Аквилон. Трилогия (СИ) - Токсик Саша - Страница 53

— Вы не представляете, сколько народу заглядывало с утра! — Золотов потирал руки. — Одни из любопытства — поглазеть на разгром. Другие по делу — узнать, работаю ли. Даже покупатели были!

Я достал из внутреннего кармана сверток. Развернул на прилавке, вчерашние находки

Преображение было мгновенным. Усталый старик исчез, появился эксперт. Из ящика возникла лупа в черепаховой оправе, пинцет, маленькие весы с медными чашечками.

— Так-так-так… — забормотал он, беря первую монету. — Посмотрим, что вы принесли…

Следующие двадцать минут прошли в священнодействии оценки. Золотов изучал каждый предмет с дотошностью ученого-археолога. Монеты подносил к свету, разглядывал через лупу и монокль, взвешивал на ладони и на весах.

— Любопытно, весьма любопытно! Вот эта — времен императора Александра Хоругвеносца. Видите профиль? А эта еще старше — Николай Тишайший, если не ошибаюсь.

Портсигар вызвал особый интерес. Он долго разглядывал затертый вензель, пытаясь разобрать буквы.

— К… или Н? Нет, определенно К. Вторая буква… М? Да, КМ. Работа хорошая. Лет сорок ему, не меньше.

Закончив, он аккуратно сложил находки.

— Пятьдесят рублей за всё можно выручить, — объявил он. — Только желательно обработать, чтобы придать товарный вид.

— Вот и отлично, — обрадовался я, — можно добавить к ассортименту.

Следующий час мы обсуждали совместную работу. Договорились, что весь свой прежний товар антиквар может продать, оставив всю прибыль себе. Новые же изделия добываю я. Антиквар засомневался смогу ли я обеспечить объемы, но я, зная способности Капли был уверен, что скоро мы завалим его находками.

За их оценку и подготовку к продаже Золотов будет получать постоянную оплату, а с продажи — комиссионные. Так что в накладе мы оба не останемся.

— Только учтите, — уточнил Золотов, — ничего современного. Только антиквариат. Иначе проблем не оберёмся с владельцами и полицией.

Вот тогда я и поделился с ним идеей «бюро находок».

Мы углубились в планирование. Золотов выдвигал все новые аргументы «против», я находил решения. Постепенно скепсис старика таял, сменяясь азартом.

— Знаете что? — он хлопнул ладонью по прилавку. — А ведь может получиться!

Мы обсуждали детали — нужна новая вывеска, солидная, внушающая доверие. Витрину застеклить как следует. Объявления составить грамотно, без крикливых обещаний. Время летело незаметно. Золотов молодел на глазах — блеск в глазах, энергичные жесты. Видимо, перспектива новой жизни после лет прозябания его вдохновила.

Колокольчик над дверью мелодично звякнул. Мы оба обернулись.

В дверях стояла Надежда Светлова.

Она выглядела так, словно бежала всю дорогу. Дыхание сбилось, светлые волосы выбились из прически и прилипли к вспотевшему лбу. На ней было летнее платье голубого цвета, изящное, из хорошей ткани. После дорожных неудобств она явно успела обзавестись приличным гардеробом.

В правой руке — скомканная газета. В карих глазах плескалась тревога, мгновенно сменившаяся облегчением при виде меня.

— Данила! — выдохнула она. — Вы… вы в порядке?

— Добрый день, Надежда. Да, как видите, цел и невредим.

Она сделала несколько неуверенных шагов в лавку, все еще тяжело дыша. Только тут заметила Золотова и смутилась.

— Простите, я… Газеты… Там написано… — слова путались, она явно не знала, с чего начать.

— Позвольте представить — Семен Аркадьевич Золотов, антиквар, — сгладил я неловкий момент, — Семен Аркадьевич, это Надежда Светлова, врач.

Золотов галантно поклонился:

— Очень приятно, сударыня. Редко встретишь столь очаровательного доктора.

Надежда покраснела еще больше.

— Я прочитала в газете про покушение, увидела ваше имя, — она развернула измятую газету. — Я спрашивала у газетчиков, где найти знаменитого ныряльщика. Потом у торговцев. Один сказал, что видел вас здесь вчера…

— Не стоило так беспокоиться.

