя никого вокруг. Его была рука на её затылке, пальцы запутались в иссиня-чёрных волосах, вторая прижимала её к широкой груди. К голубой рубашке, которую я привезла Киру из Италии.

Я закрыла глаза — невозможно это видеть. Моего Кира, целующего другую.

Кто она? Меня не отпускало ощущение, что я знаю эту женщину, где-то видела уже, но так давно, что успела забыть.

Растёрла ладонями лицо и со стоном закусила костяшки пальцев. Больно, как же больно.

Ещё сегодня утром Кир долго целовал меня перед выходом из дома. Говорил, что любит, а сам изменял мне. Как давно? Кто она?

Время до возвращения мужа домой тянулось мучительно медленно. И всё-таки его не хватило, чтобы я смогла понять, как мне себя вести при встрече ним. Поэтому, когда Кир перешагнул порог дома, я прямо в прихожей вместо привычного приветственного поцелуя, всхлипнула и прижала пальцы к дрожащим губам.

— Кир. — мой голос дребезжал, как хрусталь в старом бабушкином серванте. — Ты изменяешь мне, Кир?

— С чего такие выводы, Маргарита? — нахмурился муж, а моё сердце сжала чья-то безжалостная рука.

Муж очень редко называл меня полным именем. Только если был недоволен мною.

— Я жду. — нетерпеливо махнул ладонью подгоняя. — Что за бредовые идеи, Марго? Или ты переработалась в своём никчёмном фонде?

Я задышала носом часто-часто, пытаясь подавить подступающие слёзы. Кир никогда не говорил со мной грубо.

— Ты мне изменяешь, Кир. — уже не спрашивала, утверждала.

Не могли такие метаморфозы происходить с моим мужем без причин. Ещё утром он был страстным и любящим, но стоило завести разговор про измену муж, как перевёртыш, обернулся другой стороной.

Кир склонил набок голову и прищурился. Прошёлся колючим взглядом по моей фигуре, по лицу. Крылья породистого носа брезгливо дёрнулись.

Я протянула мужу конверт с фотографиями и, не удержавшись, протяжно всхлипнула.

— Я всё знаю, Кир.

Молча выдернул из моих пальцев конверт и вытащил из него фотографии. На первой же удивлённо дёрнул бровью.

— И? — окинул меня насмешливым взглядом. — Это Ольга. Из-за чего истерика, жена?

Какая ещё Ольга? Почему в его голосе столько издёвки?

— Только не говори, что ты не узнала её.

Я не понимала его злой иронии. Что смешного в этой ситуации?

— Неужели, за шестнадцать лет ни разу не поискала её страничку в интернете? Настолько расслабилась рядом со мной, что даже не ревновала к сопернице?

— Соперница? — мой голос осел до шёпота. Все эти годы у меня была соперница?

Кажется, мужу нравилось моё состояние полного шока. Склонив голову набок, со снисходительным интересом рассматривал меня, как зверушку, бьющуюся в агонии.

— Ну же, Марго. Давай, соображай. — усмехнулся муж.

Осознание рухнуло на голову бетонной плитой.

Ольга! Драная кошка, как зло называл муж свою первую жену.

Раскосые кошачьи глаза — вот что показалось мне знакомым в женщине на фотографии.

Моя картина мира покрывалась мелкими трещинами. Я боялась шелохнуться, чтобы она не лопнула окончательно и не осыпалась мелким крошевом к ногам. Но судорожно вдохнув колючий воздух, я всё-таки ударила по зыбкой поверхности.

— Ты изменяешь мне с бывшей женой, Кир?

Глава 2

— Ты изменяешь мне с Ольгой? — с трудом, на выдохе, выдавила из себя её имя.

Кир перебирал фотографии, внимательно рассматривая каждую. Между нахмуренных бровей залегла галочка морщин — верный признак того, что в его голове идёт напряжённый мыслительный процесс. Наконец, поднял на меня тяжёлый, изучающий взгляд. Секунда, и складка между бровей разгладилась, взгляд опустел.

— И что? — спросил голосом, лишённым эмоций, и подо мной покачнулся пол.

Я покрепче вцепилась пальцами в дверной косяк, пытаясь удержаться на ногах.

— Что? — пропищала, задыхаясь от шока. — Она же кошка драная, она старше тебя, она же бросила тебя и сбежала к другому.

Всё так и было. В день, когда Кир сделал мне предложение, он честно рассказал о своём первом, неудавшемся браке. О том, что Ольга изменила ему и сбежала с богатеньким мужиком. О сыне, которого бывшая жена увезла с собой в Москву.

— Всего на год. — медленно, лениво произнёс Кир. — Ольга прекрасно выглядит. Годы ничуть не изменили её. Она всё такая же яркая и роковая.

На последнем слове в голосе мужа проскользнули нотки восхищения.

Кир небрежно швырнул фотографии на тумбу в коридоре, прошёл мимо, обогнул по дуге, словно боялся ненароком коснуться меня.

— Так с чего такие выводы, жена? — спросил через плечо.

— Посмотри последние фотографии, Кир. Посмотри и не говори мне, что это неправда.

Меня трясло мелкой, гневной дрожью. Как он смеет насмехаться надо мной? И какое имеет право злиться на меня? Это он предал. Он изменил. И с кем? Тошнота кислотой разливалась по языку. Господи, как же мерзко.

— Откуда они у тебя? — прокричал уже из кухни.

Он не отрицал, только злился. Наверное, на то, что всё открылось, правда всплыла.

Моё, сжатое в тисках сердце, рванулось, и в груди что-то лопнуло, заливая лёгкие кровью как кипятком.

Я крепко зажмурилась, пережидая боль.

На кухне громко хлопнула дверца холодильника.

— Ужина, я так понимаю, нет? — раздражённо повысил голос муж — Маргарита!

Я тряхнула головой, пытаясь привести разбегающиеся в разные стороны мысли в порядок, и пошла на зов мужа.

— Почему она, Кир? — едва переступив порог кухни, задала мучающий меня вопрос.

— А почему нет? — безразлично пожал плечами Кир и снова открыл холодильник.

Пробежался изучающим взглядом по полкам. — Тебе было бы легче, если бы это была не Ольга, а неизвестная тебе девка?

— Нет, Кир. Мне было бы одинаково больно.

Я не понимала, его равнодушия, его спокойствия и цинизма. Я вообще не понимала, как такое могло случиться с нами.

— Почему, Кир? Почему ты изменил? — я сцепила кулаки. До боли впилась ногтями в ладони, в попытке удержать себя в реальности, не провалится в бездну отчаяния и горя. Да, для меня это было горе, крах моей жизни, моей семьи. Всего, чем я так дорожила, что делало меня счастливой, чем я жила последние шестнадцать лет. Любовью к Киру.