"Фантастика 2025-150". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Катиш Иван - Страница 605

Рядом с ним стояли трое сверстников. Постукивали легонько ему в грудину. Насмехались над лишним весом. И над выпуклыми очками.

А Витя молчал. Только шмыгал носом. Не ругался. Хотя этих школьников я запомнил. Еще с прошлого раза. Убежали при первой возможности.

А сейчас опять приперлись. Ну конечно. Карате — это престижно. Нельзя пропускать. Можно ходить на половину занятия. Бить себя в грудь и во всеуслышание говорить, что ты каратист. Удобно.

Я сложил доски в зале. Сегодня вечером займусь макиварами. Затем переоделся с учениками. Девушек еще нет. Одни парни.

Вошел в зал. И начал разминку. Ученики повторяли за мной. Хотя занятие еще не началось.

Постепенно подтягивались и другие ученики. К трем часам опять собралось много народу. Я записал всех.

Новеньких опять пришло с полсотни человек. По большей части, парни. Но есть и девушки.

Плюс те, кто остался в прошлый раз. Тоже около тридцати. В зале яблоку негде упасть.

Но, на удивление, народ вел себя дисциплинированно. Молодцы. Слушались беспрекословно. И выполняли команды.

Эта тренировка не очень отличалась от прошлой. Также изучение базовых ударов. И ката тайкиоку. Для начинающих.

Ученики оживились. В плане обучения они, как дети. Как чистые холсты. Совершенно нет никаких знаний о карате. Можно рисовать все, что угодно.

В их понимании ката — настоящая экзотика. Суть карате.

Выполнение ката затянулось. После него я устроил первое драконовское испытание. Как всегда.

Сначала отжимания до упада. Потом приседы. Причем в этот раз делал все упражнения вместе. С учениками. Ни один не смог дойти до конца.

Когда ученики в изнеможении сидели на полу, я объявил:

— На следующем занятии у нас будет кумитэ. Вы будете сражаться друг с другом. Так что, все принесите мед справки. О состоянии здоровья. Без справок к занятиям допускать не буду.

А потом поднял их. И заставил снова делать ката. После этого еще раз физические упражнения.

К концу занятия отсеялась половина новеньких. Из полсотни тоже осталось двадцать с лишним. Вместе с тридцатью прежними у меня набралось полсотни учеников.

Все равно в зале тесно. Ладно. Я уже обдумал систему тренировок. И вскоре постепенно начну воплощать ее в жизнь.

Те, кто останутся, станут самыми сильными каратистами. Не только в Москве, но и во всем СССР. А там, глядишь, и на мировой уровень выберемся.

Трое мальчишек, обидчиков Синегородцева, кстати, тоже ушли. Витя остался. Продолжал усердно делать упражнения. Несмотря на то, что часто валялся на полу. Не в силах пошевелиться.

После окончания занятий мне сдали первую оплату. Принесли не все. Только половина. Я получил двадцать три рубля. Надо же. Первый заработок в этом мире.

Старательно записал всех оплативших учеников в тетрадочку. Объявил, чтобы остальные принесли деньги. К следующему занятию.

После ухода учеников я занялся макиварой. Провозился до вечера. Но сумел закрепить три доски на полу. В углу помещения.

Верх досок обмотал веревкой. Получились настоящие макивары. Это для учеников. Сам я очень быстро сломал бы их. Так что, пусть стоят. В ожидании новых клиентов.

— У тебя здесь уютненько, — сказал голос у двери. Знакомый голос. — Тук-тук! Не помешаю?

Ну, конечно. Воловников. Собственной персоной. А я все думал, почему он не заходит. Даже обиделся чуток. За то, что обделен вниманием.

— Какой там уютно, — проворчал я. — Тут еще много чего надо сделать.

Воловников прошел внутрь. На улице уже стемнело. Внутри зала светили лампы. Голые окна казались черными.

Офицер госбезопасности в строгом сером костюме выглядел торжественно. И даже чуточку мрачно. И неуместно. Среди матов и гантелей.

Я пригляделся. Нет ли в его шевелюре коротеньких изогнутых рожек? Воловников — как чертик из табакерки. Выскочил, непонятно как.