— Как не стоило? — вспыхнула она. — Вы могли погибнуть! Этот офицер… Боевая магия… Я всю ночь не спала.

Она осеклась, поняв, что выдала больше, чем собиралась.

— Вы очень добры, — мягко сказал я. — Но, как видите, со мной все в порядке. Хотел бы я сказать, что это преувеличение газетчиков, но… Действительно было неприятно.

Золотов встрял в разговор.

— Мне нужно в подсобку. Проверить… э-э… запасы. Да, запасы.

Он скрылся за занавеской, оставив нас наедине. Повисла пауза. Надежда теребила газету, явно не зная, что сказать теперь, когда убедилась в моем благополучии.

— Может, прогуляемся? — предложил я. — Здесь душно, а на улице такой чудесный день. Заодно пообедаем — уже полдень близится.

— Да, конечно, — она с готовностью ухватилась за предложение.

Мы шли по улице, никуда не спеша. День действительно выдался чудесный. Солнце, легкий ветерок, в воздухе витал аромат цветущих лип.

— Простите за вторжение, — сказала она, уже более спокойно. — Просто когда я прочитала… Мы ведь знакомы всего несколько дней, но…

— Я тронут вашим беспокойством. Правда.

— Вы ведь не думаете, что я истеричка? — она искоса глянула на меня. — Врываюсь, как фурия, машу газетой…

— Думаю, что вы добрый человек, который волнуется о знакомых. Это редкое качество в наше время.

Мы дошли до ресторана «Золотой карась» — солидное заведение в особняке из красного кирпича.

Метрдотель, пожилой мужчина с военной выправкой, проводил нас к столику в углу.

— Здесь вам будет удобно, — сказал он, отодвигая стул для Надежды. — Меню принесут сейчас.

Когда мы остались одни, Надежда решительно отложила злополучную газету.

— Хватит об этом кошмаре. Расскажите, как вы устроились? Не думала, что знакома со столь знаменитым ныряльщиком.

Я рассказал о медальоне Громовых, добавляя комичных моментов, так что вскоре она уже улыбалась.

— А как вы? Удалось осуществить свои планы?

— Сняла кабинет, открыла практику, — небрежно ответила она, главное другое…

— Что же?

В её глазах появился знакомый блеск.

— Кажется, я нашла то, что заражает воду!

Глава 21

«Золотой карась» был местной достопримечательностью. Он занимал бывший особняк речного магната Карасёва — того самого, который лет тридцать назад разорился на попытке монополизировать перевозки по озёрному краю. История была громкой, о ней даже писали столичные газеты.

Ирония судьбы — его дом превратили в ресторан и назвали в честь его же фамилии.

Главный зал сохранил следы былого величия. Потолок украшала роспись — не виноградные гроздья с амурами, как можно было ожидать, а целая флотилия барж и водоходов, плывущих по лазурным волнам. Говорили, Карасёв заказал эту роспись в честь спуска на воду своего первого водохода.

Вместо обычных картин на стенах висели старые навигационные карты в рамах — Озёрный край во всей красе, с глубинами, мелями и фарватерами. Между картами — корабельные штурвалы, лоты и прочая речная романтика.

Ничего удивительного, что ресторан специализировался на рыбных блюдах.

Едва мы сели, как появилась официантка. Женщина лет сорока, с лицом человека, который повидал в жизни всякое и больше ничему не удивляется. В чёрном платье с белоснежным передником, волосы убраны под чепчик.

— Добрый день! Что будете заказывать? Могу предложить наше фирменное блюдо — карася в сметане. Рецепт самого господина Карасёва!

— Спасибо, но я предпочту форель, — сказал я, не желая проверять, насколько фирменным было это блюдо.

— Рагу с судаком, — заказала Надежда. — И салат из свежих овощей для начала, пожалуйста.

— И бутылку воды, — добавил я.

— Разумеется, — официантка понимающе кивнула. — У нас вода только от Мергеля, с сертификатами.

Она удалилась, а Надежда тут же полезла в сумочку за блокнотом.

— Я должна вам всё рассказать по порядку! — начала она, раскрывая свои записи. — Это произошло совершенно случайно, но именно так часто случаются открытия!