Фата-Моргана 9 (Фантастические рассказы и повести) - Эллиот Уильям - Страница 114

С чисто детской простотой они совершенно не задумывались о том времени, когда деньги Джейн кончатся… Четыре доллара тридцать пять центов кажутся огромной суммой, когда тебе девять лет. И потом, им не требовалась дорогая вырезка. Необходимо было только, чтобы оно вкусно пахло и было сырым.

Всей компанией они отправились вдоль по улице, затененной акациями, кое-где вместо акаций росли клены. На доллар они купили мяса, ну а на двадцать центов выпили содовой, чуть не лопнув от обилия жидкости в желудках.

Дома, куда они поспешили вернуться, было обычное воскресное сонное царство; дядя Саймон и дядя Джеймс ушли за сигаретами, дядя Лью и дядя Берт читали газеты, тетя Бетти вязала крючком, бабушка Китон читала «Журнал для молодежи», обследуя его на предмет наличия пикантных мест. Девочки сквозь щелку в вышитых портьерах заглянули в комнату.

— Что прячетесь, входите, малышки, — глубоким, густым голосом позвал дядя Лью. — Картинки видели? Матт и Джефф просто великолепны. И Спарк Плаг…

— Лично для меня лучше всех мистер Джибсон, — включилась в разговор бабушка. — Он настоящий художник. Люди на его рисунках похожи на настоящих людей.

Входная дверь распахнулась, и на пороге появился толстый и улыбающийся дядя Джеймс, более чем довольный жизнью после нескольких кружек пива. За ним, словно тень, вышагивал дядя Саймон.

— Во всяком случае, хотя бы тихо, — сказал он, покосившись на девочек. — Иногда от детей столько шума, что невозможно услышать собственные мысли.

— Бабушка, — спросила Джейн, не обращая внимания на вошедших, — а где малыши?

— Скорее всего, на кухне. Им для чего-то понадобилась вода.

— Спасибо.

И девочки побыстрее выбежали из комнаты, в которой появились первые признаки неосознанного смятения. Овцы почувствовали присутствие волка, но не знали…

Мальчишки действительно были на кухне, с увлечением размачивая «космический» комикс. Одна из журнальных страниц была покрыта специальным составом и, смоченная водой, выявляла на свет удивительно красивые пастельные рисунки комикса… Беатрис показала ребятам сверток с мясом.

— Целых два фунта, — похвасталась она. — У Джейн нашлись деньги, и Мертон сегодня работает. Вот я и решила, что лучше нам…

Эмили была полностью поглощена, созерцанием комикса, но Чарльз тут же оторвался от увлекательного занятия и вскочил:

— Сейчас пойдем, да?

— Стоит ли идти? — встревожилась Джейн.

— Я тоже не хочу, — начала Эмили, но Чарльз сказал, что она просто боится.

— И вовсе нет. Просто мне надоела эта игра. Я хочу поиграть во что-нибудь другое.

— Эмили, — попыталась успокоить ее Беатрис, — тебе совсем не обязательно идти с нами.

— А вот и пойду, — Эмили оторвалась от своего занятия. Я пойду! Я не боюсь!

— А я хочу посмотреть на огни, — сказал Чарльз.

Беатрис обернулась.

— Ты обманываешь! Там нет никаких огней!

— Нет, есть! Во всяком случае, иногда.

— Нет!

— А вот и есть! Просто ты такая глупая, что их не видишь! Да ладно, пошли скорей!

Само собой, что Беатрис, как старшая, приняла командование на себя, но Джейн почувствовала, что и боялась Би больше всех, больше, чем Эмили.

Но они все равно пошли наверх. Беатрис с упаковкой мяса шла впереди, остальные следом за ней. Поднявшись на верхний этаж, они сгрудились около двери в ванну.

— Вот он, путь, — с гордостью сообщил Чарльз, показывая Джейн свою осведомленность и указывая на дверь ванной. — Нам придется залезть на чердак. В потолке ванной есть люк и лестница, по которой можно подняться.

— Но мое платье… — засомневалась Джейн.

— Не бойся, не испачкаешься. Пошли.

