Аквилон. Трилогия (СИ) - Токсик Саша - Страница 174

– Сколько нужно для старта?

Хороший вопрос. Я прикинул в уме, материалы для корпусов, оплата работы Шестакова, аренда помещения для первой партии, жалование рабочим…

– Точная сумма станет ясна после консультации с Шестаковым. Но думаю, для начала не меньше десяти тысяч.

Купец махнул рукой. Жест человека, для которого деньги уже не главное.

– Найду Это того стоит. – Он снова сел за стол, придвинул чистый лист бумаги. – Договорились. Завтра же начнём. Зарегистрируем предприятие, определим доли.

– Можете обратиться к адвокату Громову, – я протянул визитку. – Он поможет.

– Громов? – хмыкнул купец. – Солидно. Слышал о нём, но общаться не доводилось. Однако, если поможет, это будет замечательно.

– А доли простые, каждому по 25%, – предложил я. – Все согласны?

– Данила, зачем? – нахмурилась Надя. – Мне не нужно, я же не ради денег.

– Затем, что вам придётся посвятить этому много сил, – пояснил я. – Тестировать приборы, собирать статистику, анализировать. На частную практику может просто не хватить времени. И как вы будете зарабатывать? Спасать мир, это прекрасно! Но не обязательно делать это впроголодь.

Волнов тоже неожиданно вдруг засомневался.

– Справлюсь ли я? – почесал он в затылке. – Одно дело лодки в прокат сдавать, а тут такое дело значительное.

– Ещё как справишься, – неожиданно поддержал меня Добролюбов. – Он на флоте знаете кем был? – поведал он нам с Надей. – Старшим боцманом на флагманском бронеходе! У него не только матросы, но и половина офицеров по струнке ходили. Хватит уже на солнышке пузо греть, займись серьёзным делом.

– Хорошо, тогда сегодня же вечером загляну к Шестакову, – приосанился Волнов и подкрутил усы. – Узнаю про эталонную партию и про расходы. Адресок только дайте.

Надежда подалась вперёд, глаза блестели от волнения.

– А я могу начать готовить документы для сертификации? Нужно же будет описание принципа действия, результаты испытаний…

– Обязательно, – кивнул я. – Чем раньше начнём оформление, тем лучше.

Добролюбов тем временем уже строчил что‑то на бумаге. Судя по сосредоточенному лицу составлял смету расходов.

«Дяди рады!» – передала Капля. – «Будут делать много проверялок для воды!»

«Да, малышка. Много проверялок.»

Я откинулся на спинку стула, наблюдая за своими компаньонами. План запущен. Колесо начало вращаться. Теперь главное, не дать ему остановиться.

Обсудив все дела, мы с Надей отправились на пристань. Волнов у выхода со склада залихватски мне подмигнул, сообщив, что задержиться. Очевидно решил навестить свою ненаглядную Глашу. А нам пора было возвращаться.

У причала стояли уже три баржи. Две грузились, третья готовилась к отплытию. Матросы отвязывали канаты, капитан покрикивал команды с мостика.

Я помог Наде спуститься. Доски причала скрипели под ногами, между ними проглядывала тёмная вода канала.

Устроились в лодке. Надежда села напротив, расправив юбку. Она устало откинулась на борт, прикрыв глаза.

– Простите меня, – пробормотала она. – Такие ранние подъемы, как сегодня, это совершенно точно не моё.

Я только улыбнулся ей в ответ, пусть даже она этого не увидела.

Оттолкнулся от причала. Лодка плавно двинулась по каналу, оставляя за кормой расходящиеся круги. Активировал русалочий камень, и мы поплыли быстрее.

Солнце начинало клониться к западу, но до вечера было ещё далеко. Примерно пятый час, прикинул я по длине теней. Пора уже завести часы, что у меня за дикая привычка – время по солнцу определять?

Вода в канале отливала золотом, отражая небо. Надежда открыла глаза, задумчиво глядя на проплывающие мимо склады.

– Данила, – начала она после долгой паузы. – Можно вопрос?

– Разумеется.

Я предполагал, она спросит насчёт моего происхождения, или почему я скрываюсь под чужим именем. Но Надя была верна себе.

