Высокие ставки (ЛП) - Рейн Пайпер - Страница 22

— Извини. Мне нужно пойти посмотреть, в чём дело. — Кэт прикусывает губу, и мне не хочется ничего, кроме как укусить её самому.

Я достаю телефон из кармана, чтобы проверить время.

— В любом случае мне нужно уже идти за Лили. — Я максимально быстро привожу себя в порядок и хватаю её за руку, переплетая наши пальцы. — Я позвоню тебе, — говорю я и подношу её костяшки пальцев к губам.

— Хорошо. — Она кивает, не возражая, и мне интересно, мои губы или слова изменили её мнение.

В любом случае, мне всё равно. Впервые я думаю, что мы оба хотим одного и того же одновременно.

Глава 15

Катерина

Вспоминая вчерашний поцелуй с Маркусом, мои пальцы заскользили по губам. Он был нежным, но твёрдым. Мы оба хотели друг друга, и невозможно было скрыть тот факт, что если бы мы были одни, мы, вероятно, оказались бы обнажены. Я прикусываю губу, и в моём животе порхают бабочки, когда я вспоминаю его тихие слова, сказанные мне в том коридоре. Как бы я ни старалась с этим бороться, моё тело охотно принимает то, что он предлагает.

Это самая страшная часть. Что, если всё, что ему нужно, это моё тело? Я вижу тяжёлые взгляды на мою грудь, задницу. Моё тело привлекает его, и да, это доставляет мне удовольствие… но что, если я влюблюсь в него?

Я привыкла, что ко мне цепляются парни, но судя по моему опыту, их уверенность обычно исходит от их банковского счёта.

Я не уверена, откуда у Маркуса такая уверенность. Шесть лет назад у него ничего не было. Я помню, как мой отец рассказывал о нём за нашими воскресными ужинами — как он работал на какой-то бесперспективной работе механиком яхт в Портленде, когда его отец умер. Дом, который он построил, должно быть, был нестандартным и недешевым. Небольшая пристань, на которой я плавала около шести лет назад, теперь содержит навесы для яхт и занимает всю южную сторону береговой линии Бухты Предела.

Я не уверена, был ли это его собственный успех, который создал ту уверенность, которая скатывается с его сильных плеч, как мёд из банки, или просто его контролирующий и властный характер, который, кажется, является для него самым естественным.

В моей голове мелькает образ, как он привязывает меня к изголовью кровати.

«О, МОЙ БОГ. Прекрати это».

С Маркусом нет будущего. У него есть дочь, и он явно видит в тебе только сексуальный объект. Думаю, вопрос в том, смогу ли я с этим жить?

— Привет, Кэт. — Лэндон, мой коллега-вожатый, сидит со мной на столе для пикника, а его группа отдыхающих детей сейчас играет с моей в парке.

— Привет, Лэндон.

Лэндон Филиграй — классический парень, который пытается улучшить своё резюме. Во время ориентировки Виктор спросил нас, почему мы решили, что хотим стать вожатыми, и Лэндон не постеснялся сказать: «Мне это нужно, чтобы показать, что я не какой-то придурок, который заботится только о себе». Аудитория посмеялась, но он сел и пожал плечами, потому что это была правда. Он не хочет формировать молодые умы или показывать им, как сильно они могут полюбить природу, он здесь, чтобы добавить строчку в своё резюме. Он мне сразу понравился своей честностью.

— Мне кажется, или сегодня супердлинный день? — он откидывается на руки, но его глаза не отрываются от детей.

— Да, немного. — Я перекатываю в руках небольшое количество коры, оставшейся на столе для пикника.

— Ты когда-нибудь возвращалась домой? — он спрашивает.

Я смотрю на него. У него образ американского парня: короткие светлые волосы, мышцы не слишком большие и не слишком маленькие, футболка слегка обтягивает грудь, голубые глаза, с двумя заметными ямочками, когда он улыбается.

— Нет, мои родители собираются сюда на этих выходных.

Его глаза расширяются.

— Серьезно. В Бухту Предела? — Я не знаю, почему он ведёт себя так, будто это абсурдное решение.

— Да, они приезжают сюда уже много лет. Они хранят здесь свои яхты.

