Развод, Новый год и прочие неприятности (СИ) - Иванова Ксюша - Страница 10

-Нет! Пусть сам ответит! А че он молчит, а? Спрятался за бабскую юбку и молчит!

Игната явно несёт! И ведь он намеренно оскорбляет мальчика! Бычится, смеряя его ненавидящим взглядом.

-Игнат!

-Папа! - Кристина чуть не плачет.

Да, что же это такое!

-Дан, помоги его в комнату отвести, - Герман подталкивает брата в спину, уводя прочь.

Идём втроём.

В комнате он, словно опомнившись, спохватывается:

-О! А где моя Мариночка?

"Козёл!" - думаю я.

-Козёл! - бросает Герман. - Тут твоя жена!

-Да пофиг! Жена хочет жить в шоколаде, пусть терпит.

-Смотри, чтобы тебе терпеть не пришлось! - Герман презрительно.

-Это ты, братец, мне угрожаешь? Может, ты ей этого колобка подсунул? Чтобы разделить пакет акций, м?

Господи! Как же я устала! Но если сейчас спать пойду, вдруг Игнат снова начнёт Влада обижать?

Герман словно мысли мои читает:

-Дан, ты иди спать. Я за ним послежу. И переночую на всякий случай у тебя в гостиной от греха...

13 глава

Просыпаюсь ни свет, ни заря.

В тревоге.

За окном ещё темно.

Прислушиваюсь.

В квартире тихо.

Осторожно, на цыпочках, пробираюсь в ванную, надеясь побыть в одиночестве. Привести себя в порядок и как-то... сил набраться перед сегодняшним днём.

Открываю дверь.

А там Герман бреется перед умывальником.

Поворачивается ко мне.

-Привет! - шёпотом с ослепительной улыбкой.

И мне бы внятно ответить и уйти! Да...

А я зачем-то, потеряв дар речи, смотрю на него.

Боже мой... Боже...

Он только из душа. С волос на плечи капает. И капельки стекают по груди. По татуировкам. Ниже.

У него не тело, нет...

Произведение искусства!

Игнат никогда таким не был - мускулистым, подтянутым. Даже в молодости.

Всё прокачанно... Пресловутые кубики на животе. Я их только по телеку у мужчин видела.

Игнат не врал, когда с завистью говорил, что младший слишком много времени в спортзале проводит. Правда, он делал акцент, что зря, что надо бы больше внимания уделять работе.

Ох, не зря... Не зря...

Такое тело можно в музеях выставлять. Бабы будут билеты за месяцы выкупать.

Бёдра обернуты малюсеньким полотенцем.

Идиотская мысль вонзается в мозг.

А там, под полотенцем, у него, тоже... анаконда, как у Игната? В ответ на эту мысль внизу живота что-то чувствительно сжимается...

Идиотка!

Во рту почему-то становится сухо, как в пустыне. И я с трудом громко сглатываю.

Рывком поднимаю взгляд выше, к его лицу. Встречаемся взглядами.

Смотрит на меня через зеркало. Испытующе. Так, словно считывает по моим глазам все мысли.

-Нравлюсь? - хриплым шёпотом.

Ещё бы! Ой, то есть...

-С ума сошёл, да?

-Хм, а что я такого сказал? Ну, просто, как женщина, не родственница, могла бы и ответить честно.

-А я тебя привыкла, исключительно как родственница, воспринимать.

И мне бы уже давно надо было бы уйти, а я всё стою и пялюсь, словно приклеенная.

-Жаль...

В каком смысле, жаль?

Осознав наконец, что вот так стоять и смотреть на него становится просто неприличным, я сбегаю.

Но выкинуть из головы картинку с изображением практически обнажённого Германа оказывается делом нелёгким.

Бегу на кухню. Умываюсь там. Потом, удивляясь собственным поступкам, несусь в свою спальню и наношу лёгкий макияж...

Дурочка...

Что ты делаешь? Для чего?

Герману понравиться хочешь?

Зачем? Для каких целей? Смешно...

Да, нет! Я просто... Ну, он красивый, а я что? Замухрышкой при нём ходить должна?

Минут через десять встречаемся снова на кухне.

От него пахнет шампунем Игната... Но такое ощущение, что пахнет иначе, более резко, более волнующе...

Все спят.

Мы вдвоём.

Он молча садится за стол.

Я молча наливаю ему кофе. Ставлю чашечку.

Руки непослушные какие-то. Неловко.

Встречаемся взглядами. Я тут же отвожу свой.

Блин, он подумает, что я из-за него накрасилась...

-Будешь бутерброды?

-Из твоих рук я и мышьяк съем! - ослепительно улыбается он.

И от этих слов, от этой улыбки мне... сладко...

Дан, ну, что ты в самом деле? Напридумывала себе глупостей каких-то.

Это же Герман!

Ну, вспомни, сколько всего у вас было - совместные праздники, поездки, он даже мебель помогал в эту квартиру завозить, Кристинку из бутылочки кормил...

Память услужливо подбрасывает кучу моментов, когда Герман был рядом. Когда мой папа с инфарктом слёг, именно Герман меня повез ночью в другой город. Игнат не смог... Почему не смог? И не помню уже, что-то по работе, кажется.

Хотя теперь есть мысль, что он тогда просто у очередной любовницы был.

Все праздники Герман с нами... Один. Даже когда женат был, всё равно один приходил почему-то...

Режу бутерброды.

Надо что-то говорить, а я придумать не могу, что!

Он зачем-то встаёт. Подходит ближе.

Я это чувствую всей своей кожей, хоть и не смотрю...

Останавливается за спиной. Рядом совсем.

У меня на руках волоски дыбом становятся от его близости!

Господи, да что со мной происходит?

Герман заметит и будет смеяться! Он ведь ведёт себя обычно, как всегда, а я что-то странное себе придумываю!

И вдруг он прижимается сзади. Его руки оплетают мои ладони. Большие пальцы накрывают мои... А губы со стоном прикасаются к шее.

Нож с грохотом падает на стол.

Это на самом деле происходит сейчас?

-Герман, что ты... - шепчу испуганно.

Одним движением разворачивает меня к себе.

Берёт в руки моё лицо и, глядя в глаза, говорит:

-Заебался притворяться... Хочу тебя. Пиздец, как тебя хочу...

14 глава. Игрушка

Смотрю в его глаза.

Поверить не могу в то, что сейчас услышала.

Да ну, быть того не может!

Он мееееедленно переводит взгляд на мои губы.

Его лицо начинает приближаться.

В моей голове столько мыслей, что я ни одну не могу додумать полностью! Они путаются, цепляют друг друга, мешают мне понять...

И вот остается только одна... Да и та дурацкая. Идиотская просто!

Пусть Герман меня сейчас поцелует!!!

Но, видимо, желания загадывать пока рано... Новый год ещё не наступил.

- Мам! - раздаётся с лестницы. - Ты где?

Герман отлетает от меня, как бильярдный шарик от стенки.

А я стою, как дурочка. Ни звука, ни движения, вообще не понимаю, что нужно ответить...

Это что сейчас было? Это на самом деле было? Или я нафантазировала на фоне того, что видела в ванной?

-Крис, мы здесь! - вместо меня отвечает Герман.

Обычным голосом. Словно ничего и не было сейчас.

-Мы с Владом за продуктами поедем! - Кристина заглядывает на кухню. - Мам, поехали с нами. Или список пиши! Что на праздник готовить-то будем?

В сторону Германа даже коситься боюсь. И оставаться с ним здесь тоже боюсь. И не знаю, как себя вести теперь.

И неловко, и стыдно, и...

-Я с вами, - бросив недоделанные бутерброды, позорно сбегаю одеваться...

Господи, а он же на праздник сегодня приглашён! Неужели придёт? После этого...

Или не придёт?

И я решить не могу, что меня пугает больше...

...Пытаюсь заставить себя думать о другом.

Нет, ну, у меня забот куча - продуктов, действительно, нет. Ничего не приготовлено.

А тут ещё дочка с парнем... И очень хотелось бы пообщаться, время провести с ними.

Но я ведь не знала, что она приедет! А потому, в виду сложившейся ситуации хотела себя саму занять как можно сильнее. Время убить. Одинокое.

А тут последняя новая клиентка захотела встретиться именно тридцать первого и именно в два тридцать! И захотела-то только вчера, буквально в последний вагон впрыгнула.

До двух мы успеваем всё купить.

Влад и Кристина подбрасывают меня до моего офиса. И я даже успеваю выпить чашечку кофе, который, в виду отсутствия Верочки, варю сама.