Расплата (СИ) - Зика Натаэль - Страница 65

- Я не передумала. Ты сказала – юрист? – дочь прикусила губу и порозовела. – А кто: Игорь Константинович или… Матвей Михайлович?

- Я звонила Макарову, - буркнула мать. – Значит, приедет он. А есть разница?

- Макарову…, - эхом повторила Елизавета. – Как его здоровье, не знаешь?

- Судя по тому, что он разъезжает по Москве, то всё в порядке, - мать с неудовольствием отметила розовые щёки дочери и её неприкрытый интерес. – Ты что, влюбилась? Лиза, ты с ума сошла? Не успела от одного избавиться, а уже спешишь влипнуть во второго такого же?!

- Мама, ты не понимаешь, Матвей не такой!

- Такой же нищеброд, как твой Левин! – отрезала мать. – Молчи, я знаю лучше!

- Он не нищеброд!

- Но и неровня тебе! Ты – одна из самых богатых, если не самая богатая девушка Москвы, а он – всего лишь один из армии клерков. Пусть и совладелец процветающей юридической конторы. Но где ты, а где он? Нет, Лиза, и думать забудь!

- Он меня спас! Меня и Олега! – выпалила Елизавета. – Если бы Матвей, рискуя жизнью, не подставил под удар свою машину и не сумел нас остановить… Если бы не он, мы неминуемо перевернулись бы, собрав по пути другие автомобили. Было бы много пострадавших, а нас с Олегом, скорее всего, собирали по частям!

- Это не любовь, это чувство благодарности, - фыркнула мать. – Отдыхай, Лиза, и выброси юриста из головы. Я не позволю тебе испортить нам жизнь!

Она вышла из комнаты дочери и подумала, что зря была так категорична – это может оттолкнуть девчонку. А ей нужно полное её доверие.

«Ладно, за ужином совру, мол, передумала, давить не буду. Решай сама, я просто очень за тебя волнуюсь. А завтра, когда приедет Макаров, ни на мгновение не оставлю их одних».

Остаток дня прошёл кое-как, но за ужином Екатерине удалось растопить возникший между ними с Лизой ледок.

И спать Рузанова-старшая отправилась, будучи уверена, что у неё всё получится и сложится.

Макаров прибыл к девяти утра.

Правда, сначала он позвонил Екатерине Георгиевне и уточнил, удобно ли будет Лизе принять его так рано.

Типа, воспитанный!

Екатерине он и раньше не нравился, а теперь, когда дочь призналась в симпатии к нему, ей хотелось, чтобы Матвей куда-нибудь исчез. Испарился, отправился на другой конец света – хоть на Луну! Главное, чтобы он больше не мозолил Лизе глаза.

Но развод нужен, поэтому ей пришлось вытерпеть его визит.

- Доброе утро!

Она оглядела мужчину – губа у Лизки, конечно, не дура. Олег смазлив, этот тоже весьма привлекателен.

И его внешность не портили ни жёлтое пятно на лбу – след заживающего синяка – ни пластырь на переносице.

И как дочь только угораздило влюбиться, будучи замужем? Не было печали…

«Ну ничего, препарат поможет…»

- Проходите, Лиза вас ждёт.

- Благодарю.

Макаров шагнул, и она обратила внимание, что он заметно хромает.

- Вы же нездоровы, почему не в больнице? – не выдержала Екатерина. – Разве у вас нет помощников, зачем приехали сами?

- Потому что Николай Романович именно мне поручил юридическое сопровождение Елизаветы Сергеевны, - ответил тот. – С момента аварии прошло две недели, я уже почти в порядке.

За разговором они дошли до комнаты Лизы.

- Матвей Михайлович! – девушка явно была рада его видеть. – Я ещё не поблагодарила вас…

- Не нужно, - улыбнулся тот. – Я всего лишь завершил то, что начал Олег. Кстати, он передаёт вам привет и пожелания здоровья.

- А вы? – Лиза покосилась на мать. – Мама, распорядись, пожалуйста, чтобы принесли чаю! И проследи сама, чтобы там собрали всё, что полагается.

Уходить не хотелось, но проигнорировать просьбу дочери она не могла.

Скрепя сердце матушка вышла из комнаты, оставив дверь открытой.

Не важно, о чём они говорят, главное, чтобы этот юрист не полез целоваться! Лизка и так уже поплыла, а если он к ней прикоснётся…

«К чёрту завтрак, дам ей лекарство сегодня же – на обед. Чтобы уже к вечеру у неё в голове никакой романтики не осталось!»

