Вторая жена господина Нордена. Книга 3 (СИ) - Лакруа Катя - Страница 14

— Теперь вы верите, что у меня нет никаких дурных намерений? — с трудом пробормотала она, уже почти засыпая. — Я перед вами вся как на ладони, вот даже без одежды…

Я хмыкнул и пропустил между пальцами прядь её волос.

— Пока верю, но мы к этому ещё вернёмся.

— Какой же вы упрямый, — вздохнула Элианна и почти сразу же её дыхание стало тихим и ровным. Вот и прекрасно, пусть лучше спит, чем болтает всякую чушь.

Сам я, правда, тоже сразу уснул и отлично выспался. Может, Эксерс, демоны похотливые его раздери, и прав, утверждая, что близость с женщиной — полезная вещь. Во всяком случае, я давно не ощущал себя таким бодрым и отдохнувшим. Судя по всему, я ещё и вытянул силу у девчонки на пару с домовым духом. Ладно, я же всё равно хотел это сделать, а получилось само собой.

Я приподнялся на локтях и обернулся: Элианна и в самом деле спит крепко, отвернувшись к стене и подложив ладонь под щёку. Одеяло чуть съехало, обнажая часть спины и плечи и вызывая воспоминания о том, что происходило в этой постели ночью. Как её пальцы сжимали мои плечи и ногти впивались в кожу, как она обнимала ногами мои бёдра и подавалась навстречу ласкам, проходилась губами по моей груди… Я поспешно отвёл взгляд.

Между прочим, в этой спальне ни разу не ночевала женщина. Заводить постоянную любовницу меня никогда не тянуло, хотя некоторые особо шустрые вдовушки и намекали на «дружбу», однако я даже не рассматривал подобную возможность. С девками из борделя проще: не нужно ни нежности, ни разговоров, даже имя знать не обязательно. И было бы здорово и дальше продолжать так жить, но раз уж я женился, путь в бордели мне теперь закрыт. Ушлые газетчики мигом разнесут сенсационную новость: «Пылко влюблённый молодой муж снова шатается по борделям. Неужели влюблённости не было?» Никакая конфиденциальность не спасёт, разнюхают моментально. И тогда план точно пойдёт к демонам.

Однако если выяснится, что на Элианну и в самом деле наложено заклятие, его можно со временем снять. Не бесследно, но большую часть точно. И тогда она превратится в себя прежнюю, и будет нелегко. Это сейчас она утверждает, будто Дарриен ей больше не интересен, а вот что подумает, когда всё вспомнит? И о супружеской близости точно придётся забыть. Разве что самому провести с ней подчиняющий ритуал и навсегда лишить настоящей личности. Если же окажется, что девчонка больна, проще тоже не станет: пользоваться душевным нездоровьем жены ради удовлетворения собственной похоти низко даже для меня.

Но такой, как сейчас, она мне и правда нравится. Заводит её покорность. Мнимая или искренняя — уже неважно. Эти несмелые, но чувственные прикосновения, смущённые взгляды и в противоположность им весьма откровенные стоны. Всё это вместе определённо привлекает, однако расслабляться пока рано.

Даже странно, что девчонка сама проявляет инициативу, пусть и смущаясь. Сомневаюсь, что Дарриен был искусным любовником. Хотя… кто знает этого проходимца? Может, он частенько зажимал служанок в тёмных углах. Ладно, мне-то какая разница? Я бы чувствовал себя хуже, окажись девчонка невинной.

А вообще, прекрасно, что брачная неделя закончилась, и я возвращаюсь на службу. Чем реже буду видеть Элианну, тем проще нам обоим. Осталось ещё услышать мнение тёмного целителя, и можно обдумать дальнейшую жизнь и всё устроить наилучшим образом для себя.

«Раз вы завтра отвезёте меня в „Сайлентис“, то, возможно, мы с вами больше не увидимся. Хотелось бы напоследок запомнить что-то приятное», — прозвучал в ушах голос Элианны. Я снова посмотрел на неё. Не отказался бы повторить всё прямо сейчас. И мне совершенно не нравится то, что испытываю к ней. Пусть и к ней другой, но это всё равно неправильно. Да, Азерис яркая девушка, но когда я впервые увидел её в поместье, не испытал ничего, кроме азарта и желания поскорее начать приводить в исполнение план. Ни о какой постели даже мысли не возникло. А стоило ей потерять память…

Стараясь не потревожить сон Элианны, я поднялся с кровати и прошёл к шкафу. Скоро должна прийти Майрия, надо дать ей указания насчёт завтрака госпожи и обеда. Я достал вешалку с рабочим костюмом и чистую рубашку. Пожалуй, Майрии ещё нужно оставить ключи от флигеля: пусть займётся стиркой. Скорее бы уже Мэдейлин подыскала нам какую-нибудь подходящую прислугу. Надеюсь, она будет потолковее и поспокойнее.

