"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Катиш Иван - Страница 394

Тем же самым ранним утром Наварская и Терехов вышли из машины возле одного из многоквартирных домов на Пискаревском проспекте. Они пошли вглубь квартала по небольшой улочке.

Михалыч остался в машине. Здесь шел ремонт дороги, поэтому он не мог проехать дальше. Сзади недовольно прозвенел трамвай, призывая жителей на остановке скорее забираться в вагон.

— Ну давай, удачи вам, тьфу-тьфу, — сказал Михалыч им вслед, закуривая сверхкрепкую беломорину. — Притащите этого башибузука за хвост, обломайте ему рога. А я пока что поищу обходные маршруты, чтобы поближе подъехать.

Молодые люди шли по улице и продолжали спор, начатый еще в машине. Им предстояло взять Ломакина по кличке Лом, проходившего на этот раз по делу об убийстве во время разбоя. Дело было в одном из поселков под Ленинградом.

Один из осведомителей точно указал на Ломакина и сказал, что тот общался с преступниками. Но в самом ограблении не участвовал. Лом сейчас отошел от криминальных дел и хочет пойти работать водителем грузовика.

Поэтому, оперативники были точно уверены, что Ломакин невиновен, но знает одного из убийц. А значит, может вывести на его след. Впрочем, мирный вид занятий ничуть не гарантировал успешное задержание. С давних пор Лом считался одним из самых агрессивных бандитов и всегда оказывал сопротивление при аресте.

— И все-таки, я считаю, надо было привлечь больше народу, — озабоченно сказала Лида. — Ты ведь читал описание этого Ломакина? Рост метр девяносто пять, вес сто тридцать килограммов. Да он настоящий кабан. Разве мы сможем скрутить его вдвоем?

Терехов был рад, что они поехали вместе с Лидой на задержание и поэтому на полную распустил павлиний хвост бахвальства.

— Конечно, — сказал он. — Чего здесь опасаться? Мы ему скажем, что из милиции, покажем оружие, он тут же притихнет. Против пули его рост и вес ничего не значат.

Наварская все равно терзалась сомнениями.

— Так он тебя и послушался, — проворчала она, ничуть не успокоившись. — Ломакина брали за грабеж и побои, он тот еще тип.

Но Терехов был до краев преисполнен уверенности.

— Возьмем, — заявил он. — Тут главное — внезапность и напор.

Они прошли по мокрой после дождя улице и углубились во двор дома номер тридцать восемь. Дом был старинный, весь уже ветхий и подлежащий сносу. Сыщики вошли в средний подъезд и поднялись на второй этаж.

Терехов подошел к двери слева и прислушался к звукам внутри. Но слушать было нечего. Тишина. Мертвая тишина.

— Он дома? Или свалил куда-то? — спросила Наварская. — Вот черт, его еще ждать придется в этой дыре?!

Но Терехов приложил палец к губам и коснулся ручки двери. Толкнул и дверь со скрипом открылась.

— Ну вот и отлично, — прошептал Виктор. — Он наверняка дома. Дрыхнет, наверное.

За дверью открылся узкий коридор, всю левую сторону которого занимал стенной шкаф. Милиционеры осторожно вошли внутрь и прошли несколько шагов. Под ногами скрипели половицы. На стенах трещины.

Когда миновали пустую маленькую кухоньку, Терехов тихонько сказал:

— Он, наверное, в спальне. Пошли туда.

Пистолеты они пока еще не доставали. Ломакин был хулиган и буян, но убийств за ним не наблюдалось. Если спит, его можно будет спокойно упаковать спросонья.

Спальня была справа. Терехов заглянул туда и никого не обнаружил.

И тут из смежной комнаты раздалось рычание. Из человеческой глотки, не из собачьей.

— Какого хера вы тут делаете? — низкий угрожающий голос. Будто из погреба.

И едва сыщики обернулись, как из комнаты на Терехова набросился здоровенный парень. Сбил с ног, припечатал к стене, потом повалил на тумбочку. Предмет интерьера с грохотом развалился на куски.

Как бы вся эта халупа не разошлась по швам, испугалась Наварская. Она схватилась было за пистолет, но это было бесполезно. Терехов и Ломакин, а нападавший как раз и был их объект, сцепились друг с другом, как два лося, и применить оружие нельзя было без риска для жизни Виктора. Тогда Лида попыталась успокоить драчуна голосом:

— Это милиция! — закричала она. — Немедленно прекратите! Иначе я буду стрелять.

