Штрафной удар в сердце (ЛП) - Ми Мэри - Страница 8

— Кто теперь тут потенциальный убийца? Куда ты меня тащишь? — спросил я, наклоняясь, чтобы открыть перед ней дверь.

Пусть она и хотела водить меня за собой, но дверь самой я открывать ей не позволю.

Взгляд, который она на меня бросила, говорил, что она, похоже, не разделяет мою точку зрения.

— Ари, неужели это будет наша первая дружеская ссора? — я склонился ближе, понижая голос, чтобы нас не подслушали. Одна из неприятных сторон быть игроком НХЛ — отсутствие личного пространства. В последнее время казалось, что все желают влезть в мою жизнь, хотел я или нет. — Потому что при мне ты сама дверь не будешь открывать.

Она фыркнула, отмахнувшись, и прядь ее темных волос упала ей на лицо.

— Женщины сами могут открывать двери, знаешь ли.

— О, я знаю. Уверен, что ты можешь делать многое сама, Ариэлла, но не значит, что ты должна, — сказал я тихо, заправляя выбившийся локон ей за ухо.

Ее губы поджались, а в глазах сверкнуло упрямство, будто она решала, какое еще возражение привести.

Но я заметил момент, когда она осознала, что эту битву не выиграет.

— Ладно, — она ткнула пальцем мне в грудь и слегка поморщилась, наткнувшись на мышцы. — Но ты не платишь за мой ужин, ясно? Я могу сама за себя заплатить, «Дальняя дорога».

— Я же не наездник на быках, — рассмеялся я. — И, кстати, разве у нас не было правила — никаких должностей?

Она издала какой-то звук, медленно оглядев меня с ног до головы, задержавшись дольше, чем надо, на моих ногах.

— Мои глаза выше, Ари.

— Спасибо за урок анатомии, — усмехнулась она, но, клянусь, ее щеки стали чуточку розовее.

— У тебя есть машина? — спросила она, доставая телефон. — Или нам придется вызывать такси?

Моя была у катка, и мы могли бы просто дойти туда пешком, но она пока не показала ни одного признака того, что знает, кто я такой, и мне, черт возьми, это нравилось.

— Нет, машины нет, — сказал я, полуправдиво. — Приехал с друзьями.

Она кивнула и открыла приложение в телефоне.

— Будет через пару минут. Разрешу тебе оплатить половину, — добавила она с лукавой улыбкой. — Я не настолько независимая.

Господи, от ее яркой улыбки и то, как теплые карие глаза словно светились изнутри, я терял голову. Я пытался списать свою реакцию на месяцы воздержания и то, что не разговаривал с новыми женщинами целую вечность.

Эмма была моей любовью со студенческих лет. Мы познакомились на первом курсе после хоккейного матча, и тогда мне казалось, что дальше все сложилось само собой. Но месяцы разлуки позволили мне взглянуть на наши отношения иначе. Теперь, оглядываясь назад, я не уверен, что вообще когда-либо любил ее.

И в глубине души знал — она тоже никогда меня не любила.

Я был так одержим тем, чтобы быть хорошим партнером, чтобы всегда быть рядом, быть тем, кто нужен, что даже не задумывался, что она может просто уйти.

Что я могу оказаться недостаточно хорош.

И вот, четыре месяца назад, почти шестилетние отношения закончились запиской «Мне нужен перерыв».

Серебристая «Королла» подъехала к обочине, но я был слишком погружен в свои мысли, чтобы открыть дверь.

— Ха! — Ари победно посмотрела на меня. — Прошу вас, сэр.

Она театрально поклонилась, а я невольно отметил слишком удачный ракурс на ее декольте.

Иногда не быть джентльменом — тоже приятно. Очень, очень приятно.

— Перестань пялиться на мою сиськи и садись, Далтон.

Я ухмыльнулся и уместился, как мог, в маленьком салоне.