— О, точно. Ты же у нас богачка. — Он выпрямляется и несколько раз кивает, словно два провода в его голове только что соединились.

— Катерина Сантора, — говорю я своё полное имя, что обычно помогает, но Лэндон ничего не вспоминает. — Колбаса Сантора.

По-прежнему никаких признаков включения лампочки.

— Да, я богачка. — Я вздыхаю. — Ну, точнее, мои родители такие. У меня на счету около пятисот долларов.

Не то чтобы мама не добавила бы ещё, если мне бы это понадобилось, но с благотворительностью родителей я покончила. Мне нужно встать на ноги.

Он посмеивается лёгким и сладким смехом, от которого на моих губах появляется улыбка.

— Ну, богатая девушка. А я бедный парень. — Он протягивает руку, как будто это наша первая встреча.

Я принимаю игру и пожимаю ему руку.

— Другая сторона путей? — я шучу.

Он наклоняется ближе.

— Это тебя заводит? Хочешь разозлить папочку? — Улыбка на его губах говорит мне, что он несерьёзен.

— Разве не у каждой богатой девушки нет проблем с их отцом?

— Напротив, у бедных девочек гораздо больше проблем с их папами. — Мрачный взгляд его голубых глаз говорит о том, что он знает это не понаслышке.

— Ну, эта девочка, — я указываю на себя большим пальцем, — просто хочет провести лето без стресса, чтобы рисовать и вдохновлять детей создавать больше произведений искусства.

Он понимающе кивает.

— Да, лето без стресса звучит прекрасно.

Парк находится посередине места, где сходятся три тропинки, и я замечаю, как Ава ведёт сюда свою группу восьмилетних детей. Сейчас после обеда, и обычно я позволяю им выплеснуть немного энергии, прежде чем беру их обратно для игр или поделок.

— Хочешь как-нибудь сходить поужинать? Мои соседи по комнате всегда пользуются своими проклятыми Xbox и PlayStation, и я бы не прочь немного поисследовать Бухту Предела. — Я вижу, что ему неудобно спрашивать. Он застенчив.

Первый человек, который приходит на ум, — это Маркус с его идеально растрепанными тёмными волосами, естественный цвет которых проявляется только тогда, когда солнце падает на пряди определённым образом. Его сверкающие, глубокие тёмно-синие глаза, способные заставить мои колени подкоситься, когда его взгляд направлен на меня.

— С удовольствием. Как друзья. — Лэндон кивает, и я не знаю, разочарован он или нет, но он воспринимает моё заявление спокойно.

— Мне мог бы пригодится друг, — говорит он.

— Мне тоже. — Ава плюхается на стол для пикника. Поправка: она ложится на стол для пикника и зарывается головой в руки.

— Устала? — я спрашиваю.

Лэндон переводит взгляд с неё на меня. Она на секунду поднимает голову и щурится на меня.

— Да.

— Сегодня утром я видела кексы. Вкусно выглядели.

Это заинтересовало её, и она подняла голову и положила её на руки.

— Кексы? — заинтригованно спрашивает Лэндон.

— Ава потрясающий пекарь. Вчера вечером она приготовила с арахисовым маслом и шоколадом.

Я потираю живот и облизываю губы.

Лэндон протягивает руки в стороны.

— А я вот думал, что ты особо ничего не делаешь, поскольку лагерь принадлежит твоему отцу. Я думал, ты папина дочка.

Ава скатывается со стола, её ноги свешиваются с края между мной и Лэндоном.

— Я ничья девочка.

Лэндон поднимает брови.

— Теперь ты хочешь попробовать кусочек? — она спрашивает его.

— Я выгляжу так, будто слежу за своей фигурой? — Он оглядывает себя, и я закатываю глаза.

Она хлопает его по спине.

— Встретимся в кофейне «Горячие красотки» сегодня вечером в восемь часов. — Она меняет тон на тон, подразумевающий секретность.

— Ладно, хотя теперь мне стало немного страшно, — говорит он со смехом.

В этот момент раздаётся крик, и мы все поворачиваемся к парку.

— Одна из моих. — Я встаю и бегу.

Лили.

Она согнулась, прижала колено к груди и плачет.

— Лили? — спрашиваю я, наклоняясь и кладя руку ей на спину.