Чарльз хотел быть первым, но он был еще слишком мал, и Беатрис, преодолев страх, дотянулась до кольца в потолке, взобравшись на край ванны. Люк заскрипел, и с потолка спустилась лестница. На чердаке было темно, лишь слабый свет пробивался сквозь щели.

— Джейн, пошли скорее. — Голос Беатрис был каким-то жалостливо-просящим.

И они, как отважные акробаты, полезли вверх.

На чердаке было сумрачно и жарко, в лучах света сотнями искорок летали пылинки. Беатрис пошла вперед по одной из балок. Джейн следила за ней, не двигаясь с места.

Беатрис шла молча, не оглядываясь и внимательно глядя под ноги. Один раз она подняла руку и повела ею из стороны в сторону, словно чего-то ища. Чарльз, шедший следом за ней, схватил ее за руку. Вскоре Беатрис достигла доски, переброшенной на соседнюю балку. Ребята прошли по доске до самого конца и остановились. Затем вернулись назад.

— Ты сделала все неправильно, — начал возмущаться Чарли. — Ты не о том думаешь.

В слабом солнечном свете лицо Беатрис казалось белее снега. Она встретилась взглядом с Джейн…

— Все верно, надо думать о чем-то другом, — согласилась Би. — Пошли снова.

И она вновь пошла по доске, Чарльз не отставал. Он шел, стараясь поспевать своими короткими ножками за ее ногами, бормоча под нос что-то монотонно-механическое:

При этих словах Беатрис исчезла.

Чарльз исчез следом за Беатрис.

Бобби, всем своим видом выражая неудовольствие, последовал за ними и тоже исчез.

Эмили всхлипнула.

— Ну, Эмили… — попыталась подбодрить ее Джейн.

Но младшая кузина сказала:

— Дженни, я совсем не хочу идти туда.

— Тебе и не надо туда идти.

— Нет, надо, — возразила Эмили. — Но если ты не хочешь, чтобы я боялась, обещай, что пойдешь следом за мной. Когда я попадаю туда, мне постоянно кажется, что кто-то невидимый крадется следом за мной и вот-вот схватит. А если ты пообещаешь идти следом, я не испугаюсь.

— Обещаю, — ответила Джейн.

Повеселевшая Эмили прошла по доске…

На этот раз Джейн, вставшая в самом начале этого импровизированного мостика, следила особенно внимательно. Но несмотря на все старания, она так и не заметила, когда и как исчезла Эмили. Просто вот она была, и вот ее больше нет. Джейн шагнула на доску, собираясь последовать за девочкой, но голос, донесшийся снизу, заставил ее остановиться.

— Джейн! — Голос принадлежал тете Бетти. — Джейн! — На сей раз окрик был громче и недовольнее. — Джейн, где ты? Иди скорее ко мне!

Джейн не знала, что делать, и растерянно переводила взгляд с доски-мостика на входной люк. От детей не осталось и следа. Чердак опустел и превратился в жуткое место, таившее угрозу. Но все равно надо было идти… Она обещала…

— Джейн!!!

Джейн подошла к люку и, покорно спустившись, побежала на зов тети Бетти. Тетя недовольно поджала губы:

— Скажи на милость, ну где тебя носит? Прямо не дозовешься. Кричишь, кричишь…

— Тетя, мы играли, — ответила Джейн. — А я тебе нужна?

— Я не буду утверждать обратное, — сухо ответила тетя. Я вяжу воротник, между прочим, И твоему платью. Мне надо его примерить… Ну иди же сюда скорей… О, как ты, племяшка, выросла! — Затем началась бесконечная возня с булавками, повороты туда-сюда, а Джейн непрестанно думала об Эмили — она была там одна, и она, Джейн, не выполнила своего обещания, не пошла за ней вслед. Постепенно она начала испытывать к надоевшей тетке ненависть. Но мысль о побеге не приходила ей в голову. Ведь взрослые обладают правом абсолютной монархии. Значит, в данный момент для поддержания крепких родственных связей не было ничего важнее возни с воротничком. По крайней мере, с точки зрения правящих этим миром взрослых.

А Эмили одна, испуганная, дрожащая шла по мостику, который вел в ничто.

Дяди азартно играли в покер. Тетя Гертруда, водевильная актриса, неожиданно прикатившая погостить, несколько дней болтала с бабушкой и тетей Бетти в гостиной.