— Если бы ты позволила мне открыть дверь, — пробормотал я, когда она устроилась рядом, — проблемы бы не возникло.

— Да, но тогда ты пялился бы на мою задницу, — парировала она, захлопнув за собой дверь.

Она была полной противоположностью моей бывшей. Эмма любила, когда за ней ухаживают, когда все делается для нее. Она не хотела платить ни за что. Черт, я оплачивал даже те обеды с ее друзьями, на которые меня никто не звал.

Ари, напротив, словно шарахалась от мысли позволить мне сделать что-то за нее. Даже дверь открыть не хотела позволять.

И, что удивительно, мне нравилось.

Это не может быть наша единственная ночь.

От этой мысли сердце пропустило удар, а я позволил себе поверить, что, может быть, у нас с Ари будет еще один вечер.

ГЛАВА 6

АРИЭЛЛА

МЫ ХОТИМ, ЧТОБЫ МУЖЧИНЫ БЫЛИ ГРОМКИМИ В ПОСТЕЛИ… И ТИХИМИ В ОСТАЛЬНОМ

Этот парень был полон сюрпризов, и я никак не могла его разгадать. Он был вежливым и почтительным — черт, я до сих пор ощущала тепло его руки на пояснице, когда он ненавязчиво вел меня подальше от края тротуара по пути в мой любимый ресторанчик. Я была почти уверена, что он даже не задумывался об этом… быть джентльменом для него нечто естественное.

Сейчас мы сидели за столиком в ресторане, который быстро стал моим любимым в Далласе, и Далтон слегка наклонился вперед, опираясь локтями на стол.

— Итак, чем ты меня сегодня угостишь? Каким «обычным» блюдом? — спросил он, глядя на меня с доверием, которого не бывает у людей, знакомых всего несколько часов.

— Мы возьмем главное блюдо для вечерних посиделок… чилакилес13, — объявила я, вскинув руки.

Он тихо рассмеялся, и, по какой-то причине, это сделало мой день немного лучше.

Далтон откинулся на спинку стула, сложив руки на груди, и сосредоточил все свое внимание на мне. Но не так, чтобы это было удушающе… а просто… полностью присутствовал в моменте.

Будто в этот миг существовала только я.

Господи, как же меня тревожило, насколько мне нравилось его внимание. Конечно же, именно сейчас, в такой важный момент моей жизни и карьеры, я встречаю мужчину, который меня не раздражает.

Я отогнала мысли и снова сосредоточилась на нашем разговоре. Одна ночь. Мне позволено оставить в стороне все свои тщательно продуманные планы хотя бы на одну ночь и просто наслаждаться жизнью, прежде чем снова погрузиться в работу.

— Многие думают, что чилакилес - еда для похмелья. Но они ошибаются, — я наклонилась ближе, понижая голос, будто делюсь секретом. — Их надо есть в тот же день, когда ты пьешь. Они впитывают весь алкоголь и предотвращают похмелье… иногда. Хотя, какая разница, они в любом случае вкусные.

Его глубокий смех прокатился между нами, заполняя пространство.

Как раз в этот момент подошел официант, и выражение лица Далтона стало до смешного голодным — как будто он не ел несколько дней.

— Судя по тому, как ты смотришь на эту тарелку, я угадала с выбором, — поддразнила я, улыбаясь, пока он гипнотизированно изучал еду. — Ладно, чилакилес - это жареные полоски тортильи, иногда используют чипсы, залитые соусом сальса верде, сверху лук, кинза, сыр котия, крема и - это самое лучшее - два яйца, глазунья.

Я взяла вилку и аккуратно надрезала одно яйцо, позволяя желтку растечься по тарелке.

— Если желток не тянется, значит, ты все делаешь не так, — добавила я, бросая взгляд на Далтона, который тут же повторил мой жест.

Далтон откусил кусочек, жуя медленно. Затем его голова чуть откинулась назад, и из его рта, забитого едой, вырвалось глубокое, рычащее: