Двойняшки в наследство (СИ) - Худякова Ксения - Страница 9

— Что с Никитой? Что вообще с детьми?

— Никита почти перестал разговаривать, заикается. Думаю без специалиста мы не справимся.

Даниил хмурится, вижу как темнеет его взгляд от ярости.

— Расскажи все, — тихо, но твердо просит он.

И я рассказываю…

Вечер провели в доме Риты вместе, Даниил в основном был занят с детьми. Им понравились истории Даниила о путешествиях и приключениях, а меня тронули его заботливые жесты и внимание к мелочам. Постепенно между ними возникало доверие, перерастающее в нечто большее.

Ритка сидела и время от времени хитро посматривала то на меня, то на Даню. А потом и вовсе ушла в спальню, оставив нас одних.

Перед сном, уложив детей спать, я подошла к окну и задумчиво смотрела на звезды. Даниил подошел сзади и осторожно положил руку мне на плечо.

— Ты справишься, — прошептал он. — Вместе мы сможем преодолеть любые трудности.

Моё сердце дрогнуло от нежности и благодарности. Впервые за долгое время я ощутила себя защищенной.

Возможно, будущее окажется не таким мрачным, каким казалось раньше.

– Уже поздно, давай я провожу тебя, — мы выходим на улицу.

Некоторое время молча стоим как подростки под луной. А потом я чувствую легкий поцелуй на губах. Лишь мгновение!

— Завтра как проснетесь, позвони мне с новой сим-карты. Поедем в Питер, Уль?

В ответ я лишь кивнула, не доверяя сейчас своему голосу.

16.

Следующие дни пролетели незаметно. Жизнь в квартире Даниила стала привычной рутиной: утром занятия с детьми, прогулки на детской площадке, вечером ужин с «семьей», игры Даниила с детьми перед сном и три раза в неделю посещение психолога с Никитой. С Аней в это время сидит сам Даня, просто в эти дни уходит пораньше с работы. А еще совместные просмотры каких-нибудь фильмов вдвоем, когда дети уснут. О том мимолетном поцелуе никто из нас не говорил.

Однажды вечером, прогуливаясь вдоль Невы, мы остановились на мостике канала, глядя на спокойную воду. Дети мирно посапывали у нас на руках. У меня Анечка, у Дани Никитка. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в золотистые оттенки.

— Спасибо тебе, — тихо произнесла я, поворачиваясь лицом к Даниилу. — Без тебя я бы не справилась.

Его рука нежно коснулась моей щеки, вызывая трепет внутри.

— Я знаю, сейчас не время. Ты еще переживаешь по поводу своего брака, — начинает Даня, заглядывая в мои глаза. — Но ты мне очень нравишься Уля. И дети тоже. Я хочу стать им отцом. Настоящим, понимаешь? Чтоб они забыли Славика… Знаю, ты думаешь это невозможно… Но все возможно.

Даня отводит глаза, словно хочет сказать что-то еще, но не решается.

Его слова заставляют мое сердце биться быстрее. Я хочу верить, что судьба действительно свела нас не просто так.

Но боюсь!

— Он же может появиться в любой момент. Кто знает, что ему в голову взбредет.

— Не бойся, если что, я знаю его слабое место.

— Даже так? — удивляюсь я.

— Да, пойдем к машине. Пора домой, ты наверное уже устала. Все-таки Анечка, для такой как ты тяжелая уже.

Киваю и мы идем в обратную сторону.

— Не уходи от ответа, Даниил, — напоминаю ему, когда мы уже детей посадили в детские кресла и поехали домой.

То есть в квартиру Дани.

— Какого? — Он смотрит на дорогу, но лишь крепче сжимает руль. Понимаю, что он не хотел говорить то, что сказал. Или не в такой форме.

— Мне уже не больно, Дань, — впервые сокращаю его имя при обращению к мужчине.

— Даня? Меня так вообще никто не называл, — улыбается он. Но через мгновение сжимает губы. — Даже родители.

— Прости…

— Мне нравится, Уля.

М-да, после такого как-то неудобно снова спрашивать…

— Моя мать мне не мать, — через некоторое время говорит он. — И не знал об этом только я. Славик на днях проболтался, что не такие уж мы и братья…

Хлопаю ресницами, открываю рот, пытаясь что-то сказать. Но я не знаю, что говорить в таких случаях!

