Вторая жена господина Нордена. Книга 3 (СИ) - Лакруа Катя - Страница 31

Адриэн, стоявший у плиты в неизменном фартуке, скептически оглядел меня, но ничего не сказал и сразу же налил мне и себе супа. Я устроилась за столом и послушно принялась за еду, правда, без особого аппетита. Муж тоже занялся ужином и ел молча, но на сей раз в повисшей тишине не было тяжести. Как будто мы прожили вместе лет тридцать и разговаривать уже почти не нужно, да и не о чем. Обычный семейный ужин обычной семейной пары.

Я зачерпнула очередную ложку густого, горячего супа и слегка подула на него. За окном опять полил дождь, но в кухне тепло, вместо потолочного светильника горит бра над столом, создавая абажуром узоры на стенах. Кажется, я только сейчас по-настоящему осознала, что всё-таки вернулась домой.

Домой… Как-то быстро я стала считать эти холодные стены домом. А с другой стороны, что ещё остаётся? Теперь окончательно ясно, что нужно затаиться, вести себя как можно тише, чтобы не вызывать подозрений. И сколько пройдёт времени, прежде чем Адриэн привыкнет ко мне настолько, чтобы пощадить, неизвестно. А значит, будем обживать это место.

В общем-то, не так уж здесь и неуютно. И точно лучше, чем в тюрьме, на каторге или в психушке. В душе снова затеплилась благодарность Адриэну за то, что не позволил надо мной издеваться дальше. Кажется, у меня всё-таки есть маленький шанс завоевать если не любовь, то хотя бы его симпатию.

По-моему, ужиться со мной не так уж сложно: я спокойная и покладистая. Лишь бы муж не поднимал на меня руку, этого я бы терпеть не стала. Хотя… в родном мире у меня была бы возможность расстаться, а здесь и выхода-то нет. И непонятно, что хуже: муж-тиран, тюрьма, каторга или психушка. А может, и ещё варианты есть. Я крепче сжала в руке ложку.

Ладно, сколько можно паниковать раньше времени? В любом случае выяснить, что на самом деле за человек мой муж, я смогу только со временем. Не знаю, почему, но я ему доверяю. Может, и зря, время покажет. А пока всё хорошо, насколько это вообще возможно после сегодняшних испытаний. Я сижу в тёплой кухне, мне уютно и спокойно, суп приятно согревает внутренности. Спать буду в чистой кровати, почти в своей комнате, а не в палате с белыми стенами и резким ярким светом… Разве есть у меня право на что-то жаловаться?

При мысли о кровати я с трудом подавила зевок и попыталась встряхнуться. Зажмурилась и снова открыла глаза, прогоняя дремоту, и начала активнее работать ложкой, быстро управившись с остатками супа.

— Вы уже съели свои конфеты? — вмешался в мои мысли голос мужа.

И опять он развеивает одним вопросом все мои лучшие чувства и портит момент! Я вскинула на Адриэна возмущённый взгляд. Как же жаль, что не могу ему ответить! Между прочим, к конфетам я даже не притронулась, было как-то не до них. Но Адриэн только усмехнулся в ответ и прибавил:

— Если нет, несите сюда. Сладкое вам будет полезно, иначе сейчас со стула свалитесь. Дойдёте сами или помочь?

Я закатила глаза и встала. Наверное, сделала это слишком резко, потому что пол под ногами куда-то поехал. Адриэн быстро поднялся и успел придержать меня за локоть.

— Уверены, что вас не нужно проводить?

Однако я упрямо помотала головой. Вроде бы пол больше не уплывает. Муж пожал плечами, отпустил мой локоть и прошёл к плите. Я же отправилась к себе в комнату. Конфеты я ещё раньше высыпала в одну из пустых шкатулок Элианны, которую пристроила на столе, и теперь, подхватив её, пошла обратно в кухню. Подойдя к Адриэну, наблюдавшему за отваром, открыла шкатулку и ткнула пальцем в россыпь ярких, разноцветных конфеток, а потом в себя, и покачала головой.

— Что, ни одной не попробовали? — Адриэн скептически приподнял брови, а я снова помотала головой. — Удивительно. В таком случае начинайте прямо сейчас. При большой потере силы сладкое — один из способов её восстановить.