Тут я вспомнил про царапины, которыми обзавелась Элианна после беготни по саду. Надо бы оставить ей мазь, а то ведь служанка может не найти. В таких вопросах я ей пока не доверяю.

Я тихо вышел из спальни, осторожно прикрыв за собой дверь, и направился в ванную. Привести себя в порядок, одеться, сделать отвар и пойти в кабинет: собрать нужные бумаги, которые забрал домой на время брачной недели. Начальство строго запретило мне появляться на службе.

— Увижу вас здесь во время брачной недели, выпишу штраф за неисполнение приказов начальства, — делано хмурясь, предупредил меня господин Эрранс и даже постучал пальцем по столу. — А то, чего доброго, вздумаете бросить молодую жену и сбежать на службу. Знаю я вас, друг мой.

Пришлось подчиниться. Конечно, Эрранс ничего мне не сделал бы, появись я в Доме правосудия раньше, однако «молодая жена» привнесла в мою жизнь такой хаос, что и в самом деле не возникло мысли сбежать на службу.

Кабинет встретил тишиной и ярко мерцающим кристаллом с домовым духом. Я подошёл и приложил к нему руку, приглушая свечение. Вообще-то, я должен быть ему даже благодарен… за приятно проведённую ночь. Однако взгляд невольно упал на рамку, и настроение мигом упало, а от мыслей о прошедшей ночи в душе появилось чувство вины.

Я подавил желание перевернуть рамку лицом к себе и посмотреть на родные лица. Если продолжу в том же духе, скоро вообще не смогу смотреть на них. И так уже кажется, что я предал их память, и особенно память Лины.

Нельзя, нельзя позволять Элианне привязать меня к себе. Да, спать с ней приятно и иногда можно себе это позволить, но только без чувств. В конце концов, вчера девчонка сама начала всячески меня соблазнять. Упрекнуть себя на сей раз мне даже не в чем. Пусть она и не шлюха из борделя, но я женился с определённой целью, и впредь нужно постараться всегда помнить об этом.

Я вышел из машины и, закрывая дверь, впервые за неделю почувствовал себя свободным. Посмотрел на монументальное, серое здание Дома правосудия и глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Наконец-то можно расслабиться: вырваться из дома, забыть на время о странностях жены, не слышать бестолковой болтовни чужой служанки и погрузиться в привычные дела.

— Кого я вижу, — раздался совсем рядом непривычно радостный голос. — Молодой муж пожаловал в ряды доблестных служителей бога правосудия.

Я обернулся и хмыкнул. Позади стоит Яник и широко улыбается. На руке висит сюртук, вид слегка встрёпанный. Наверняка опять убегал из дома в спешке под хор из детских воплей.

— Рэмис, ты ли это? Я тебя не узнаю. Ты, кажется, шутить пытаешься? И неужели вспомнил, как улыбаться?

— Можно подумать, ты всегда весел, — фыркнул Яник и подошёл совсем близко. — Но вообще-то выглядишь вполне довольным. Похоже, молодая жена делает успехи в освоении… супружеских премудростей.

— Не уподобляйся некоторым, — проворчал я. — Моя жена, как и положено, образец скромности и добродетельности.

— Под твоим руководством быстро научится плохому, — осклабился Рэмис.

— Ты с утра успел настойки принять? — Я скептически прищурился. — Что-то разошёлся не на шутку.

— Ладно, я понял, что шутить ты не настроен. Кстати о шутках. Ты с Эксерсом вчера не общался?

— Нет, а должен был?

— Просто я подумал, что он наверняка с тобой свяжется и станет жаловаться.

— На что?

Яник заулыбался ещё шире, в глазах заплясали демонята. Прямо как накануне у Элианны.

— Да что с тобой такое? — хмыкнул я, расстегнув несколько верхних пуговиц сюртука. — Я начинаю волноваться за твоё здоровье.