Штрафной удар в сердце (ЛП) - Ми Мэри - Страница 6

Моя тревога тут же взлетела до небес.

Я понятия не имела, о чем думает этот мужчина, черт возьми, я даже его имени не знала, но каким-то образом нутром чувствовала, что он мечтает, чтобы пол под его ботинками раскололся и поглотил его целиком.

Или ее. Хотя, честно говоря, может, это просто мои желания.

— И ты надел эту шляпу? — с презрением протянула она, полностью игнорируя, насколько некомфортно он себя чувствует. Его язык тела буквально кричал, чтобы она оставила его в покое.

Он не произнес ни слова.

Мой взгляд метался между этой сногсшибательной женщиной, которая с каждой секундой становилась все менее привлекательной, и таким же потрясающим, но молчаливым большим мужчиной рядом со мной. В ее глазах сверкал холодный, злой блеск, от которого у меня по спине пробежал неприятный холодок.

Но больше всего меня выбесило не то, что она говорила, а то, как он при этом сжимался, словно каждое ее оскорбление было ему привычно. Будто она делала так не в первый раз.

Гнев закипал у меня под кожей, готовый вырваться наружу. Я сжала пальцы в кулаки, ногти впились в ладони, оставляя полумесяцы на коже. Мне не нужно знать имя человека, чтобы захотеть за него заступиться.

Ей нравилось издеваться. Было видно по ее позе — высоко поднятая голова, расправленные плечи — она наносила один словесный удар за другим, прекрасно зная, что в ответ не получит ни одного.

Ему повезло, что он выбрал меня для этого маленького спектакля. Потому что про меня всегда были верны две вещи.

Во-первых, я заказываю холодный кофе независимо от погоды.

А во-вторых, я обожаю давать сдачи.

Кроме того, меня чертовски раздражало, что она даже не соизволила признать мое существование. В мою сторону был только один мимолетный, презрительный взгляд. Тот, которым одаривают, когда считают тебя слишком незначительным, чтобы тратить внимание.

— Прости, ты контактную линзу потеряла? — я нарочно сделала голос приторно-снисходительным. Говоря, я немного отошла в сторону, вынуждая ее меня заметить.

На мгновение в ее глазах мелькнуло удивление. Она моргнула, обдумывая мои слова. А потом ее лицо скривилось в презрительной гримасе. Или это просто ее обычное выражение? Трудно сказать, врожденное у нее чувство превосходства или предназначено специально для людей, которых она считает ниже себя.

— Что? — огрызнулась она.

— Эмма, отстань, — вдруг подал голос мужчина. На его лице больше не было безразличия, теперь в его тоне звучало что-то вроде… заботы.

Эмма. Отлично. Очередное имя, которое я не смогу дать своим будущим детям.

Не то чтобы я собиралась заводить детей в ближайшее время, но, судя по всему, список возможных имен у меня резко сокращался. И если честно, меня больше беспокоило не это, а то, как по ее шее расползались красные пятна раздражения.

— Ой, да не будь таким чувствительным, — отмахнулась она.

— А ты не будь такой грубой, — резко ответил он.

У меня внутри потеплело. Мило, что он хотел меня защитить. Но он не знал, что мне защита не нужна.

Если ты вырос в такой же большой семье, как моя, то быстро учишься постоять за себя. Никто не умеет ударять по больному так же, как родня.

Только разница в том, что они — любимые засранцы. А эта женщина просто засранка.

Если Эмма думала, что ее подколы смогут меня зацепить, то ее ждало большое разочарование.

— Я спросила, ты потеряла линзу? — я указала на ее глаза. — Или ты просто настолько слепая, что не заметила, как вторглась в разговор, даже не попытавшись признать мое существование?

Парень захлебнулся смехом, пытаясь прикрыть его кашлем. Я чувствовала, как от него исходит веселье, но продолжала удерживать взгляд на Эмме. Ее губы то открывались, то закрывались, как у рыбы, выброшенной на берег.

Безмолвие.

Такие люди, как она, никогда не знают, что делать, когда кто-то не сгибается под их взглядами, плохим настроением и колкими словами. Я умела разбираться в людях, и что-то мне подсказывало, что в их паре именно она была проблемой.

