Мажор в школе магии 4 (СИ) - Орлов Сергей - Страница 37

Обелиск раскололся пополам с оглушительным треском. Алые нити, тянувшиеся к моему деду и Шумиловой, задрожали и начали распадаться.

И тут я увидел, как глаза деда впервые за все это время моргнули. Затем еще раз. В них начала возвращаться осознанность.

— Дед! — закричал я. — Ты меня слышишь?

Прохор покачнулся на ногах, словно пробуждаясь от долгого сна. Его взгляд медленно сфокусировался на мне, и я увидел, как в них проблескивает узнавание.

— С-сережа? — прохрипел он. — Что… где мы?

Но полного освобождения еще не произошло. Остальные нити по-прежнему держали их, пусть и ослабевшие. Нужно было разрушить второй обелиск.

Я повернулся к нему, готовясь к новой атаке, когда воздух в пещере вдруг сгустился. Все звуки битвы стихли, словно кто-то нажал невидимую кнопку «пауза». Даже пламя свечей замерло в воздухе, не колыхаясь.

Из полумрака в центр ритуального круга выступила третья фигура — тот самый мужчина, которого я еще не знал. Он был высоким, худощавым, с аристократическими чертами лица. Седые волосы были аккуратно зачесаны, а глаза отличались необычным серо-зеленым оттенком.

— Значит, наш маленький план дал течь, — произнес он спокойно, словно обсуждая погоду. — Первый Советник не ошибался, считая Лазаревых самой большой угрозой нашему делу.

При этих словах лицо деда изменилось. Ярость в его глазах сменилась шоком, затем неверием.

— Егор? — выдохнул он. — Егор Евсеев? Но как…

Молодой маг выглядел почти так же, как на старых портретах — высокий, красивый, но в его глазах теперь горел холодный и расчетливый огонь вместо прежнего жара.

— Удивлены, господин директор? — усмехнулся Евсеев, неторопливо приближаясь. — Ритуал должен быть завершен. Слишком много жертв уже принесено. Слишком близко мы подошли к цели.

Виктор и Алина развернулись к нам спиной и встали по другую сторону от Евсеева. Они снова образовали треугольник, только теперь не был ограничен обелисками. Воздух между ними начал пульсировать, приобретая багровый оттенок.

В этот момент раздался громовой рев и в пещеру ворвались десятки культистов во главе с Габером. Его глаза сверкали красным огнем, но в них читалась какая-то внутренняя борьба. Он одновременно смотрел на меня, затем на свою дочь Мелиссу, и я видел, как в нем сражаются долг перед культом и отцовские чувства.

— Папа! — закричала Мелисса, протягивая к нему руки. — Опомнись! Ты видишь, что они делают? Они используют тебя!

Габер замер, его мощные орочьи руки дрожали от внутреннего конфликта.

— Действуем! — скомандовал Евсеев. — Мы проведем ритуал сейчас, здесь, с нашим материалом!

Он кивнул в сторону меня, и его смысл был предельно ясен.

— Нет! — закричал дед, делая шаг вперед, но его все еще удерживали ослабевшие нити.

Я чувствовал, как демоническая сила Аббадона поднимается во мне, ощущая опасность. Мой правый глаз начал меняться, приобретая демонический облик.

— У нас нет выбора, — прошептал я, чувствуя, как контроль ускользает из моих рук. — Если я не использую всю силу Аббадона, мы все умрем.

Ярик схватил меня за руку:

— Серег, подумай! Ты сам говорил, что это опасно! Это может быть именно то, чего они хотят!

Но я знал, что времени на раздумья нет. Культисты начали какой-то новый ритуал, их голоса сливались в единый хор на древнем языке. Пещера дрожала, и я чувствовал, как сама реальность начинает расплываться по краям.

— У меня получится, — прошептал я и полностью открылся потоку демонической энергии.

Аббадон хлынул через меня словно горный поток, заполняя каждую клетку моего тела. Боль была невыносимой, но сквозь нее я чувствовал невероятную мощь. Мой рост увеличился, кожа стала медно-красной, на руках выросли когти. Второй глаз тоже превратился в демонический, пылая адским огнем.

