Разрушенная (ЛП) - Бишоп Энн - Страница 66

— Просто они мне так помогли, — говорит Хейвен. — Они ясно дали понять, что я ничем им не обязана, но не перестают приглашать меня на всякие мероприятия. Это очень мило, и я думаю, что они действительно хотят, чтобы я была там.

— Тогда тебе стоит пойти, — я скрываю свое разочарование за яркой улыбкой. — Я буду скучать по тебе, но… в общем, я буду занята.

Хейвен смеется.

— Очень занята. Хотя для меня это всё ещё так странно. Кажется, что это было вчера, когда ты вернулась в общежитие вся промокшая после того, как Келлан толкнул тебя в фонтан.

— Я знаю, — качаю головой и ковыряюсь в расшатанной части потертого деревянного стола для пикника.

— По крайней мере, я наконец-то отомщу.

— Похоже, они ни о чем не догадываются?

— Нет. Я думаю, что вначале я достаточно с ними боролась, и время от времени я срывалась на них. Не слишком резко, просто как напоминание о том, что им ещё предстоит проявить себя. Что… похоже, они и пытаются сделать.

— О?

— Иногда мне кажется, что мы снова на первом курсе. Они так добры ко мне, Хейвен. Кажется, что это должно быть фальшиво, что они притворяются или что-то в этом роде, но потом я смотрю в их глаза, и они такие… искренние.

— Но ведь именно этого ты и хочешь, верно? Тебе нужно, чтобы они действительно были заинтересованы в этом.

— Да, — говорю я рассеянно.

То, как Уэс называет меня своей душой, задерживается в моем сознании и трогает мои сердечные струны. Это так мило, так неожиданно.

— Я бы сказала, что ты уже на пути к тому, чтобы обвести их вокруг пальца, — говорит Хейвен с озорной ухмылкой.

— Я, например, не могу дождаться, когда увижу, какими несчастными они окажутся. Я буду присылать тебе новости каждый раз, когда увижу их.

Это вызывает у меня смех.

— Не могу дождаться.

Глава сорок третья

Ателия

Мы с Хейвен разговариваем ещё час, прежде чем разойтись в разные стороны. Мне всё ещё кажется, что она что-то от меня скрывает, но, глядя на её улыбку и смех, я немного успокаиваюсь.

Кто я такая, чтобы винить её за то, что она что-то от меня скрывает? Если произойдёт что-то большее, Хейвен расскажет мне об этом, когда будет готова.

Когда я возвращаюсь в дом, на первом этаже пусто, только Келлан лежит на диване в гостиной. Он зовет меня присоединиться к нему, и я заползаю на него сверху и прижимаюсь ртом к его рту.

Застонав, Келлан бросает книгу, которую читал, на пол и обхватывает меня за талию. Его язык проникает в мой рот, и я слегка прижимаюсь к нему.

— Осторожно, ma belle. Не стоит слишком заводить себя. Не тогда, когда тебе не разрешают кончать.

— Пожалуйста? — я хлопаю ресницами и скольжу рукой вниз по его телу, пока не обхватываю его член. — Только один оргазм? Мы не должны говорить остальным.

Келлан щелкает языком.

— Ты непослушная девочка, Ателия. Я должен сказать Уэсу, что ты пытаешься действовать за его спиной.

Я задыхаюсь.

— Нет! Нет, я не это имела в виду.

— Лгунья, — он сильно шлепает меня по заднице, и это достаточно больно, чтобы заставить меня хныкать.

— Если хочешь, чтобы я держал рот на замке, тебе придется дать мне кое-что взамен.

— Что? — спрашиваю я, уже ожидая, что он скажет мне отсосать у него.

Келлан протягивает обе руки вверх и сжимает мою грудь. Он благодарно хмыкает, а затем сжимает сильнее, заставляя меня поморщиться от боли.

— О, вот оно. Мне нравится видеть это выражение на твоем лице.

Я извиваюсь, пока он продолжает. Наконец он отпускает меня, только чтобы шлепнуть по правой груди гораздо сильнее, чем нужно.

— Вставай, — Келлан даже не даёт мне времени ответить, прежде чем спихнуть меня с себя. Повалив меня на диван, он встает и берёт бутылку с прозрачной жидкостью из ящика торцевого столика.

— Серьезно? У тебя здесь есть смазка?

Он ухмыляется.