– Почему бы не очистить все склады сразу? – она повернулась ко мне, и в её глазах читалось искреннее непонимание. – Ведь вы смогли очистить скважину. Целое подземное озеро! А склады, это же меньший объём.

Я повернул румпель, огибая встречную баржу. Та была гружена брёвнами, и от неё пахло свежей смолой и опилками. Рулевой лениво помахал нам рукой.

Интересный вопрос. Я и сам об этом раздумывал, поэтому легко было ответить.

– Технически это возможно, – согласился я, выправляя курс. – Но займёт много времени. Неделю, может две, если работать без перерыва. И это только склады Добролюбова.

– Ну и что? Две недели – это не так много для спасения города.

Я покачал головой, обдумывая, как объяснить стратегию человеку, мыслящему категориями немедленной помощи.

– Город не будет спасён, Надя. Потому что важно не только физически очистить воду. Важно сделать сам процесс заражения невыгодным и нерентабельным. Говоря вашим языком, лечить болезнь, а не симптомы.

Она нахмурилась, явно не понимая логики. Пришлось развивать мысль.

– Представьте: я трачу две недели на очистку складов. В это время Мергель и его люди спокойно заражают новые источники. Я очищаю скважину, они травят колодцы. Я чищу колодцы – снова заражают скважины. Это бесконечная гонка, в которой у них преимущество. Им достаточно бросить одну ампулу, а мне нужны часы на очистку.

Миновали поворот канала. На набережной прогуливались горожане, наслаждаясь относительной вечерней прохладой. Дамы под зонтиками, господа в летних костюмах, няньки с детьми.

– Но ведь люди страдают сейчас, – возразила Надежда. – Каждый день промедления – это новые жертвы.

– Именно поэтому нужно бить в корень. Тестеры сделают их схему бессмысленной. Зачем покупать дешёвую воду, если можно сразу проверить, что она отравлена? Спрос рухнет, а с ним и вся система.

Она задумалась, машинально теребя ремешок сумки.

– Вы хотите выбить экономическую основу…

– Именно. Нужно выбить из‑под ног мошенников и контрабандистов почву. Лишить их возможности наживаться на чужом горе. Когда это станет невыгодно, они сами прекратят травить воду. А мы тем временем до них доберёмся.

Впереди показался знакомый поворот к Аптечному переулку. Я начал сбавлять ход, готовясь причалить.

Карман пиджака завибрировал. Чарофон требовал внимания. Достал его, приложил трубку к уху.

– Алло?

Из динамика донёсся голос Золотова. Обычно спокойный и деловитый, сейчас он звучал напряжённо, с едва сдерживаемой паникой.

– Данила? – произнёс он. – Тут к нам пришли с проверкой и, кажется, хотят меня арестовать.

Глава 20

Чарофон загудел в кармане, бесцеремонно вторгаясь в наш разговор с Надей.

– Да? – я поднёс трубку к уху.

– Данила? Это Золотов. – голос антиквара дрожал, словно он едва сдерживал панику. – Тут к нам пришли с проверкой и, кажется, хотят меня арестовать.

Я резко выпрямился. Надежда тревожно подалась вперёд, заметив, как изменилось моё лицо.

– Что конкретно происходит, Семён Аркадьевич? – я говорил спокойно, стараясь передать уверенность через магическую связь.

– Двое полицейских. – Золотов явно пытался взять себя в руки, но голос всё равно подрагивал. – Говорят что‑то про краденое. Я ничего не понимаю! Они требуют показать все вещи из Бюро Находок, грозятся опечатать лавку!

– Не паникуйте. Слушайте внимательно, – я говорил чётко, как командир, который отдаёт приказы. – Я сейчас буду. Ничего не подписывайте до моего приезда. Вообще ничего – ни протоколы, ни описи, ни расписки.

– Хорошо… хорошо… – в трубке слышалось шуршание, словно старик вытирал вспотевший лоб.

Слишком быстрая реакция. Утром мы очистили скважину Добролюбова, разрушив планы Мергеля. И вот уже вечером последовал ответный удар? Или это просто совпадение? Сложно в это поверить.

Я отключил чарофон и тут же набрал Громова. Кажется, это дело по его части. Тот ответил не сразу, дозвониться удалось только с третей попытки.