— Ну, хоть уюта и не достает, это не мешало тебе собрать целую армию, — как обычно, Воловников любезно улыбался. Но ледяные глаза сверлили меня насквозь. Нет, он мог бы не спрашивать разрешения входить. Я не дурак. На самом деле, это он здесь хозяин. — Как прошло занятие? Сколько осталось? В конечном счете?

Не исключено, что он и так знает. Среди моих учеников наверняка есть его люди. Засланные казачки. Но я так и не собирался его обманывать.

— Пятьдесят четыре, — ответил я. — Всего за два занятия. Никогда раньше столько не набирал…

Сказал, и осекся. Вот придурок. Совсем забыл. Что раньше я учил только в прошлой жизни. Надеюсь, Воловников не заметит.

— Раньше? — напрасные надежды. Воловников тут же насторожился. — А ты и раньше тренировал? Я не знал.

Я проклял себя за неосторожность. С этими людьми надо каждое слово контролировать.

— Да так, собирал в клубах, — я постарался отвлечь внимание собеседника. — А вы? С чем пожаловали? Что-то срочное? Как отзывы о моем первом занятии? Вы же не хотите отменить мое обучение для обычных людей?

Воловников покачал головой.

— О, нет. Я вовсе не по этим вопросам. К тебе претензий нет. Нашим парням все нравится. Ты можешь обучать, как хочешь. Это твое право. Как мы и договорились. Вот только…

Я насторожился.

— Что такое?

Воловников снова широко улыбнулся.

— Что ты решил насчет поездки в Париж? В следующем году?

Алим Тыналин

Каратист: путь воина

Том 3

Глава 1

Белым-бело

Да, поле вокруг словно покрыто белым покрывалом. Банально, но это так.

Я остановился. Вытер мокрый лоб. И замер. Наслаждался красотой.

Леня Смелов сзади чуть не наехал на меня. Не заметил вовремя моей остановки. Легонько ткнулся мне в спину. И только потом опомнился.

— Ты чего? — спросил он. — Чего тормознул?

Я указал палкой вперед.

— Ты посмотри, какая красота вокруг. А вы под ноги уставились. Хотя бы оглядитесь. По сторонам.

Смелов и другие тоже остановились. Посмотрели по сторонам. Замерли в восхищении.

Мы вышли из леса на равнину. Ну как, равнину. Бугристое поле, покрытое белым полотном снега. Сам снег нетронутый. Девственно чистый.

Впереди вдали черная полоса другого леса. Над ним голубое небо. С клочьями белых облаков.

Яркое зимнее солнце заливало лучами все это великолепие. Щедро заливало. Аж глаза слепли.

— Да, красиво, — подтвердил Смелов.

Остальные тоже стояли неподвижно. Наслаждались видом. От разгоряченных лиц и волос шел пар. Как бы не простудились. Особенно Синегородцев.

Я оглянулся на спутников. Ну, как они? Не слишком устали? Нам еще идти столько же. А потом обратно на электричке.

Сейчас уже декабрь месяц. Уже с ноября ударили морозы.

Вся осень прошла для меня в трудах и заботах.

Конечно, я продолжал усиленно тренироваться. Пробежки делал на стадионе «Динамо». А тренировался в зале. Утром и вечером.

Преподавательская деятельность затянула с головой. Как и в прошлой жизни. Мне нравилось обучать людей.

Это всегда так. Если твои ученики одерживают блистательные победы, это твоя заслуга. Как будто ты сам разбил врага в пух и прах. Длиннющими руками. Через знания и умения, вложенные в ученика. Через обильный пот и черную кровь.

Впрочем, пока что мои питомцы в боях не участвовали. Турнир на носу. Начнется в конце декабря. Не считая международных соревнований в Париже. О которых у меня договоренность с Воловниковым.

И все это время я натаскивал учеников. Оттачивал клыки. И навыки. Как бойцовским псам.

Из полсотни желторотых новичков осталось тридцать. Уже много чего умеющих. Жестких и сильных.

Костяк составили пятеро отчаянных человек. Трое парней и две девушки.

Гончаров Петя, бывший боксер. Всего чуть-чуть не дотянул до кандидата. Я ему советовал продолжить занятия боксом. Не бросать. Но он чего-то загорелся карате. Прикипел. Да так, что вообще завязал с кулачным боем.