— Кто ты вообще такая? — процедила она, наконец удостоив меня внимательным взглядом. — Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Ты слышал, что она мне сказала? — возмущенно повернулась Эмма к нему, явно ожидая поддержки. — Ты что, просто позволишь ей…

— О, он мне ничего не позволяет, — перебила я. — Забавно, что ты вдруг решила беспокоиться о манерах, хотя с момента, как пришла, не проявила ни капли.

Ее голубые глаза сузились, губы скривились, как будто она только что лизнула лимон.

— Слушай сюда, ты…

— Эмма, — его голос был низким, с предупреждающими нотками. — Я бы на твоем месте очень осторожно подбирал следующие слова.

Ее лицо стало карикатурным — широко раскрытые глаза, отвисшая челюсть, даже громкий, возмущенный вздох.

Было очевидно, что он обычно не ставил ее на место. Наверное, он терпел ее поведение все время, пока они были вместе.

Бесит.

— Милый, — я подошла ближе и положила руку ему на бедро. Его глаза чуть расширились, но он сразу же подыграл, переплетая наши пальцы и поднося их к губам.

Черт.

Мое сердце ухнуло вниз, а по коже пробежали мурашки.

Просто спектакль. Не по-настоящему.

— Что, черт возьми, здесь происходит?! — завизжала Эмма. — Ты не мог так быстро забыть меня! Я бы знала!

— Может, тебе стоит перестать его преследовать, — я пожала плечами.

— Да уж, серьезно, — пробормотал он себе под нос.

Прежде чем я успела передумать, я встала между его ног, обвила руками его шею и посмотрела прямо в глаза.

— Он живет дальше, но, похоже, ты - нет.

Ее лицо побагровело.

Его руки скользнули мне на талию, и прежде чем я поняла, что происходит, я уже сидела у него на коленях, прижатая крепкими руками.

— Есть вещи, вокруг которых мой мир не вращается, Эмма, и ты - одна из них, — спокойно сказал он.

Она раздраженно выдохнула.

— Милый, — я склонилась к нему ближе и улыбнулась, — пошли отсюда… в более уединенное место.

Его хватка на моей талии усилилась.

— Если ты продолжишь так двигаться, мы никуда не пойдем, — пробормотал он.

Вот черт.

— Но да, милая, — его голос был как мед. — Как пожелаешь.

Я вскочила с его колен, прежде чем сделала что-то глупое.

— Надеюсь, ты найдешь свои линзы и улучшишь поведение, — бросила я через плечо, увлекая парня за собой.

ГЛАВА 5

ДАЛТОН

КОДЕКС ДЕВУШЕК НЕ РАБОТАЕТ, ЕСЛИ ТЫ СТЕРВА

Она повела нас в сторону главного зала, который сегодня использовали как танцпол. Для такой маленькой женщины она держалась с большой уверенностью, без труда тянув меня за собой.

Я наклонился ближе, чтобы прошептать ей на ухо, сокращая расстояние между нами:

— А как же Кодекс девушек?

С тех пор как она соскользнула с моих колен, мне не терпелось снова почувствовать ее рядом, уловить теплый аромат кокоса, исходящий от ее кожи.

— В Кодексе есть четкий пункт — если ты стерва, то теряешь на него право. А твоя бывшая — дрянь. Черт…

Она так резко остановилась, что я едва не налетел на нее. Я схватил ее за бедра, помогая удержаться, а ее руки ухватились за мои предплечья.

Мои пальцы снова коснулись гладкой полоски кожи на талии, и мне пришлось сдерживать стон, потому что в голову полезли совсем нецензурные мысли о том, как было бы держать ее так… но совсем в других обстоятельствах.

— Прости, — одновременно сказали мы.

— Прости? За что ты извиняешься? — спросил я.

— Ну, называть чью-то бывшую стервой - мягко говоря, невежливо.

Судя по хитрой улыбке, она не слишком переживала из-за этого.

— Мэм, думаю, извиняться тут должен я. Эмма… — я замолчал, подбирая слова, которые не заставят меня выглядеть как полный козел.