Но парни не обратили никакого внимания на ее крики. Ну да, она сейчас похожа на рыночную бабку, пытающуюся утихиморить двух пьяниц на базаре. Никакого результата.

Виктор, однако, умудрился сопротивляться. Поймал руку противника в захват, заломил в сторону и пытался выполнить болевой. Но Ломакин оказался слишком силен. Он вырвался, наклонился вперед и саданул Терехова головой в грудь. Виктор упал было назад, но наткнулся на стену и притормозил.

Тогда Ломакин пришел в ажиотаж и принялся охаживать Терехова пудовыми кулаками по лицу. Виктор отбился, вращая головой и корпусом в стороны. Потом изловчился, нырнул под удары соперника и сам кинулся на Ломакина.

Обхватил торс, пытался повалить, но Ломакин не дался. Наоборот, сам схватил Терехова и швырнул на землю. Потом пнул в живот.

Наварской надоело на все это глядеть. Не так давно она прошла курсы самбо при МВД и еще занятия по проведению захватов. Как там учил инструктор?

Позиция была выгодная. Ломакин стоял к ней спиной, не считал ее опасной. Подстрелить его все равно опасно, слишком уж близко он к Терехову. Поэтому Лида действовала четко и быстро, прямо как на занятиях.

Подскок к противнику. Удар носком изящной туфельки по паху. Между ног, со всей силы. Самое уязвимое место для мужчины, после удара в которое он становится смирный, как ребенок.

Так и есть. Ломакин взвыл, схватился за причинное место и повалился на колени. Но и так он все равно представлял собой огромную опасность.

Тогда Наварская продолжила атаку. Теперь надо провести подсечку. Подбивание голени, колена или стопы противника пальцевой частью ступни. Сейчас, поскольку Ломакин уже частично обезврежен, Лида подсела под его колено сзади.

Между прочим, ей очень понравилось драться в спортзале. Лида даже подумывала продолжить тренировки. И все в том зале были очень рады этому известию. Побороться с Наварской желал каждый парень в спортзале.

Ну, а теперь заключительная часть. Эффективная и зрелищная. Бросок через бедро.

То, что у Наварской получалось лучше всего. А может, это оттого, что полетать через ее бедра хотели все парни в спортзале без исключения? Хотя надо отдать девушке должное, она научилась выполнять прием безупречно.

Она примкнула к скорчившемуся Ломакину вплотную сзади и подбила верхнюю часть его ног своим тазовым поясом. Одновременно рванула его руками изо всех сил в противоположном направлении.

Получилось, что надо. Полуоглушенный здоровяк перелетел через нее и со всего маху впечатался в пол. Весь дом вздрогнул от удара и чуть не рухнул, как карточный домик.

После падения Ломакин остался лежать без сознания. Наварская проверила его и убедилась, что задержанный остался жив. Потом сковала его руки наручниками.

Терехов поднялся, кряхтя и потирая ушибленные места.

— Так что, может быть все-таки надо было взять побольше людей? — ядовито поинтересовалась Наварская.

Глава 3

А люди лишь отражение сознания

Ну что же, вот и маэстро. Я вышел на сцену, в своем неизменном костюме с «бабочкой» на шее. Не сказать, что меня оглушил гром аплодисментами, все-таки, я еще не так популярен, как Мессинг, но хлопки раздались, причем довольно дружные.

Я поклонился, подошел к трибуне и оглядел зал. Что это за аудитория, что за зрители? Каждый раз перед выступлением я старался понять, что за люди меня окружают, перед кем мне предстоит выступать.

При этом даже не осознать это разумом, а ощутить чувствами. Прочувствовать. Прочухать, как говорится. Проникнуться атмосферой.

Зал был доброжелательный. Люди самых разных возрастов, много молодежи, даже школьников. Все сидели в креслах, улыбались. Многие пришли посмотреть просто так, толпились в проходах.

Отлично, отлично. Иногда по первым же минутам присутствия в аудитории начинаешь понимать, получится что-нибудь с этими зрителями или нет. Или все пойдет насмарку.