Фата-Моргана 9 (Фантастические рассказы и повести) - Эллиот Уильям - Страница 100

Открытый ящик представлял собой четыре боковых стенки, соединенные шарнирами, к одной из которых, тоже шарнирами, крепилась крышка. И еще там были маленькие медные крючки.

Гэрби поспешно отступил, что позволило ему увидеть заднюю стенку, пока фокусник демонстрировал публике внутренние. Так и есть! В крышке имелось маленькое отверстие, прикрытое зеркалом, расположенным под определенным углом, что и создавало иллюзию невидимости. Старый трюк. Ничего нового. Гэрби был даже чуточку разочарован.

Маг сложил ящик, отделением с зеркалом внутрь и повернулся к Гэрби.

— А сейчас, молодой человек…

В это время на Тибете произошло событие, ставшее последним звеном в цепи. Всю неделю стояла необычайно теплая погода, что и вызвало таяние больших масс горных снегов. Разбухшие ручьи и реки неслись по склонам и ущельям с ужасающим грохотом. На людской памяти такое было впервые. Молитвенные мельницы, установленные на берегах ручьев, крутились все быстрее и быстрее, и либо лопались и останавливались, либо были затоплены. Ламы, передвигаясь по колено в ледяной воде, пытались перенести оставшиеся в пределах досягаемости мельницы к берегу.

Одна очень старая маленькая мельница была установлена так давно, что ни один из ныне живущих там не знал, какая молитва записана на ее колесе. Вода дошла почти до оси этой мельницы, когда лама Клерет поднял ее, чтобы перенести на более высокое место, но поскользнулся на мокрых камнях и, упав, уронил мельницу. Поток воды подхватил ее и унес вниз.

Дрожа от холода, лама встал и пошел к следующей мельнице. «Экая важность, — подумал он, — одной больше, одной меньше». Если бы он знал, что теперь, когда все остальные звенья цепи были разрублены, это маленькое вращающееся колесико является единственной преградой между Армагеддоном и Землей, то без раздумий бросился бы в поток вслед за мельницей.

Поток ударил молитвенную мельницу Вамгур Упа о выступ скалы, и она прекратила вертеться.

Это случилось в то мгновение, кота маг на сцене театра города Цинциннати произнес:

— А теперь, молодой человек…

Гэрби Уэстерман перевел взгляд на фокусника, удивляясь возникшей паузе, и увидел, как лицо мага сначала исказилось, словно от удара, а потом приняло совсем другое выражение, хотя черты его остались прежними.

Маг тихо рассмеялся. В его смехе прозвучало нечто такое, что не оставило никаких сомнений даже у самых заядлых скептиков в том, кто он такой. В смехе звучало абсолютное зло.

Зрители оцепенели. Им было даже не страшно, ибо страх рождается от неуверенности или неопределенности, а сидящим в зале все было ясно до конца. Смех стал громче; он гремел и, подобно урагану пронесясь по залу, достиг самых дальних рядов галерки. Никто не шевелился, даже тени застыли на потолке.

И Сатана заговорил:

— Благодарю публику за любезное внимание, оказанное скромному фокуснику. — Он насмешливо поклонился залу. Представление закончено. Все представления закончены, — добавил он, ухмыляясь.

В зале потемнело, хотя лампы светили по-прежнему ярко. Послышался шелест крыльев невидимых существ, парящих в воздухе. Сцена озарилась багровым светом, на голове и плечах мага вспыхнули светлячки открытого пламени. Появились и другие огоньки по всей сцене, вдоль рампы. Один из них коснулся ящика, который все еще был в руках Гэрби. Гэрби отшвырнул его.

Знаете ли вы, что Гэрби Уэстерман состоял в обществе Юных Пожарников? Он действовал инстинктивно. Даже девятилетний мальчик, который не слишком хорошо понимал, что такое Армагеддон, должен знать, что это пламя водой не погасишь. Поэтому, повторяю, он действовал инстинктивно. Выхватив из кармана водяной пистолет, он направил его на ящик и несколько раз нажал на спуск. Струя воды упала на ящик, срикошетила и обрызгала панталоны Джебера Великого, отвернувшегося в другую сторону. Но огонь погас!

В мгновение ока все изменилось. Лампы осветили зал ярким светом, огоньки исчезли, шорох крыльев утонул в шуме публики.

Фокусник прикрыл рукой глаза и сказал полузадушенным шепотом:

— Никто и ничего не вспомнит о том, что здесь произошло. Это я еще могу. — Он наклонился, поднял ящик и протянул его Гэрби Уэстерману со словами: — Нужно быть более собранным, мой юный друг. Держи его крепче.

Mar коснулся крышки своей палочкой. Дверца открылась, и в воздух поднялись три белых голубя, шорох крыльев которых даже отдаленно не напоминал шорох, звучавший в этом зале минуту назад.

Отец Гэрби с решительным видом снял с гвоздя, вбитого в стену кухни, кожаный ремень, служивший для правки бритвы. Миссис Уэстерман, помешивающая кипящий на плите суп, подняла глаза.

— Послушай, Генри… неужели ты собираешься выпороть его только за то, что он брызнул водой из пистолета в окно автомобиля?

Генри Уэстерман отрицательно покачал головой.

— Не за это. Ты вспомни: мы купили ему пистолет в городе, но парень не подходил ни к одной водонапорной колонке. Где, ты думаешь, он его наполнил? — И продолжил, не ожидая ответа: — Наш негодяй занялся этим в церкви, когда мы заходили договориться с отцом Рейком насчет конфирмации. Он наполнил пистолет из чаши со святой водой!

Тяжело вздохнув, отец Гэрби вышел из кухни с ремнем в руке. Послышались хлесткие удары, чередовавшиеся с воплями. Гэрби, спаситель мира, получал награду — то, что ему причиталось.

Перевод с англ. Л. Кобякова

БОГ

Пожилой джентльмен приятной наружности с длинной седой бородой улыбнулся Питеру, как старому знакомому.

— Добро пожаловать в Рай, тезка! Надеюсь, здесь тебе понравится.

И четырехлетний Питер, войдя в перламутровые ворота, начал поиски Бога. Он долго бегал по кристально чистым улицам с ровными рядами блестящих домов, между прогуливающимися счастливыми людьми, но Бога среди них не было. Несмотря на усталость, Питер продолжал свои поиски.

Наконец он уперся в сказочно прекрасное здание из чистого золота, возвышающееся над всеми прочими. Войдя в распахнувшуюся дверь, Питер очутился в огромном зале, посреди которого стоял трон. Он был пуст. На полпути от двери к трону Питер остановился и стал ждать Бога. Пол приятно пружинил под ногами и звал присесть. В зале царила тишина. И через некоторое время Питер улегся на полу и заснул. Сколько времени он спал, минуты или годы, только его разбудил звук приближающихся шагов. Конечно, это Его шаги, и Питер, обрадованный, проснулся.

Бог подошел ближе, и улыбка засветилась в его глазах. Питер подбежал к нему.

— Здравствуй, Пит! — ласково сказал Бог, положив руку ему на голову.

Затем Бог повернулся к трону, и выражение его лица изменилось. Глаза, только что излучавшие радость, наполнились страхом. Он медленно встал на колени и покорно склонил голову.

Питер понимал, что Бог не может бояться, значит; это всего лишь игра. И Питер принял эту игру. Он изо всех сил замахал обрубком хвоста, показывая, что все понимает, а затем повернулся и залаял на яркий свет, окутывающий трон.

Перевод с англ. Л. Кобякова