- Лиза, как ты? - Матвей покосился на дверь.

- Почти хорошо, - отозвалась девушка. – Завтра мне привезут костыли, попробую вставать и ходить. А… как ты?

- Со мной всё в порядке, - отмахнулся он, – лёгкий сотряс, перебит нос и сломаны четыре ребра. Ушибы даже считать не стоит. Олегу досталось сильнее, но и он уже в строю. Ковыляет, правда, но держится бодрячком. Можно сказать, мы все в рубашке родились. Кстати, вот его заявление. Подпишешь?

- Давай.

Она бегло пробежала глазами текст и, помедлив, расписалась.

- Что теперь?

- Завтра отнесу в ЗАГС, и вы станете свободны друг от друга.

Помолчав, он добавил:

- Не пожалеешь? Он, конечно, достаточно начудил, но в конце спас тебе жизнь.

- За спасение я ему благодарна и обязательно придумаю, как отблагодарить, - после небольшой паузы произнесла Елизавета. – Что до остального – между нами нет ничего общего. Больше нет. Я не люблю Олега, он тоже меня не любит.

- Николай Романович оставил мне конверт, подписанный «Вскрыть, если супруги пожелают разорвать отношения до окончания оговорённого завещанием срока». Я не знаю, что внутри, но завтра, когда отнесу заявление в ЗАГС, мне придётся его прочитать.

Лиза прикусила губу.

- Надеюсь, там не очередной сюрприз от дедушки…

Матвей пожал плечами.

- Ты узнаешь первой.

- Хорошо… Уже известно, что послужило причиной аварии?

- Да. Всему виной коврик.

- Коврик?

- Кто-то заменил родной коврик похожим, но большего размера. И когда ты в очередной раз надавила на газ, педаль зацепилась за ложбинку и намертво в ней застряла. Поэтому автомобиль продолжал набирать скорость и не останавливался. Это покушение, Лиза. Идёт следствие.

- Боже…

- Тебя спасло чудо! Будь ты опытнее, то догадалась бы перевести коробку в нейтральное положение и выключить мотор.

- Я пыталась, но мотор не глох!

- Надо было удерживать кнопку не менее трёх секунд, а ты, вероятно, просто тыкала.

- Ну да. А про нейтраль я с перепугу забыла…Ладно, урок на будущее: во-первых, не доверять машину посторонним. И, во-вторых, если автомобиль ночевал на улице, а не дома, то прежде чем сесть за руль, проверить его от и до. Правда, я вряд ли догадалась бы изучить коврик или отличила бы родной от подставного.

- Лиза, я… Ты мне очень дорога. Больше, чем дорога! – она впервые видела, чтобы Матвей так волновался. – И я хотел бы… Но между нами такая пропасть. Кто я? Обычный юрист. Да, не совсем рядовой, но и не олигарх. А ты… Чёрт, чёрт!

- Чай ещё не готов – на кухне не было кипятка, - матушка ворвалась, будто за ней волки гнались. – Ты уже подписала?

- Да.

- Тогда, - Екатерина повернулась к Матвею, - не теряйте времени даром – везите заявление в ЗАГС!

- Но чай, - начала было дочь.

- Матвей Михайлович привезёт тебе свидетельство о разводе, тогда и попьёте.

И Макаров, неловко помявшись, откланялся.

Рузанова-старшая выдохнула.

- Лизочка, почему ты не в настроении? Из-за развода?

- Мам, я устала, - отозвалась девушка. – И хочу побыть одна.

- Оставлю тебя. Отдыхай. А потом вместе пообедаем – у меня есть чудесное предложение! Тебе понравится.

И, чмокнув дочь в щёку, довольная Екатерина покинула спальню.

А Лиза, обняв подушку, тихо заплакала.

«Ну почему жизнь так несправедлива? Деда, зачем мне деньги и остальное, если от них одни несчастья? Мне нравится Матвей. Очень! Но есть ли у нас будущее? Господи, помоги мне!»

Вволю наплакавшись, она сама не заметила, как уснула.

- Доченька, пора обедать! - голос матери вырвал из вязкого марева.

Елизавета открыла глаза и целую минуту пыталась сообразить, где она и почему так паршиво на душе.

- Мам, я не голодна…

- Тебе надо хорошо питаться, чтобы скорее выздороветь! – отрезала та, внося поднос. – Приподнимись, сейчас поставлю столик. Смотри, какой суп! М-м-м! Чтобы съела всё до крошки!