Выжить в приличных условиях (СИ) - Галл Юлия - Страница 22

Взять того же Сая. Мальчик-оборотень оказался довольно полезным помощником. Быстрый, находчивый, смелый, наблюдательный. Каждый день он снабжал меня слухами, что удивляли и давали мне надежду. Я стала избранницей мага огня. Даже доказательства были. Ради меня он пришел на рынок и дал отпор главе сильнейшего эльфийского клана Осени. Жители города этому не сильно удивлялись и вполне оправдывали его внимание, так как параллельно стали говорить о том, что моя рунистика спасла жизни ратанов, ушедших на границу. Многие хотели нанять меня на работу, но не решались соперничать с Храмом и Эром.

Так неожиданно я оказалась под защитой двух весомых сил. Храм был силен из-за владения магией и ощутимой силы ратанов, но Эр… Сплетни о нем меня насторожили. Нелюдимый. Держится особняком. По силам превосходит всех магов, что находятся сейчас в городе. И это точно не слухи, так как он уже сразился в трех дуэлях и практически прикончил своих соперников. Его внимания старались избегать и, заметив, что он интересуется мной, стали держаться от меня подальше. Так что мое спокойное проживание в городе — не великая удача судьбы, как я считала ранее, а нежелание горожан связываться с магом, и даже Храм тут ни при чем. Эти новости провоцировали пообщаться с Эорашем, но он пропал, и даже Сай не нашел его следов, чем явно был расстроен.

Зато Рух своим поведением полностью стер мои плохие воспоминания о прошлом. Этот спокойный, внимательный человек оказался очень заботливым. Осознав, что я не собираюсь заставлять его сражаться, он с удовольствием играл с Саем, ухаживал за феями и Фио, и также заботился обо мне. Сыта ли? Отдохнула ли? Страшный образ раба, пытавшего меня, растаял от его внимательности. В его глазах все больше появлялось жизни, и вчера я даже подглядела, как он улыбался. От этого у его глаз легли морщинки, и у меня перехватило дыхание. Такого счастья я точно в прошлом не видела. Все чаще и чаще я смотрела на его ошейник и думала о том, что же с ним произошло в том прошлом. Как он стал рабом огра, приказавшего уничтожить меня ради моего магического камня.

Внимание к его ошейнику заставило меня понять, что этот кусок метала, украшенный рунами, разительно отличается от ошейника Фио. Вроде похож и активировался так же, но руны на ошейнике Фио были видны четко, а вот ошейник Руха был заметно поврежден. И это меня смущало, так как отсутствовали самые главные руны, отвечающие за свободу. Руны времени! Неужели кто-то специально сделал его вечным рабом?

Решив отложить этот вопрос до приезда домой, в конце концов, у бабушки опыта в рунах было значительно больше, я увлеклась рисунками Фиомуро. Его работы, и правда, завораживали. При использовании одного карандаша он настолько тонко передавал игру светотени, что изображения казались живыми. Я с волнением и восторгом наблюдала, как, взяв краски и используя только малую палитру, он создал настоящие шедевры. Нежный рассвет сменялся ярким закатом, дождь на его рисунках, смазывал очертания природы и, казалось, прольется с бумаги прямо на стол. Эта застывшая красота завораживала, как и он сам. Поедая лилию, он все больше и больше хорошел. В его волосах появилось нежное сияние, что делало его волосы похожими на первый снег, сияющий на солнце. Чистый, искристый и нежный. Порой эльф замирал, наблюдая за мной, но только я хотела поговорить, как он делал вид, что очень занят, словно боялся меня. Я оставляла его в покое. Доверие… Было ли оно мне от него нужно, если через три года я собиралась его отпустить, полным сил и коллекцией картин, которые даже при королевском дворе посчитали бы великой ценностью.

Феи веселым роем летали у нас по комнате, ухаживали за семицветом, что покрылся огромным количеством бутонов. Но королева всегда оставалась рядом со мной. Помогая в освещении, она наблюдала за мной, особенно ей нравилось, когда я перерисовывала рунистику восстановления, что была вшита в одежды Фиомуро. Эльфийская рунистика вообще ей очень нравилась, и я уже представляла бабушку, что хлопает в ладоши от восторга, когда кто-то сможет разделить ее увлечение.

