Земля воров (ЛП) - Халле Карина - Страница 19

— Ты, наверное, устала с дороги, — сказала она, пока мы шли по широкому коридору мимо висящих на стенах гобеленов и картин с изображением лесов и водопадов. — Как бы тебе ни хотелось сбежать, я думаю, ты будешь чувствовать себя гораздо лучше после того, как примешь теплую ванну, переоденешься и что-нибудь съешь, тебе не кажется?

И хотя мне очень хотелось сбежать, мысль о горячей ванне была слишком соблазнительной, чтобы сопротивляться. К тому же, даже если бы я выбралась через окно, куда бы мы с Леми пошли? Мы в незнакомом королевстве, в новом климате, с неизвестными опасностями, с которыми я не сталкивалась раньше. Даже если бы смогла найти дорогу обратно к пристани, что было сомнительно, что бы я делала дальше? Проникла на корабль и надеялась, что он отправляется в Эсланд или Мидланд, куда никто никогда не ездит?

Поэтому я позволила ей проводить меня в большую ванную комнату, где она указала на унитаз со смывом в углу и большую медную ванну посередине.

— У нас есть водопровод, благодаря моему младшему брату, — сказала она. — Если повернуть кран с буквой Х, течет холодная вода. Если повернуть кран с буквой Г, течет горячая вода. Есть соли для ванн, травы и разные виды мыла на выбор. Не торопись. Я оставлю тебя и приготовлю одежду в комнате напротив. Это будет моя одежда — я не думаю, что кто-то будет рад, если ты наденешь одежду моей матери, — и она будет тебе велика, но уверена, что ты как-нибудь справишься.

Затем она посмотрела на Леми.

— Хочешь, я покормлю его? Думаю, говядина подойдет?

Я сказала ей, что он не будет возражать, но мне хотелось, чтобы он остался со мной. Он все равно не пошел бы с незнакомкой, какой бы доброй она ни была.

И вот она уходит, закрыв за собой дверь. Я быстро подхожу и запираю ее, чтобы никто не зашел, пока я голая. Затем я прислоняюсь к ней и осматриваю помещение.

Я громко выдыхаю. Колени начинают дрожать. Адреналин улетучивается, как будто я слишком долго держалась за скалу, и мои руки наконец разжались. Часть меня думает, что я должна просто свернуться калачиком в ванне и вздремнуть — она, безусловно, достаточно большая. Но я напоминаю себе, что это может подождать. Мне нужно дожить до конца дня, прежде чем я решу, какие у меня есть варианты.

— Ну, Леми, — говорю я, и он в ответ стучит хвостом по розовому кварцевому полу. — Как насчет того, чтобы сначала я приняла ванну, а потом ты?

Клянусь, его теплые карие глаза прищуриваются, глядя на меня. Он не любит ванны, но ему нужно смыть с себя вулканический запах Мидланда и зудящую соль моря, не говоря уже о засохшем суэне, который запекся на его шерсти под лучами солнца.

Я медленно хожу по комнате, разглядывая все вокруг. Я уверена, что для Колбеков это просто ванная комната с туалетом в углу, наполовину скрытым за прозрачной перегородкой, ванной посередине, к которой ведут деревянные ступеньки, и полкой, на которой стоит куча стеклянных банок, наполненных солями, травами и жидкостями. Но я также вижу полированную розовую отделку полов и энергию, которая течет через них, медный потолок, сочетающийся с ванной, длинную мраморную раковину под изогнутыми зеркалами, обрамленными скорлупой яиц дракона, позолоченную арку над витражным окном.

Я смотрю сквозь голубое витражное стекло с изображением звезд на дневном небе и приоткрываю его под звук скрипа золотых петель. Внутрь проникает прохладный воздух, и я глубоко вдыхаю. Аромат умбервудов и чистой, свежей проточной воды наполняет комнату. Солнце уже зашло, его не видно с этой стороны замка, и пейзаж кажется нереальным. Все эти высокие зеленые деревья, цветущие поля, бурные водопады и скалистые заснеженные горы вдали выглядят так, как будто их нарисовал кто-то с помощью магии, — мир, который я никогда не могла себе представить. Даже когда учителя в школе кратко рассказывали о других мирах, идея леса была за пределами того, что я могла себе представить. Все, что у нас было в Эсланде, — это колючие кустарники, тощие ореховые деревья и редкие пальмы, разбросанные по крышам зданий Капитолия.