Но я все еще был собой. В отличие от прошлых превращений, я сохранял полный контроль над своим разумом. Слияние с Аббадоном было полным — мы стали единым существом.

— Вот оно, — прошептал Евсеев, и в его глазах горел нездоровый блеск. — Наш ключ к Трансценденции.

Я рычал, чувствуя, как часть меня, которая была Аббадоном, распознает опасность. Эти четверо планировали использовать мою сущность, чтобы разорвать завесу между мирами и стать чем-то большим, чем люди или демоны. Такое действие уничтожило бы тысячи жизней и могло разрушить саму ткань реальности.

В свой демонический голос я вложил всю ненависть, которую чувствовал в данный момент:

— А вот теперь вы все сдохните, ублюдки!

И бросился в атаку.

Битва вступила в свою последнюю, решающую фазу.

Глава 17

Нас ждет Междумирье

Трансформация завершилась, и я почувствовал, как тело наполняется силой Аббадона. Кожа приобрела медно-красный оттенок, мышцы налились невероятной мощью. За спиной ощущалось странное напряжение — полупрозрачные крылья, не материальные, но ощутимые. Главным, однако, было не внешнее изменение. Внутри произошел окончательный синтез двух сущностей. Мы с Аббадоном теперь действовали как единое целое, наши мысли и инстинкты сливались в гармоничном равновесии.

Тем временем пещера потонула в хаосе битвы. Вспышки заклинаний освещали каменные своды, отраженные удары разбивали сталактиты, осколки которых падали на сражающихся. Воздух пропитался запахом озона и металлическим привкусом крови.

В центре этого безумия три фигуры формировали идеальный треугольник. Алина Комарова — её бледное лицо исказилось от концентрации, глаза светились нечеловеческим огнем, а пальцы выписывали в воздухе сложные узоры заклинаний. Егор Евсеев — высокий, изящный, с аристократическими чертами лица, которые контрастировали с жестокостью в его взгляде. И Габер — массивная фигура в зачарованных доспехах, покрытых древними орочьими рунами, усиливающими и без того впечатляющую физическую силу.

Ятаган в руке орка тускло светился зеленоватым светом — легендарное оружие, передаваемое через поколения вождей Великой Степи. Его характерное лезвие с внутренним изгибом у рукояти и плавным изгибом наружу к острию было украшено символами, выгравированными серебром, которые, согласно легендам, содержали в себе души предков-воинов.

— Энергетический треугольник сформирован, — произнесла Алина, её голос звучал странно, с эхом, словно говорили одновременно несколько существ. — Начинаем извлечение демонической сущности.

Евсеев кивнул, его руки начали светиться тёмно-красным светом:

— Основные параметры ритуала стабильны. Силовые линии активированы.

Габер молча поднял ятаган, и из лезвия вырвался поток зеленоватой энергии, соединившийся с магическими потоками остальных членов триумвирата. Между ними сформировался купол из пульсирующего света, окутывающий всё пространство в центре пещеры.

— Ритуал начат, — голос Алины усилился, приобретая металлический оттенок. — Носитель Высшего Демона будет нашим ключом к Трансценденции!

Я почувствовал, как нечто невидимое тянется ко мне, пытается проникнуть внутрь сознания. Это было похоже на тысячи тонких нитей, стремящихся найти трещину в моей ментальной защите.

«Они пытаются разделить нас, — голос Аббадона прозвучал в моей голове. — Извлечь мою сущность, оставив только человеческую оболочку».

«Не выйдет, — ответил я, концентрируясь на укреплении нашей связи. — Мы теперь одно целое».

Я сжал кулаки, наполненные демонической силой, и ринулся вперед, сквозь барьер из тел культистов, которые пытались меня остановить. Они падали один за другим — кто от прямых ударов, кто от разрядов пурпурной энергии, вырывающейся из моего тела.

Емеля заметил мой прорыв и крикнул, перекрывая шум битвы:

— Серег! Они создают ловушку для твоей демонической сущности! Смотри на кристалл между ними!

Я увидел, что в центре треугольника, образованного лидерами культа, парил тёмно-красная сфера, пульсирующая в такт их песнопениям. Размером с кулак, но казалось, что внутри него скрыта бездна.