Мои успехи же были очень скромными и, сжимая в руке свиток с тонкими линиями, я нервничала, понравится ли мой подарок Тайли. Мой друг отказался ехать со мной к бабушке, и причина у него была уважительная. Он получил в Храме должность — смотритель света. И теперь отвечал за заботу о феях.

Ключевую роль в этом сыграл тат Лимпос, который стал расхаживать по храму в сопровождении свободных фей и тем самым доказал, что это значительно комфортней и удобней, чем держать малышек в банке. Тат Вельгус дураком не был, посчитав стоимость содержания фей, понял, что проще поддерживать их жизнь на свободе, чем постоянно оплачивать их ловлю и запечатывание. Поговорив с Тайли, он решил, что сделать из фей помощниц вполне реально, и теперь мой друг разрабатывал график дежурства маленьких фей для обслуживания нужд служителей и гостей храма. Выпрашивал создать для них зимний сад в Храмовой оранжерее и налаживал со мной связи для поставки цветочного сахара. Как оказалось, даже у эльфов это было редкое лакомство. Желая сохранить феям свободу, я согласилась доставлять его в Храм. Тем более того количества, что было необходимо малышкам, я с бабушкой могла сделать спокойно.

Узнав об условиях работы и получив клятвенные заверения, что отныне никто не будет посягать на их свободу, большая часть спасенных фей осталась жить в Храме, признав в Тайли своего Хранителя. Но были и те, кто отказался возвращаться в каменные стены. Этих малышек я забирала с собой к бабушке. Мы приготовили им небольшой крепкий домик и наполнили его пухом. Вот только… Я не ожидала, что перед моим отъездом тат Вельгус вспомнит, что Храм должен мне еще около четырехсот погасших фей и сейчас, повозка с ящиками, набитыми бутылочками, стояла перед входом в Храм и пугала меня своими размерами.

— Э-э, — за последние пять минут выдать что-то более весомое у меня не получалось. А Тайли, с улыбкой наблюдая за довольными Саем и Рухом, осматривающих фей, пояснил:

— Тат Вельгус от имени Храма заключил с феями договоры. Отныне Храм обеспечивает питанием и безопасным местом жительства, а также готов выполнить их разумные требования. Взамен дети света обеспечивают свет в Храме и помощь служителям.

— Но, — я наконец-то смогла справиться с удивлением. — Откуда столько фей?! — кивнула я на повозку.

— Тат Вельгус отправил запросы по соседним Храмам. Вот они и прислали своих фей. Некоторые не в таком плохом состоянии, как были у нас, так что переезд они точно переживут.

— Так может оставить их в Храме?

— Хочешь задержаться? — улыбнулся Тайли. Последнее время он практически всегда это делал, и я в тайне этому очень радовалась. — Ты единственная, кто может так тонко снять печать и достать этих крошек, а наличие королевы и Фиомуро ускорят их восстановление. И опять же, они часть платы… Бутылки только вернуть не забудьте…

— Нда-а, бойтесь своих необдуманных порывов, — протянула я, а Тайли, усмехнувшись, поинтересовался.

— Хотите вернуть их Храму?

— И потерять возможность заработать на таре? — хмыкнула я, понимая, что по доброй воле не верну ни одну погасшую фею. А вот когда они наполнятся светом, сами решат, что хотят дальше делать. Ведь небольшой рой, живущий с Тайли, значительно увеличился именно из-за того, что его крохи с восторгом рассказывали, как им живется в новых условиях, и что сахар теперь выдают на постоянной основе.

— Я заберу их всех, но повозка…

— Ею управляет бывший ратан Храма. Он доставит тебя и фей, куда скажешь. Именно поэтому тат Вельгус подгадал привезти все к твоему отъезду.

— О-о. Есть причины такой внимательности?

— Отчасти. Тат Вельгус очень заинтересован в тебе и хочет продолжать с тобой работать. Тем более ты сразу можешь передать обещанный ранее сахар.

— Ясно. Тогда это даже хорошо. А то я гадала, кто возьмется за мою доставку до дома. Мастер Талиор домой только через пару дней собирался.

— Что ж, тогда счастливого пути?