— А Славик… Он боится будущего тестя, — Даня кидает мимолетный взгляд на меня. — Прости…

— Ты не виноват…

В машине чувствуется напряжение и я злюсь. Опять из-за этого парнокопытного настроение и у меня и его не брата? Или все-таки брата? В общем испортилось.

Мы подъезжаем к дому молча. Каждый погружён в собственные мысли. Когда наконец останавливаемся возле подъезда, Даниил первым выходит из машины и открывает мою дверь. Мы поднимаемся наверх, укладываем детей спать, а сами садимся на диван в гостиной. По телевизору идет какой-то вечерний фильм фоном, но мы не обращаем на него внимания. Стоило мне только повернуть голову в его сторону…

— Иди ко мне, — сгребает меня в охапку, сажает на колени и впивается в мои губы голодным поцелуем.

Моя голова кружится от неожиданности, тело мгновенно откликается теплом и дрожью. Сердце бешено колотится, дыхание сбивается. Я хотела оттолкнуть его, напомнить себе, что должна сопротивляться искушению, но руки предательски обвиваются вокруг шеи, пальцы запутываются в волосах. Этот поцелуй словно магнетизм притягивает нас друг к другу.

Наконец Даниил отрывается от губ, осторожно отстраняется и внимательно всматривается в мои глаза.

— Скажи, что не хочешь, и я немедленно отпущу, — шепчет он хрипло, едва сдерживаясь.

Мои ладони продолжают гладить его лицо, пальцы легко касаются щетины, пробегают по скулам. Тело просит большего, разум кричит остановиться, а сердце молчит, застигнутое врасплох.

— Я не готова... — еле слышно говорю я, пряча смущение в складках рубашки.

Руки мужчины крепко прижимают меня ближе, давая почувствовать тепло тела, ощутить пульсирующую жизнь, которой хочется поделиться.

— Милая моя девочка, — ласково воркует он над ухом, покусывая мочку. — Поверь, я готов ждать столько, сколько потребуется. Но знай одно: ты значишь для меня гораздо больше, чем любая женщина в прошлом.

Улыбнувшись сквозь слезы радости и облегчения, я прижимаюсь теснее к груди Даниила, ощущая защиту и уверенность в его объятиях. Впервые за долгие месяцы одиночества и боли появляется ощущение счастья, настоящего домашнего тепла, которого мне так отчаянно не хватало, даже в браке.

17.

Даниил.

Утром выхожу из своей спальни, по дому плывут умопомрачительные запахи. Это Ульяна на кухне что-то приготовила. Слышу по телевизору мультики, дети скачут по дивану еще в пижамах.

— Я плинцесса, ты должен меня заситять!

— А… а… я р…бойник, — смеется Никитка.

Сердце сжимается от боли и ярости, каждый раз слыша уже намного улучшившиюся речь Никиты. У меня перед глазами встает сцена того, как Славик набрасывается на своих детей и Улю. Нет, я конечно не видел, но картинка засела у меня в голове и не хочет оттуда выходить.

— Принцесса Аня, я буду твоим защитником, — встаю на одно колено и кланяюсь. — И защитником добрых разбойников тоже, — шучу я.

— Тода тебе нузен меч! — рассуждает почти трехлетка.

— У меня будет воображаемый меч, — машу рукой, — и с его помощью я одолею всех злодеев.

Дети восторженно смотрят на меня широко раскрытыми глазами, представляя сказочный мир, полный приключений и героев. Пора бы заняться завтраком, но сначала хочется немного поиграть вместе с ними.

— Ну-ка, ребята, покажите мне, какие бывают принцессы и разбойники, — предлагаю я, присаживаясь рядом с ними на диван.

Никита тут же принимается размахивать руками, изображая бойца, а маленькая Анечка важно выпрямляется и величественно произносит:

— Я самая класивая плинцесса!

Улыбаясь, я продолжаю игру:

— Тогда давайте устроим настоящий турнир рыцарей и принцесс. Кто победит в нашем состязании?

И вот мы уже вовсю играем, забывая обо всех проблемах и заботах. Но вскоре мой взгляд падает на часы, и я понимаю, что пора приступать к делам.