— Когда я хочу тебя, ma belle, я теряю всякое терпение. Я подумал, что ты оценишь это.

Я вспоминаю комментарий Уэса о том, как он трахнет мою задницу прошлой ночью, и быстро киваю.

— Вот я и подумал. А теперь снимай одежду. Я трахну твои сиськи, прежде чем кончить на тебя.

С нетерпением я срываю с себя лонгслив, а затем расстегиваю бюстгальтер. Между ног уже зашевелилось желание. Я знаю, что не успею кончить, но Келлан наблюдает за мной с таким хищным жаром в глазах.

Это приятно — быть нужной. Быть желанной. Даже более того, приятно, когда мои потребности удовлетворяются, даже если в данный момент мне кажется, что всё наоборот. Когда Уэс, наконец, позволит мне кончить, всё это будет стоить того.

Келлан раздевается, и я могу хорошо рассмотреть его худощавое, высокое тело. Его грудь полностью покрывает татуировка в виде мрачного жнеца с деревьями и полной луной на заднем плане. На мгновение я задумываюсь, сколько времени ушло на её создание, но тут Келлан спускает штаны и трусы.

Его член длинный и твердый, и я облизываю губы при виде его. Нежная кожа, соленый вкус спермы… у меня аж рот сводит от одной мысли об этом.

— Всю твою одежду, Ателия.

Я опускаю взгляд и понимаю, что сняла только рубашку и лифчик. Я быстро выполняю приказ Келлана, пока не оказываюсь перед ним полностью обнаженной.

— Так-то лучше, — Келлан садится в кресло у камина и поглаживает свой член. — Теперь встань на колени и ползи ко мне.

По моим венам разливается тепло, когда я опускаюсь на пол. Медленно подползая к нему, я выгибаю спину так, что моя задница оказывается в воздухе. Я ни на секунду не отрываю от него глаз.

Они втроем уже заставляли меня делать это однажды, и это унизило меня. Но в этот раз, несмотря на то, что Келлан делает это, чтобы унизить меня, я чувствую себя сильной. Он тяжело сглатывает, и его пальцы сжимаются вокруг члена, когда он смотрит, как я подползаю ближе.

Возможно, мне придется подчиниться ему, но он не может отрицать, как сильно он меня хочет.

— Хорошая девочка, — густо произносит он, когда я останавливаюсь между его ног и сажусь на пятки. Ему удается собраться с силами, чтобы покровительственно погладить меня по макушке.

— Чем я могу служить вам, хозяин?

Келлан не тянется к бутылочке со смазкой, которая стоит рядом с ним. Нет, он берёт мою грудь, ощупывая и массируя её. Затем он нежно сжимает мои соски между пальцами, перекатывая их и заставляя меня стонать.

— Так хочешь угодить, — бормочет он. — Такая послушная шлюшка.

Я вскрикиваю, когда он щиплет мои соски сильнее, сильнее, сильнее. Мне требуется всё, чтобы не вырваться, так как боль достигает невыносимой отметки.

— Келлан, это больно!

Садистский огонек заливает его глаза.

— Хорошо.

Келлан плюет мне в лицо, слюна попадает под глаз и стекает по щеке. Сила, которую я чувствовала несколько минут назад, исчезает. Слёзы застилают глаза от боли и унижения.

— Ты хочешь служить мне? — спрашивает он, его голос жесток.

— Да, — еле лепечу я.

— Тогда используй эти сиськи, чтобы заставить меня кончить.

Наконец Келлан отпускает мои соски. Я вдыхаю воздух, хватаясь за его бёдра. Боль остается, но она уже не такая сильная.

Когда я не делаю немедленного движения, чтобы подчиниться, Келлан бьет меня по лицу.

— Сейчас, никчемная шлюха.

Я хватаю смазку и смаргиваю слезы. Они непроизвольные, их вызвала резкая пощёчина, на моей щеке. И всё же я не могу отрицать, что между ног растет жар.

Когда холодная смазка попадает мне на грудь, я делаю глубокий вдох. Мои бёдра с каждой секундой становятся всё более влажными, скользкими от моего собственного желания. Я хочу, чтобы он сделал мне ещё больнее, чтобы он сказал мне ещё больше жестоких вещей, но Келлан лишь смотрит на меня незаинтересованным взглядом. Я размазываю смазку по своим грудям, а затем вытираю излишки об его член.

— Я жду, — скучающе говорит Келлан.