А второй, видимо, супружеский долг. Как хорошо, однако, я уже разбираюсь в местных магических тонкостях. Хихикнула бы, если бы могла. Адриэн тоже усмехнулся. Понял, о чём думаю? Я поспешно прошла к столу, поставила на него шкатулку и, подобрав подол платья, поудобнее устроилась на стуле. Только тогда подвинула к себе шкатулку и уставилась на конфеты, думая, с какого цвета начать. Выбрав ярко-синюю карамельку, я осторожно откусила маленький кусочек. Нет, ну мало ли. Некоторые местные вещи и явления действуют на меня странно, вдруг и конфеты тоже?

Конфетка оказалась кисло-сладкой, с каким-то ягодным вкусом. Я блаженно прикрыла глаза. Не знаю, как там сладкое восстанавливает силы, но радость точно приносит. Пока жевала синюю карамельку, рассматривала остальные. Тут есть розовые, жёлтые, зелёные, фиолетовые, белые, а ещё полосатые. И их столько, что все не попробуешь: кое-что слипнется.

Адриэн между тем поставил передо мной кружку с отваром. Я вскинула на него взгляд и подвинула шкатулку с конфетами.

— Спасибо, но вы с таким вожделением на них смотрите, что объедать вас кажется преступлением, — заявила эта язва.

Я упёрла руки в бока, закатила глаза и покачала головой. Вот никогда не умела играть в пантомиму: никто не угадывал, что я пытаюсь изобразить. Но в данном случае всё, конечно, намного проще.

Адриэн, однако, как-то по-доброму улыбнулся на моё молчаливое возмущение и сказал:

— Вы не обязаны об этом помнить, но я уже говорил, что равнодушен к сладкому. А то, что вы так забавно сердитесь молча, лучше, чем уныние и слёзы.

Я возмущённо уставилась мужу в глаза. Ах, так это он, значит, нарочно меня на эмоции выводит? Ну ничего, вот вернётся голос, он у меня выслушает!

— Не сомневаюсь, что вы выскажете мне всё, как есть, но, боюсь, к этому моменту уже успокоитесь.

Губы будто сами собой расплылись в улыбке. А ведь мы и правда похожи на супругов, проживших вместе много-много лет: понимаем друг друга без слов. Вернее, понимают пока только меня, но впереди много времени, чтобы стать такой же проницательной. Вся жизнь. От этой мысли заныло под ложечкой, и я как-то разом растеряла всё веселье.

Опустила взгляд, подвинула к себе чашку с отваром и обхватила её обеими руками. Когда-нибудь я смирюсь, но пока ещё слишком тяжело принимать новую жизнь. Особенно пока моё положение такое шаткое. Ведь есть ещё вариант, что меня однажды разоблачат… Я подняла чашку и отпила немного отвара.

— Неужели вы правда обижаетесь? — вдруг подал голос Адриэн. — Я же не всерьёз пытаюсь вас задеть. Но очень уж забавно вы хмуритесь, а мысли читаются во взгляде. Ладно, разрешаю вам взять половник… или чем вы там мечтали огреть меня по лбу в отместку?

Я снова посмотрела на мужа. Нет, не то чтобы его взгляд выражал искреннее раскаяние, скорее, был слегка насмешливым, но я вдруг поняла: когда в его глазах появляется жизнь, он становится каким-то другим. Настоящим? Интересно, каким Адриэн был в юности?

— Так как, дать вам половник?

Выдавив улыбку, я покачала головой. А ведь ситуацию можно рассматривать и под другим углом. Вдруг я попала в этот мир, чтобы сделать счастливым этого человека? Должен же быть какой-то смысл в том, что меня сюда забросило? Так, всё, надо быстрее допивать отвар и уходить к себе, иначе страшно представить, до чего ещё додумаюсь.

Я сделала очередной большой глоток. Отвар немного обжёг горло, зато отрезвил. То же мне, спасительница душ нашлась! Да ты ему боишься сказать, как тебя на самом деле зовут, и единственное, чем можешь привлечь, это сексом, и то вряд ли таким уж качественным. Кого ты там осчастливливать собралась?

— Элианна, с вами всё хорошо? — поинтересовался Адриэн. — Я вас так расстраиваю? Признаю, что не силён в шутках и попытках кого-то ободрить, поэтому получается так, как получается.

Я крепче сжала чашку и снова подняла взгляд на мужа. Блин, как-то нескладно всё выходит. Он хочет поднять мне настроение, а я сижу и наверняка выгляжу так, будто дуюсь. Я помотала головой, поставила чашку на стол и протянула руку, чтобы дотронуться до руки мужа. Он ответил на жест и слегка пожал мои пальцы.

— Вы точно не обижаетесь?