Леми скулит у меня за спиной, и, когда я оглядываюсь на него, он указывает мордой на ванну.

— Ладно, я поняла, от меня воняет, — говорю я. Подхожу, открываю краны, и пока ванна наполняется, пытаюсь решить, что в нее положить. Солла упомянула соли, и я вспоминаю, что мой отец добавлял соли из шахт за пределами Лерика в воду для ванны после долгого дня рыбалки. Говорил, что это помогает мышцам. Вероятно, это будет приятно, когда у меня начнутся боли в матке, хотя пока она, кажется, ведет себя нормально.

Я бросаю в воду горсть соли из одной из стеклянных банок на полке, несколько сушеных цветов с ароматными желтыми и темно-синими бутонами и наблюдаю, как они кружатся на поверхности, пока набирается вода. Затем я раздеваюсь, бросая грязную броню на пол. Позже ее тоже нужно будет отмыть.

Осторожно поднимаюсь по ступенькам и, балансируя, опускаю ногу в воду. Она горячая, но не обжигающая, а сочетание поднимающегося пара с прохладным воздухом, проникающим через окно, заставляет меня быстро погрузиться в воду.

Это рай. Или, во всяком случае, одна из его версий. Я не помню, когда в последний раз как следует мылась. Конечно, мы купаемся даже в Темном Городе, но вода там в дефиците, даже священна. Иногда мы принимаем теплую ванну, но чаще всего Эллестра встречает меня на берегу после того, как я возвращаюсь домой из рейда, и мы окунаемся в море, используя куски жирного мыла, чтобы помыться, — даже несмотря на то, что соль только усиливает зуд. Но это лучше, чем ничего.

При мысли о ней сердце сжимается, как будто моя грудь стала слишком тесной. Она сейчас в городских пещерах. Она будет волноваться, будет спрашивать, не видел ли меня кто-нибудь, задавая опасные вопросы, которые могут привлечь не тех людей. Что она тогда сделает? Смирится с тем, что ее племянница, последняя связь с ее братом, моим отцом, исчезла? Будет ли она мстить? Она вспыльчивая, в отличие от меня. Она может совершить какую-нибудь глупость. В некотором смысле я надеюсь, что она просто выкинет меня из головы. Но я знаю, что этого не произойдет, не после того, как она преодолела столько трудностей, чтобы вытащить меня из монастыря.

А если Рунон заметит мое отсутствие и найдет ее? Что тогда будет?

Этого достаточно, чтобы почувствовать, что мне не хватает воздуха. Я закрываю глаза и погружаюсь глубже в воду, вдыхаю и выдыхаю через нос, пока не обретаю контроль. Раньше у меня были такие приступы паники сразу после побега из монастыря, и именно моя тетя научила меня успокаиваться, хотя сама она никогда не использовала эту технику.

Сейчас нет смысла думать об этом, когда я ничего не могу предпринять. Я должна делать то, что говорит Андор, нравится мне это или нет, — по крайней мере, до тех пор, пока не отплывет следующий корабль и мы не сможем добраться до Эсланда, как он обещал. Я заставлю его сдержать это обещание. Любыми средствами. Мне все равно, даже если придется убить его, чтобы добиться своего.

После того, как я заканчиваю мыть голову жидкостью из баночек с резким запахом, вода уже не такая горячая. Я выхожу из ванны и уговариваю Леми залезть в нее. Он делает это неохотно, но, кажется, немного расслабляется, когда я начинаю втирать жидкое мыло в его шерсть. К тому времени, когда мы оба заканчиваем мыться, вода черная от грязи.

Я заворачиваюсь в большое пушистое банное полотенце, мои мокрые волосы рассыпаются по плечам, а Леми встряхивается, разбрызгивая воду по всей комнате. Похоже, мы оставим после себя небольшой беспорядок.

Когда я подхожу к деревянной полке, чтобы взять еще полотенца, раздается стук в дверь.

Я замираю, надеясь, что это не жуткий дядя Андора, и крепче прижимаю полотенце к груди.

— Что?

На мгновение наступает тишина. Полагаю, я веду себя не лучшим образом.

— Это Андор, — говорит он. — Ты одета? Можно войти?

Я опускаю взгляд. Видно только мои руки, ноги и декольте.

— Да, я одета, — говорю я. По крайней мере, прикрыта.